Живи и радуйся солнцу (СИ) - Кориц Валери - Страница 5

Это явление я увидела ночью, едва успев найти кулон. Сегодня же погода немного успокоилась с полудня: в основном по улицам гулял грибной дождь, и облака постепенно расступались перед солнцем.

Одного ночного обряда в день в принципе хватало. Я привыкла вставать поздно (а иногда заранее даже не ложиться спать), но всегда ужасно боялась смотреть конец и ненавидела свой дар. Каждая ночь — один конец света. В общем, что говорить, то, что постоянно твердят ученые о рушении человеческой расы каждый день, передавая зрителям даты, это правда. Почти каждую неделю телевизоры гогочут: Совсем скоро… Через день… Ровно через неделю… Уже сегодня вы убедитесь… А вот вам и нет! Обойдетесь. Но это опять же не всегда решаю я. За всех нас ручается Земля, которая нас приютила. Пока ее ярость можно сдерживать, четверка будет работать над этим, не думая о том, что кроме президентов о них никто не знает.

Да. Не так давно мы сообщили о своих способностях главам государства. В этот же день нас отправили назад, по разным континентам, обещая напоминать людям об экологии. Но вместо этого через неделю нам всем пришло письмо, где лежала увесистая сумма денег. С тех пор прошел год и ровно в одиннадцать часов вечера каждый четверг у наших порогов появляется курьер, передавая нам те же конверты, откупаясь от проблем.

— Рита! Прошу, осторожней! — взвизгнула Мила, и я подскочила от неожиданности.

— Что у вас там происходит? — недалеко раздался голос Кати.

Все подростки, занимавшиеся прополкой клумбы, подняли на нас любопытные глаза.

— Всё хорошо, — подруга аккуратно взяла меня за руку двумя пальцами и передвинула в сторону. — Краска, Рит, прямо на мои кроссовки.

— Прости, задумалась.

— О чем интересно?

— Да так. О сегодняшнем вечере, — снова соврала я.

— А-а-а! Я поняла. Ромчик звонил, да?

— Какой еще ромчик? А! Рома? Ну ты… Нет, то есть да, но не об этом речь. Сегодня мой дедушка приезжает.

— Твой дедушка? Он, кажется, ездил за ягодой, чтобы опробовать новую машину, да? Ох и везучие же вы!

— Не совсем, он ездил, в деревню, к внукам, чтобы увидеть их и да, собрать немного местной виктории, но решил погостить и задержался аж на полгода! — резко свернула я с этой темы. — Могу дать ведерко.

— О, это было бы здорово! Моя любимая ягодка! Спасибо! Но по поводу Ромы. Так ты говоришь, он звонил?

— Да. Но, думаю, мы пока ограничимся соц. сетью.

— Ну да. Времени у нас как — то маловато. Я вот с Никитой встречаюсь раз в неделю! Знаешь, как больно здесь? — Мила указала на грудную клетку.

— Да перестань!

Она засмеялась.

Когда все перестали на нас смотреть, мы снова взялись за дело. Хоть погода и не подходила к нашей деятельности, мы работали в парке. Самое время было сказать, кто такие МЫ. А мы — волонтеры ОЛП (общество любителей природы) школы № 5. И сегодня нам дали задание привести городской парк в порядок: побелить деревья, прополоть клумбы, досадить цветы и убрать мусор. Народа в принципе много (кто-то до сих пор отрабатывает двойки или несданные зачеты по биологии), да и половину мы уже сделали, поэтому справимся где-то за час-два.

Сегодня мои белые до колен легинсы и завязанная на животе джинсовая футболка были не совсем к работе. Из-за сегодняшней ночи совсем вылетело из головы, что утром — понедельник, а не по-прежнему воскресенье. Работа давалась с трудом, я старалась не испачкать одежду, но ее обязательно нужно было делать, деревья едва дышали из — за большого скопления муравьев и гусениц.

Мила снова говорила об идеальных отношениях и, безусловно, о Никите. Как парень моей лучшей подруги, он меня устраивал. Но чем больше я о нем узнавала, тем больше у меня болела голова.

— Вчера мы снова гуляли допоздна, — вздыхала она, — Едва светила луна, мерцали звезды. Он неожиданно прервал меня на полуслове… Я говорила о фильме «Самое страшное кино 4», кстати, в отличии от остальных оно получилось более страшным. Да-да! Мне даже кошмар ночью приснился. Как будто я выдираю волосы призраку «мамы». Не моей мамы, а из ужастика. И тут стоит Никита, пытается мне помочь, но потом кричит: «Оставь ее в покое! Ей итак плохо!».

К нам незаметно подошли одноклассницы и звонко рассмеялись.

— Представляете? — Мила поддержала их смех. — А вы чего здесь третесь? Времени для отдыха у нас нет.

— И что, прямо выдирала волосы? Ну ты изверг! — продолжала смеяться одна из них. — Хотим и отдыхаем, а ты расскажешь секрет? Я тоже хочу, чтобы мне приснился Никиточка. Он такой милый и мускулистый.

— И высокий, — подхватила другая. — Повезло тебе. Красавчик. И не мой. Странно.

Видя, что Мила уже притворно улыбается, я влезла в разговор:

— Что у нас со второй клумбой? Уже доделали? Нам еще деревья посадить надо.

— Да кому это нужно? Мы устали.

— Кому это нужно? — сказали мои глаза и опустошенно посмотрели на Милу.

— Не одни вы устали, — хмыкнула она. — Шагайте.

— Ты хочешь поспорить? Мы знаешь, сколько сделали?

— А вот Рита и посмотрит, сколько вы сделали, — встряла наша учительница биологии, главная за наш волонтерский круг. — А потом запишет и передаст мне. Не забывайтесь! Она поставит вам «неуд» и прибавятся еще 5 дней отработки задолженностей. Идите, вечно недовольные!

И они, наконец, отошли от нас подальше.

Не то чтобы я была ее любимицей, скорее хорошим помощником. Поэтому, как бы не хотела, каждый день заполняла ведомости и следила за работой неуспевающих.

— Что там у нас с общим проектом? — спросила Наталья Федоровна.

— Образцы уже в лаборатории, — ответила я, и учительница, кивнув, пошла проверять остальных.

— Ты говорила, он тебя прервал, когда ты говорила о фильме, так?

— Так. Эти двое ушли?

— Кажется, да.

— Он прервал меня на полуслове… Остановился, взяв меня за руку и…

Я подняла брови.

— И… сказал, что ему нужно домой и, проводив меня, убежал.

— Да ну его, — выдохнула я и поставила краску на землю. — Кажется, мы закончили. Пойдем помогать остальным?

— Слу-у-шай, нам же вроде сказали только деревья побелить.

— Так — то оно так, но… Ладно, я тоже очень устала. Полутра убирали мусор на лужайке. Гулять?

— Гулять! Им осталось то деревья посадить. Рит? — Мила посмотрела мне за спину.

— Согласна, немного неровно получилось, нужно подправить, — я резко обернулась и сбила рядом стоящего парня.

— Ой, извини! Я не хотела. Зачем так близко подходить? — с перепугу сказала я, сразу узнав в этом парне Рому. — Ты что здесь делаешь?

Он неуклюже пожал плечами и, продолжая сидеть на земле, ответил:

— Хотел увидеть тебя, а заодно подышать свежим воздухом. Неуютно одному в четырех стенах.

— Тебе придется к ним вернуться, — я помогла ему встать и повернула его к себе спиной.

Он упал прямо рядом с покрашенным пару минут назад деревом. Его желтая футболка наполовину стала белой.

— Беги домой и замачивай.

— Ты со всеми парнями так? — спросила Мила, едва сдерживая смех.

— Вот всегда со мной что — то происходит. Это я виноват, — сказал он и, показывая рукой жест «перезвоню», внезапно покраснел и скрылся за выходом из парка.

— Так получилось. Так что, идем гулять?

— Ну ты даешь, мать!

Около шести часов вечера я вернулась домой. Бабушка уже вовсю хлопотала на кухне, еще раз обзванивая всех родственников. Смайл наворачивал круги по коридору, держа в зубах поводок, и только Радость спокойно лежала на своем месте, то и дело зевая. Я не знала, как мне разорваться.

— Потом — потом погуляешь со своим псом! — сказала мне с порога хозяйка. — Переодевайся. Через 2 часа собираемся. Нужно успеть еще приготовить салат.

Быстро перескочив лестницу и сменив одежду на домашнюю, я убрала волосы в пучок и вернулась на кухню.

— Итак, — я перехватила у бабушки противень с ее фирменным мясом и поставила на стол. — Сколько у нас гостей?