Драконье проклятье (СИ) - Трефилова Марина - Страница 19

Ой... щеки и уши опять запылали. Я перестала улыбаться и смущенно отвернулась. Брат растерянно переводил взгляд с меня на Марка и не мог понять, что происходит.

- Добрый вечер. - на балконе появилась маменька в домашнем платье. - Я не слышала, когда вы вернулись.

- Недавно, маменька, мы не хотели вас будить, - ответил ей брат.

Она ласково ему улыбнулась и перевела взгляд на стоящего на соседнем балконе, мужчину.

- Господин Армарт, добрый вечер, - на лице маменьки даже мелькнула тень улыбки, что сильно меня удивило. Марк поклонился ей, не имея возможности поцеловать

руку.

- Я так и не поблагодарила вас за спасение моей дочери. Это непростительно. Я у вас в долгу за то, что вы спасли ей жизнь. Я прошу у вас прощения за свое предвзятое отношение к вам. Вы много раз доказали своим поведением и поступками, что достойный человек, я же...

- Графиня Авир, не корите себя. Я не сердился на вас и обиду не затаил. Вы образцовая леди. А Маоли я бы спас еще. если потребовалось. У вас чудесная дочь.

- Господин Армарт, я так рада, что все недоразумения между нами решены! Отныне мы с дочерью будем рады видеть вас у себя. Мы принимаем с трех часов пополудни до шести.

- Буду рад! - поклонился Марк.

На этом обмен любезностями завершился и маменька, сославшись на усталость, вернулась к себе.

Мы с мужчиной удивленно переглянулись. Поняв немой вопрос: "Что на неё нашло?"- синхронно пожали плечами. Рауля это рассмешило.

Мы еще немного поговорили о ничего не значащих вещах и вскоре распрощались, пожелав друг другу добрых снов.

Когда я готовилась ко сну, меня посетила маменька. Я тут же спросила, что значил весь это спектакль с извинениями.

- Это не спектакль. - серьезно ответила маменька. - Доктор рассказал, какую неоценимую помощь тебе оказал и оказывает сейчас господин Армарт. Я убедилась в том, что была к нему несправедлива. Я заметила, что ты уже нашла с ним общий язык, и я не буду против, если ты станешь с ним дружить.

- Спасибо, маменька.

Я ее поблагодарила, но все равно мне ее поведение показалось подозрительным.

Следующий день выдался пасмурным. Высокие серые тучи затянули небо, но ветра не было. Про такой день можно сказать: длинный, серый вечер. Все ходили задумчивые и сонные, редкий смех и громкие голоса привлекали внимание. Только мальчишки с кухни носились туда-сюда как обычно, и ругался на конюшне Стеван. Его голос разносился по всей округе.

Как ни странно, люди не желали прятаться по комнатам, а все высыпали в сад. Видимо сумрак помещения наводил тоску, и на улице она немного развеивалась. Мы с маменькой проводили Рауля и тоже присоединились к остальным. Я не думала, что Марк тоже будет там, но увидела его, сидящего в окружении трех эльфиек. Он о чем-то оживленно с ними разговаривал и на меня внимания не обратил.

Я перебросилась парой фраз со знакомыми, но в основном молча следовала за маменькой. Интереса ничто не вызывало. Было грустно и одиноко. Я вдруг вспомнила вчерашний сон, дракона и поцелуй. Захотелось сходить на скалу. Незаметно улизнув от маменьки, я направилась по тропинке вдоль речки. Вскоре тропинка свернула в сторону, а я продолжила путь вдоль речушки. Миновала ограду поместья и начала спускаться между замшелых деревьев. Все чаще попадались крупные зеленоватые валуны, и вскоре я вышла на плоскую каменную площадку, окруженную деревьями. Передо мной раскинулось море, такое же серое и хмурое, как небо.

Я присела на поваленное дерево недалеко от обрыва. Что-то важное происходит в моей жизни, я чувствую. С чего бы мне привязываться к чужому человеку? Однако, привязалась. Он кроме доктора, общался только со мной, а теперь, кажется, нашел еще друзей, вернее, подруг. Мне бы порадоваться за него, а мне грустно. Сегодня он даже не заметил меня.

Я разозлилась на себя. Да чего я расклеилась?! Зачем он мне сдался?! Он же чужой человек! Ну и что, что хороший? Хороших людей много на свете! Может прикасаться ко мне? Ну и что? Рауль тоже может ко мне прикасаться! Другом стал? А что собственно я об этом друге знаю? Ничего! А друзей у меня еще много, и они ничего от меня не скрывают! А с какой стати он вообще что-то должен мне рассказывать о себе или дружить только со мной? Потому что пару раз мы с ним обнялись? Или потому, что пару раз провели сеансы странного лечения? Или может, потому, что он несколько раз мне жизнь спас? Или потому, что я чувствую себя самой счастливой в мире, когда он обнимает меня?.. Он чужой человек. Он чужой человек... Он... чужой человек.

С моря подул ветерок. Я поднялась на ноги и обняла себя за плечи, зябко поёжившись. За спиной хрустнула ветка. Я обернулась.

Марк стоял, держась рукой за ветку дерева у себя над головой, и смотрел на меня.

- Простите, если напугал.

-Здравствуйте. Марк.

Он вышел на площадку.

-Здравствуйте, Маоли. Вам не холодно? - спросил, остановившись в шаге от меня.

Я отрицательно покачала головой и отвернулась к морю. Святые Небеса! Я сжала ладони в кулаки, что есть силы, чтоб ногти впились в кожу, и боль отрезвила мой мозг. Не отрезвила. Только слезы из глаз брызнули, и я тихо всхлипнула.

- Маоли, вы плачете? - Марк развернул меня к себе и испытующе заглянул в глаза.

Я поджала дрожащие губы.

- Маоли? Я чем-то обидел вас?

Я замотала головой так, что локоны хлестнули по щекам. Глубоко вздохнула, проморгалась и ответила:

- Нет, не обидели, просто я не понимаю, что происходит. Почему я так к вам привязалась? Почему мне так мучительно хочется, чтоб вы снова меня обняли? Почему, я компрометирую себя перед вами и не беспокоюсь об этом? Почему между нами словно и нет никаких светских условностей? Почему я сейчас все это говорю вам? Что вы со мной сделали? Или это ваше кольцо? Это из-за него меня так тянет к вам? Это оно наводит на меня странные, непонятные чувства?

Марк смотрел на меня прямо, серьезно, без насмешки и осуждения.

- Хорошо. Маоли, давайте его мне! Я не знаю всех его возможностей, поэтому не могу полностью вас заверить, что это не его чары. Снимите его, и пусть он лежит пока у меня. Вы вернете его, когда захотите.

Я сорвала перстень с пальца и сунула в руку мужчины. Он положил его в карман брюк. А затем притянул меня к себе и крепко обнял.

- Только, если это перстень, неужели он и на меня действует? А ведь я его не ношу, он больше не мой.

Со странным облегчением я прижалась к его груди и... успокоилась.

Он такой большой, теплый, его сердце стучит у меня под ухом. Чужой человек. Он чужой человек. Это неприлично. Я даже ни разу не видела, чтоб мама с папой обнимали друг друга на виду у нас с Раулем. А он чужой человек. А я его обнимаю. И мне хорошо. И стыд ворочается где-то глубоко-глубоко, потому что счастье от того, что Марк меня обнимает, перекрывает все доводы рассудка.

Я подняла на него взгляд. Мужчина смотрел нежно, улыбаясь. Я видела его шрамы. Они сгладились немного, но по-прежнему скрывали от меня половину его лица. Но не пугали и не вызывали отрицательных эмоций.

- А расскажите мне о море? - спросила вдруг.

Мы присел на покрытый густым мхом валун. Марк откинулся спиной на ствол дерева, а я - на его грудь. Он расстегнул камзол, накинул борта мне на плечи и обнял. Так было теплее, и усилившийся ветер с моря уже не так беспокоил.

- Что вам рассказать? Море не моя стихия, но стала для меня родной. Я сбежал на торговый корабль еще мальчишкой, как только понял, что я чужой в своей семье. Море покорило меня. В море я перестал чувствовать себя одиноким. Я почувствовал себя свободным. Драконы говорят, что нет большей свободы, чем небо и ветер, так вот, море - не меньшая свобода. Море смыло с меня тоску и разочарование жизнью, помогло простить мою семью и много лет спустя, вернуться в нее. Но море навсегда стало моим домом. Без моря я как без воздуха. Последний месяц я каждый день приходил на эту скалу и встречал рассвет, вдыхал соленый ветер, смотрел на волны.