По ту сторону смерти (СИ) - Лински Говард - Страница 56

Такие места, как «Мираж», в последнее время появились по всему Лондону, благодаря изменившемуся отношению к продаже сексуальных услуг. На смену стриптизу в мужских клубах или в задних комнатах сомнительных клубов пришли более открытые, респектабельные и намного более прибыльные клубы с танцами на коленях, такие как «Мираж», который принадлежал мужчине по имени Андре Девайн. Он казался «чистым как стеклышко», он не был известен своими связями с организованной преступностью, но Брэдшоу сделал акцент на слове «известных» и предупредил Тома быть осторожным.

― Значит, собираешься заняться изучением обнаженных женщин?

― Тем, что потребуется для раскрытия дела, которым я занимаюсь для тебя.

«Мираж» казался именно тем местом для беспокойной молодой беглянки, как Диана Тернер, и, если она была там, может быть, она сможет пролить свет на исчезновение своей наперсницы, Сандры Джарвис.

Том вышел с вокзала «Кингс Кросс» и направился прямиком к подземке, следуя по линии Пиккадили к Лестер-сквер. Он срезал через Чайнатаун с его мириадами ресторанов и экзотическими магазинчиками, а затем вошел в Сохо с Грик-стрит. Он знал дорогу достаточно хорошо после шести месяцев работы на таблоид, имеющий самые крупные тиражи в стране. Сохо всегда был богат на материал для статей.

В любом другом городе, секс-шоп с закрашенными окнами был бы переведен на тихую боковую улочку. Здесь же, на Олд-Комптон-стрит, на витринах в открытую стояли фривольные манекены, демонстрирующие бандаж и элементы фетиша. Однако Сохо не был полностью отдан на откуп торговле сексом, и контраст был поразительным. Знаменитый джаз-клуб Ронни Скотта был всего в нескольких дверях от грязного здания, с написанным на стене указателем от руки, который предлагал «новую блондинку» в своем подвале, а клуб «Граучо» располагался напротив открытой двери, которая вела на крутую лестницу, обещающую «модель» на следующем этаже. Такого места больше не было нигде в Англии.

«Мираж» размещался в большом здании на углу Брюэр-стрит. Над его дверью висел большой красный знак с силуэтом обнаженной девушки, обещая сексуальные небеса за закрашенными окнами. Единственный палец был прижат к ее губам с намеком, что «Мираж» был секретом, известным лишь немногим.

***

Грэхем купил Хелен карри. Чтобы поблагодарить ее, сказал редактор, за всю тяжелую работу, но он казался немного нервным, и у нее сложилось впечатление, что делает такое не часто. Он был задумчив, когда они делали заказ, но еда здесь была хорошей, в ресторане карри на улице недалеко от рынка Бигг. Они достаточно мило болтали, темы варьировались от их семей до предыдущих мест работы, и он рассказал ей некоторые военные истории, которые он скопил за годы работы в журналистике.

― Значит, ты была одной из пятнадцати миллионов? ― спросил Грэхем во время затишья в разговоре.

― Столько это включили?

― Они так говорят.

― Ну, это было отвратительное зрелище, ― сказала она.

― Повтори эту фразу еще раз?

Хелен процитировала ему:

― Нас было трое в этом браке, так что он был слегка тесноват.

Грэхем кивнул.

― Разрушительным для Чарльза.

― Женщина, которая станет следующей королевой Англии сознается в супружеской измене в телевизионном интервью? Кто мог такое представить? Очевидно, Джеймс Хьюитт мог быть обвинен в государственной измене за то, что переспал с женой монарха. Его бы повесили, утопили и четвертовали в дни Генриха Восьмого.

― И что? Монаршьи особы совершали это веками. Сейчас все изменяют.

― Не все, ― быстро сказала Хелен.

Когда минутой спустя Грэхем вежливо поинтересовался парнем Хелен, она снова расслабилась. Она слишком любила и уважала своего редактора, чтобы отмахнуться от этого, если окажется, что он один из тех мужчин, чьи жены их не понимают.

Только после того, как он попросил счет, его тон стал серьезным.

― На днях у меня была неприятная встреча, ― признался он, и, когда она не знала, что на это сказать, Грэхем пояснил: ― Пришли управляющий директор и один из штатных юристов группы, ― объяснял он. ― Меня предупредили. Это было сказано не напрямую, но я видел, что они обеспокоены.

― Из-за статей, которые я написала?

― Отчасти, ― согласился он. ― Они были осторожны и не вдавались в подробности, делали акцент на том, чтобы я сохранял полный редакторский контроль, все говорили и говорили о моем будущем, о том, каким радужным оно может для меня быть...

― Если ты не будешь раскачивать лодку?

― А вы быстро схватываете, молодая леди, ― сказал ей Грэхем. ― Должно быть, мы в последнее время наступили на несколько очень больных мозолей, что привлекло внимание обеспокоенных инвесторов. Ни у кого в журналистике от этого нет полного иммунитета, даже у нас, особенно у нас, так как наша материнская кампания теряет теперь деньги.

― Что ты сказал?

― Я сказал, что им не нужно из-за меня беспокоиться. Я в этом надолго. Я сказал, что знаю, что делаю. Они не поверили. Ставки повышаются, ― сказал он ей и впервые по-настоящему занервничал. ― Редакторов могут снять с должности по ряду причин. Я предвидел, что это случится.

Так вот какой была причина для карри и более чем часового неспешного разговора. Грэхем, наконец, дошел до сути дела.

― Что ты хочешь, чтобы я сделала?

Она ожидала, что он скажет ей прекратить. В отличие от Хелен, у него была жена и семья.

― Ничего, пока что, ― сказал он ей, ― ты продолжаешь быть нашим лучшим репортером расследователем: просто убедись, что ты права, вот и все ― или мы оба лишимся работы.

― Хорошо, ― ответила она.

Слишком много последствий для «напечатай и будь проклят».

***

Том выглядел достаточно респектабельно, так как вышибала пропустил его без вопросов. Вырваться от девушки, которая забрала у него деньги было сложнее: ему пришлось заплатить дважды. Был членский взнос, а затем еще единовременная плата за вход, прежде чем его вообще впустили в клуб. Это место было лицензией на печать денег.

Его поприветствовал сюрреалистический вид. Кроме персонала бара, единственные мужчины в этом месте были одеты в костюмы и окружены большими группами девушек, которые работали в комнате. Девушки все были одеты в изысканное нижнее белье и ничего больше. Несколько девушек направились прямиком к Тому и вдохновляли его купить приватный танец, еще до того, как у него нашлось время заказать напиток.

― Не сейчас.

Его отказ был встречен потерей интереса или явной враждебностью со стороны девушек.

― Ты не можешь просто сидеть здесь, ― сказала ему одна из них, как будто он собирался наслаждаться видом, не платя за это.

Он проигнорировал ее, пошел к бару и заказал единственную бутылку пива, которая стоила ему пятерки. Эта ночь обещала быть дорогостоящей, и он сомневался, что старший инспектор Кейн разрешит вписать что-либо из этого в расходы.

Том потягивал свое пиво и бесстрастно наблюдал за девушками. Ему было не интересно, как они разводили бизнесменов на деньги, или же их телодвижения. Он искал Диану Тернер, но ни одна из девушек не была на нее похожа.

Затем к нему подошла девушка. Она была поразительно привлекательной брюнеткой, которая не была настолько прямолинейной, как другие.

― Присматриваешься?

― Я ищу девушку...

― Тогда ты в правильном месте.

Она улыбнулась.

Том воспользовался своим шансом.

― Я ищу эту девушку.

Он достал из кармана фотографию Дианы Тернер, прикрыв пальцами Келли, чтобы она их не спутала.

Ее улыбка испарилась.

― Ты коп?

Ее акцент стал сильнее, выдавая ее восточно-британское происхождение.

― Нет, ― сказал он, ― я просто...

Но она уже уходила, и он подумал, что заметил, что она бросила кому-то взгляд.

Несколько секунд спустя он узнал, что его инстинкты были верными, когда два огромных вышибалы появились из ниоткуда, преграждая ему путь.

― Могу я вам помочь? ― спросил один из них, будто едва ли он собирался ему помогать.