Леди чародейка (СИ) - Герцен Кармаль - Страница 8

– Зеркала – это врата, – кивнула Дайана. – Если их разрушить… произойдет непоправимое.

– И что же нам делать? Нельзя же сидеть и ждать, пока они – кто бы то ни было – проникнут сюда! – горячо воскликнула я. Осознала, что сжимаю руки в кулаки и с трудом заставила себя их разжать.

Скорбно опустив уголки губ, Дайана покачала головой.

– Мне жаль, но… ничего нельзя поделать. Но я верю, что чары папы выдержат и нам нечего бояться. К тому же, у меня еще есть мой дар. Истинный Дар. Правда, я не знаю, насколько еще меня хватит – хрустальное проклятие выпивает из меня силы.

– Значит, эта Ламьель пытается прорваться в особняк...

– Нет, – перебила меня Дайана. – Ламьель не сможет проникнуть сюда, пока не будут разбиты все зеркала. На это ей потребуется время. Сейчас она тратит все силы, чтобы поскорее убить меня – она не сунется сюда, пока я не умру… насовсем. А когда она придет, этот мир падет. Столько людей, столько жадности, глупости, жестокости – она будет довольна. – Видя, что я ничего не понимаю, Дайана объяснила: – Колдунья питается темными человеческими душами, использует их, чтобы стать сильнее. Этот мир для нее – просто лакомый кусочек.

Я медленно выдохнула, потерла пальцами виски.

– Но время у нас все же есть, – подытожила я, чтобы хоть как-то себя подбодрить и снизить градус обреченности.

Дайана с усилием кивнула.

– Немного, но есть. Ламьель – сильна, но не всесильна.

Не скажу, что это сильно обнадеживало, но все же…

Я надеялась, что речь шла о годах – или месяцах, хотя бы. Но с каждым днем проклятие затрагивало юное тело Дайаны все сильнее. Плоть неумолимо превращалась в хрусталь: сначала «остекленели» руки, и девочка не смогла держать ничего в руках. Рядом с ней постоянно был кто-то – Алистер Морэ, миссис Одли, я, Митси и, разумеется, Ари – она практически ни на минуту не покидала свою хозяйку.

За руками настала очередь ног. Дайана больше не могла ходить. Видеть ее на постели, бледную, подавленную, опустошенную, было выше моих сил.

– Почему так быстро? – выдавила я, обращаясь к миссис Одли.

Она лишь горестно вздохнула.

Никому не было дело до того, что я – обычная современная девушка – нахожусь в едва ли не большем шоке, чем сама бедняжка Дайана. Но скрыть ее болезнь никому и в голову не приходило – полагаю, на какое-то время все просто позабыли о моем присутствии в особняке, вспоминая только тогда, когда я попадалась на глаза. И я ходила, как призрак, растерянная и совершенно выбитая из колеи. Я не знала, что мне делать. Что-то надвигалось, и мне было опасно оставаться в особняке, но я и мысли не допускала, чтобы уехать отсюда.

Если Дайане уготовлена такая страшная участь – погибнуть из-за насланного на нее проклятия, я твердо намерена быть рядом с ней до конца.

Глава восьмая. Темное Отражение

Атмосфера в доме стала тягостной, мрачной. Иной раз мне казалось, что я не могу вздохнуть – так тяжело было находиться под невидимыми взглядами из зеркал, в особняке, пропитанном страхом и обреченностью. Митси переживала болезнь Дайаны как свою собственную, она похудела так, что выпирали скулы. С Ари клочьями летела шерсть, миссис Одли ходила по особняку молчаливой тенью, а мистер Морэ дневал и ночевал в комнате Дайаны.

Я не могла больше сидеть сложа руки. Знаю, они думали, что в нашем мире магии нет – но как же экстрасенсы, ведьмы и медиумы? Неужели никто из них не сможет помочь Дайане? Проводя все больше времени на скамейке во внутреннем дворе особняка, я перерыла кучу информации в интернете – подчас настолько смешной и наивной, что становилось обидно за людей, выдававших наиглупейшие фокусы за истинную магию. Сделала десятки звонков в надежде, что по разговору сумею отличить настоящего одаренного от самозванца. В конце концов назначила встречу в Риденвуде женщине, называющей себя потомственной ведьмой. По телефону Найра произвела на меня хорошее впечатление: о деньгах не заговаривала, рассказала историю своей семьи, когда я обмолвилась о проклятии, она очень оживилась и заверила, что это по ее части.

Как бы мне хотелось в это верить!

Наверное, Найра и впрямь была хорошей ведьмой и те, кто сидел в глубине зеркал, об этом знали. Иначе как объяснить, что само провидение словно твердо решило помешать тому, чтобы наша встреча состоялась?

По дороге из Дексвилла в Реденвуд Найра позвонила мне и срывающимся от волнения голосом сказала, что угодила в аварию – внезапно в зеркале заднего вида она увидела что-то темное, до невозможности жуткое. Испугалась и инстинктивно нажала на газ. Врезалась в ворота кладбища. Машина заглохла, но сама Найра, к счастью, не пострадала, отделавшись лишь содранной о руль коже на лбу.

Я понимала, что что-то здесь не так и бросилась вон из дома: нужно было во что бы то ни стало привезти Найру сюда. Я вызвала такси и поехала ей навстречу.

Чем ближе я была к ведьме, тем больше нервничала. Все два часа я едва сдерживалась, чтобы не начать грызть ногти, и беспрестанно ерзала, неотрывно глядя в окно. Когда машина вдруг заглохла, я почти не удивилась. Пока таксист копошился в моторе, тщетно пытаясь понять причину поломки, я судорожно набирала номер за номером, но никто не желал ехать в такую глушь. Совершенно отчаявшись, я набрала номер приятеля Пайп – того самого, что привез мне вещи. Пришлось, скрепя зубы, согласиться на совершенно ненужное мне свидание, но я наказала, чтобы он ехал так быстро, как только мог.

А потом…

Двигатель вдруг заработал – ни с того ни с сего. Удивленный таксист позвал меня сесть в машину, но я стояла как вкопанная, не в силах сделать и шага. В стороне от того места, где мы находились, повисло темное грозовое облако. Мне показалось, что сверкнула молния – там, где с холма хорошо просматривался Реденвуд. Там, где находился особняк.

Я поняла, что проиграла. И в то же время, отчаянно не желала это признавать: позвонила приятелю Пайп, дала ему номер Найры и попросила забрать ее и привезти к особняку. Может, еще не поздно…

Отменила прежний маршрут и сказала таксисту разворачиваться. Он просто устало кивнул – как и мне, ему хорошо потрепала нервы эта поездка.

Всю дорогу я не отрывала взгляда от тучи, нависшей над Реденвудом. Она понемногу светлела, рассеивалась, но я не знала – воспринимать это как хороший знак или плохой? Или все то, что я себе навертела в голове, лишь в ней и существует? И когда я войду в комнату Дайаны, то она встретит меня своей чуть печальной улыбкой – даже сейчас, наполовину хрустальная, она не разучилась улыбаться.

Я протянула таксисту деньги и выпрыгнула из машины, едва дождавшись, пока она притормозит. Краем глаза увидела, как он качает головой. Ворвалась в особняк и застыла.

Тишина. Мертвая, неестественная.

Я прочистила горло и крикнула: «Дайана!», только чтобы нарушить тишину. И тут же пожалела об этом – мой крик потонул в ней, словно в болоте. Заглох, словно звуки не имели тут больше силы.

И вот тогда мне стало по-настоящему страшно.

Я кинулась наверх, в комнату Дайаны. Дверь ее была открыта, а она… жива. Вздох облегчения вырвался из груди, но тут же сменился безотчетным ужасом, когда она прошептала:

– Оно здесь.

– Кто? – чувствуя, как ослабели ноги, откликнулась я.

– Темное Отражение. Слуга колдуньи Ламьель. Оно разбило зеркало. Папу забрали, заставили уйти. Ари ушла за ним.

Я поняла, что Дайане тяжело говорить – она почти полностью остекленела, только губы шевелились едва-едва.

– Беатрис…

Слыша в висках отзвук биения сердца, я склонилась над ней.

– Ты должна победить Темное Отражение. Помоги им – Митси и миссис Одли… если они еще живы.

Я с ног до головы покрылась ледяными мурашками.

– Дайана, я…

Она не слушала меня, а, быть может, уже и не могла слышать. Прошептала так тихо, что мне пришлось еще ниже склониться над ней:

– Прошу тебя, найди папу. Колдунья заманила его – я знаю, она хочет отомстить за то, что он когда-то ее убил. Она не убивает тех, кого можно использовать для своих мерзких целей. Отыщи Ари – она поможет тебе найти папу.