По осколкам разбитого мира (СИ) - Герцен Кармаль - Страница 33

— Ты… расшифровала дневник отца?

Алексия ждала этого вопроса, но в первое мгновение все равно растерялась — задумалась, какой дать ответ. Беда в том, что, стоит ей упомянуть о Печати Силы и Сновидицы, и… Кристофер слишком хорошо знает ее, и тут же поймет — она не может противиться просьбе отца и не может не вмешаться. Начнет отговаривать ее, говорить, что это чересчур опасно. Но передумывать она не собиралась, да и возможная ссора была ей совершенно ни к чему, Поэтому Алексия просто сокрушенно покачала головой, кляня себя за очередную ложь, притворившуюся лишь сокрытием правды.

Как бы Алексия ни была рада видеть Кристофера, как бы хорошо ей ни было рядом с ним, она вздохнула с облегчением, когда жених, виновато улыбнувшись, сказал, что его ждут дела. Прощаясь, она поцеловала его — и целовала долго, чувствуя себя так спокойно и уютно в его объятиях — таких знакомых, таких родных.

Алексия едва дождалась Слияния. Не желая оставаться в одиночестве и безуспешно пытаясь заснуть, поднялась в комнату Абигайл и, сидя в кресле, долго смотрела на нее — спящую, умиротворенную. Это успокаивало — так, как бывает, когда смотришь на яркое пламя костра.

Она так и не решилась разбудить сестру, но с началом Слияния Эбби проснулась сама. Еще сонная, испуганно расширила глаза. Алексия успела сделать последние свои шаги в Апырассе, добраться до кровати сестры и ободряюще сжать ее тонкую ручку.

А в следующее мгновение она оказалась в Бездне. На этот раз Метаморфоза их пощадила — сестры оказались на том самом месте, где встречали закат. Джувенела не было рядом, но к этому Алексия была готова: если все получилось, Слияние, подчиняясь наложенным на камень Сновидицы чарам, перенесло Скользящего к ней. Алексия даже не догадывалась, какой островок Бездны стал для Джувенела пристанищем на сегодняшний день. Все, что ей оставалось — ждать, сгорая от нетерпения.

Текли минуты, плавно превращаясь в часы. Солнце Бездны, так сильно похожее на их родное солнце, совершало свой круг по небосклону. Алексия разучивала с Эбби руны, практиковалась в магии, ежеминутно вскидывая голову и озираясь по сторонам — не видно ли на горизонте красивого мужчины с темными волосами и серебристыми рунами на коже? Но она так и не увидела его до самого заката.

Вторая ночь в Альграссе после расставания с Джувенелом — и вторая же ночь без сна. Алексия ворочалась на кровати, сбивая простыни в ком, но бессонница — наглая и беспринципная гостья — покидать ее комнату не желала. Алексия надеялась, что Кристофер не придет — не было сил на задушевные разговоры. И, поймав себя на этой мысли, пришла в ужас: в какой момент вся ее тщательно распланированная жизнь вдруг повернулась вокруг своей оси? В какой момент за почти чужого ей человека она стала тревожиться едва ли не больше, чем за давнего друга и будущего мужа?

Ведь Кристоферу — как и Джувенелу, как и каждому из них — тоже каждый день приходилось проходить испытание Бездной. Но когда она в последний раз спрашивала его, как именно ему удавалось выживать? Настолько привыкла, что он всегда возвращается целым и невредимым? Но ведь в их мире — точнее, в тесном переплетении двух таких непохожих миров — понятие «постоянство» уже давно потеряло свой смысл…

Алексия совершенно запуталась. Она словно бы находилась между двух огней. Ее симпатия к Джувенелу, вспыхнувшая так внезапно и не вовремя… грозила разрушить ее будущее, разрушить брак, который еще даже не состоялся. Алексия не могла позволить этому случиться.

Но и перестать переживать за судьбу Джувенела не могла тоже.

Потому очередное Слияние Алексия восприняла едва ли не как благословение. Наверное, впервые ей не терпелось скорее очутиться в Бездне — чтобы понять, почему Джувенел так и не появился вчера. Алексия никак не могла избавиться от преследующего ее ощущения, что случилось что-то плохое…

Глава двадцать пятая

Алексия угодила в сети Бездны, как муха в черную паутину. Благо, Абигайл была с ней рядом. И, задохнувшись от невыразимого облегчения, которое затопило ее горячей волной, увидела в нескольких шагах от себя Джувенела. Он сидел перед почти погасшим костром, сцепив руки в замок и невидяще глядя куда-то вдаль. Челюсти сжаты, в глазах застыл ужас. Холодная тьма.

Алексия никогда не видела его таким.

— Джувенел? — робко позвала Эбби.

Скользящий вздрогнул и перевел на нее взгляд. Казалось, он только сейчас заметил их появление в Бездне, хотя расстояние между ними было совсем небольшим.

Джувенел вымученно улыбнулся Эбби.

— Я здесь, обезьянка.

Абигайл неуверенно улыбнулась в ответ. Алексия села у костра, взяла с протянутой руки Джувенела браслет с камнем Сновидицы, защелкнула его на запястье. С первых же мгновений стало ясно, что поиски не увенчались успехом.

— Что произошло? — тихо спросила Алексия, пряча камень.

Скользящий поднял голову. Стало неуютно под его тяжелым взглядом.

— Я думал, Бездна поглотила меня, — безжизненным голосом, от которого по телу Алексии пробежали мурашки, произнес он.

— Что? Что ты имеешь в виду?

— Я был где-то… внизу, под толщей земли, в самых ее недрах. Не мог выбраться — даже используя свою силу Скользящего. Я видел… — Джувенел горько усмехнулся и прикрыл глаза. — Не стоит вам, милые леди, знать, что я там видел. Это было ужасно. Чудовищно. Отвратительно. Я чувствовал запах гниющей плоти, видел вещи, которые еще долго будут преследовать меня во снах… Если я вообще смогу когда-нибудь уснуть.

— Джувенел, ты меня пугаешь, — тихо сказала Алексия, садясь у костра рядом с ним. Не зная, как быть, как согнать с нее завесу тьмы, исказившие красивые черты и затуманившую глаза, она прикоснулась к руке рунного мага — как он прикасался к ней когда-то. Ладони Джувенела были холодны как лед. Словно то жуткое место, в которое перенес его амулет Сновидицы, выпило из его тела — или же души — все тепло.

Он долго молчал. Затем, будто очнувшись, сжал ее ладонь ледяными пальцами. Казалось, его не способен согреть даже жар раздуваемого рунами Абигайл костра — отзывчивая малышка, желая порадовать Джувенела, старательно применяла то, чему он ее научил.

Но сейчас Скользящий вряд ли мог по достоинству оценить старания Эбби — казалось, он и вовсе не замечал ничего вокруг. Мыслями он находился очень далеко отсюда — где-то там, где не было ничего, кроме тьмы и запаха гниющей плоти. И ужас, проникший в его кровь, как яд, и изменивший его в одночасье.

— Но… если ты по призыву амулета оказался в недрах земли, в чертогах Бездны… значит, Сновидица мертва? — прошептала Алексия, отрешенно глядя на языки пламени, жадно лижущие воздух. — Значит, наш шанс на спасение от Слияния окончательно утрачен?

Он взглянул на нее. В глазах сверкнуло что-то — что-то очень похожее на решимость или даже вызов, — и Алексия снова увидела прежнего Джувенела, уверенного в себе Скользящего, сильного рунного мага, готового защищать их с Эбби от любых бед.

— Даже если это так, значит, мы найдем другой способ. На кону жизни сотен тысяч людей — и ради этого я готов оказаться в том аду снова — если будет нужно.

— Ты прав. Мы никогда не должны сдаваться. Отец хотел найти Сновидицу потому, что она могла знать, как провести обратный ритуал. Но что, если она не единственная, кто может об этом знать? — Алексия вздохнула. — Я так надеялась на папин дневник, но сведений в них оказалось слишком мало. Мне нужно…

Алексия вскинула голову, пораженная догадкой. Почему раньше она не подумала об этом?!

— Что такое? — нахмурился Джувенел. Даже Абигайл встревоженно взглянула на сестру, озадаченная ее реакцией.

— Венетри, — медленно сказала Алексия. — Джувенел… Ты же был в тюрьме Венетри… или… лаборатории, как ты ее называл.

— Фактически, это и то, и другое, — неохотно отозвался рунный маг. Было видно невооруженным взглядом, что воспоминания о том прошлом ему неприятны.

— Значит, ты знаешь, где это, и можешь отвести меня туда.