Леди чародейка (СИ) - Герцен Кармаль - Страница 91

Видя, что я по-прежнему не понимаю, он охотно пояснил:

– Погасший мир – мир замерзший, застывший во времени. Мир, Сердце которого однажды потухло.

– Почему? – воскликнула я. Взглянула на Дайану, но она выглядела невозмутимой. Вполне ожидаемо: я удивлялась вещам, которые ей, жительнице магического мира, казались привычными и обыденными.

– Никто не знает, почему Сердца Мира гаснут. У каждого мира причина своя – войны, нарушенный магический баланс, ярость богов, – пожав плечами, сказал рыжий чародей.

– А что происходит с его жителями?

– Они умирают, – жестко сказала беловолосая. – А те, кому повезло чуть больше, в ком было чуть больше магических сил, воли к жизни или попросту удачи, замерзают навеки – или в ожидании того часа, когда Сердце Мира загорится вновь.

– И его можно зажечь? – Подобная фениксу, в моей душе оживала надежда.

– Да, но сделать это может только Истинный Дар. Даже мы, чародеи, бессильны – нашей магией Сердце Мира не зажечь.

Теперь стало понятным нахождение на собрании Круга Дайаны. Понятной стала и моя роль.

– Этот путь не опасен – погасшие миры мертвы и никакой угрозы не представляют, – начала Дайана. – И я могла бы пройти его сама…

– Это исключено, – мотнув головой, отрезала я.

Она улыбнулась.

– Я знала, что ты это скажешь. И я буду рада, если ты отправишься со мной.

Я перевела взгляд на чародейку с копной белых волос.

– Вы… уже выбрали мир, куда нам можно будет переместиться?

Она кивнула.

– Альгардес идеально для этого подходит. Его Сердце потухло всего несколько десятилетий назад – велик шанс, что кто-то из застывших, как и сам мир, людей проснется. А значит, возродив и пробудив Альгардес Истинным Даром Дайаны, мы спасем не только жителей Ордалона, но и жителей Альгардеса. Пусть даже их будет всего несколько сотен, это уже победа.

Слова чародейки заставили меня задуматься – отчего же тогда они раньше, зная о даре Дайаны, не просили ее пробудить один из погасших миров? Просто для того, чтобы спасти его обитателей?

Увы, но времени расспрашивать не было. Пока я вела с Кругом беседу, за пределами Оплота гремела война. Алистер, Ари и Конто – и тысячи, и сотни тысяч других людей, таких же близких и родных для кого-то, жертвовали своими жизнями.

Помня об этом, все вопросы я оставила при себе.

– Как и в любом из миров, время там течет совершенно иначе, – пояснил тонкий, словно жердь, чародей. – Если наши расчеты верны, вы должны вернуться сюда до захода солнца. В погасшем мире же пройдет несколько дней. Несколько безумно долгих дней холода и пустоты... и к этому вы обе должны быть готовы.

Я взглянула на Дайану и ободряюще ей улыбнулась – показалось, что, несмотря на ее собственные заверения в безопасности погасшего мира, юная магесса была бледна.

– Я готова, а ты?

– Конечно, – решительно заявила Дайана.

– И как же это все будет происходить?

Беловолосая протянула ладонь, на которой я увидела роскошную резную шкатулку. Открывать крышку и демонстрировать мне, что таится внутри, она, однако, не торопилась.

– С помощью скрижали Фираэль, за которой охотился один ваш знакомый, мы – Круг – создадим портал, который и приведет вас к Альгардесу. С помощью телепортационных карт мы постараемся создать выход из портала как можно ближе к Сердцу Мира. Но тропы между мирами прокладывать не так-то легко. Вы должны быть готовы к непредвиденным обстоятельствам.

– И как же мы найдем Сердце Мира? – тихо осведомилась я.

– Пускай оно и полое внутри, вокруг него рассеяно огромное количество магии – погасшее Сердце Мира, точнее, поселившаяся под его оболочкой пустота притягивает к себе магию всего Альгардеса. Она же и притягивает к себе жизненную энергию спящих, замерзших людей, поглощает ее.

«Как черная дыра, – подумалось вдруг, – которая пожирает все живое».

– Я научила Дайану чарам, с помощью которых она сможет отыскать Сердце Мира, пользуясь рассеянной вокруг него магией как камертоном, – объяснила чародейка.

Я вдруг со всей отчетливостью поняла, что сегодняшняя встреча Круга с Дайаной была далеко не первой – если начать отсчет с момента нашей встречи во дворце Асин-Кара. Дайана не единожды наведывалась сюда, но о своих делах с Кругом мне не говорила…

Кольнула глупая ревность – особенно глупая сейчас, когда шла кровопролитная война с Исполинами. Не время для поверхностных и мелочных эмоций. К тому же Дайана на редкость умна и рассудительна для своих юных лет. И если она не желала ставить меня в известность насчет обучения у чародеев Круга – значит, у нее были на то причины.

– Никто не знает – даже мы не можем предугадать – кому удастся пробудиться после зажжения Сердца Мира Дайаной, – обронил рыжеволосый чародей. – Это необъяснимо – умереть может как обычная горожанка без капли дара, так и сильный маг. Здоровый, крепкий мужчина может погибнуть, тогда как болезненная малышка выживет. Поселившаяся в Сердце Мира пустота забирает чужие жизни избирательно, следуя одной ей ведомым принципам.

Я зябко передернула плечами. Погасший мир, подобная пустой яичной скорлупе оболочка Сердца Мира, внутри которого жила поглощающая магию и жизнь пустота… Все это нагоняло жути и отзывалось мурашками по телу.

Но если храбрилась Дайана, я не имела права пасовать.

– Мы готовы, – переглянувшись с ней, я ответила за нас обеих. – Думаю, можно начинать.

Велев нам отойти к стене, чародеи встали в круг. В центр его, спиной к нам с Дайаной, встала беловолосая со скрижалью Фираэль, запрятанной в шкатулку. Напевно произносила слова на незнакомом мне языке, которые остальные чародеи за ней – видимо, старшей – послушно повторяли.

Их кожу охватило странное свечение, которое с каждым мгновением становилось все сильней. Не сразу, приглядевшись, я поняла, что свечение образуют окружившие фигуры чародеев сверкающие нити-стихиали, сотканные из всех четырех стихий и плотно друг с другом переплетенные.

А затем они вдруг взорвались вспышками ослепительного света – кристально чистого, ослепляющего. На глаза навернулись непрошенные слезы, очертания предметов в верхнем зале Оплота потеряли четкость. Проморгавшись, я кинула взгляд в центр зала. Беловолосая чародейка притягивала к себе импульсы магической энергии, сотворенной остальными, направляя ее в шкатулку как вместилище, сосуд животворящей силы.

Еще одна вспышка, подобно белому пламени охватившая фигуру чародейки… Свет померк. Ни шкатулки, ни скрижали Фираэль – только сверкающее марево, концентрированный вихрь магической энергии, стягивающийся к эпицентру.

Портал.

Дайана шагнула ко мне, но беловолосая ее остановила. Порывисто обняла, заставив мои брови удивленно взлететь, и быстро сказала:

– Спасибо за то, что делаешь для нас.

Я улыбнулась, чувствуя гордость за Дайану – упоительно теплую, сродни материнской. Она кивнула. Высвободившись из объятий чародейки, подошла ко мне.

Крепко держась за руки, мы одновременно шагнули в портал. Чтобы мгновением спустя очутиться в другом мире.

Погасшем, мертвом мире под названием Альгардес.

Глава двадцать вторая. Будущее на холсте

Обхватив себя руками за плечи, Джиневра стояла посреди комнаты в башне Оракула – ее новом доме. Доме, где ее принимали такой, какая она есть. Где жила та, кто на долгие годы станет ее учителем, наставницей… Быть может, и кем-то большим? Ее семьей, ее настоящей семьей?

Оракул подарила ей тепло и десятки историй про всевидящих звезд. Но главное – она подарила надежду. Какое облегчение было понять, что она, Джиневра, не чудовище. Она все делала верно. Неправы лишь те, кто не захотел прислушаться к ее посланиям, не захотел ее понять.

Круглые стены были плотно увешаны картинами, которые она нарисовала. И снова боль, красной краской пролившаяся на холст, и снова отчаяние, сквозившее в глазах и лицах.

Люди… Такие хрупкие фигурки на фоне каменных гигантов.