Люди сумрака (СИ) - Герцен Кармаль - Страница 17

ГЛАВА 13

Неудивительно, что после того случая я жила в предвкушении нового путешествия на Ту Сторону. Лили-Белла говорила, что я еще не готова, и я была склонна поверить ей: всякий раз, когда она появлялась, она выглядела более чем странно. То ее голос резко обрывался, хотя она продолжала говорить, то звучал глухо и не разборчиво — словно помехи на радио. Ее образ тоже казался неправильным, неоднородным — то четкий и ясный, то размытый и едва видимый.

Лили-Белла объяснила, что мне нужно восстановить силы. Что я и делала, высыпаясь, отдыхая и съедая подчистую все, что приносил отец. Я больше не пыталась до него достучаться — просто затаилась на время, не желая вновь отведать снотворного.

Все мои проблемы вдруг отошли на второй план — моим сознанием всецело завладела мысль о новом путешествии на Ту Сторону. Я решила, что мои новообретенные способности помогут мне выбраться отсюда. Тогда я еще не знала, как далека была от истины.

Когда Лили-Белла сказала мне, что я готова для нового путешествия, я была вне себя от счастья. Коснулась ее привычным жестом и растворилась в мире живых, чтобы через несколько мгновений появиться в мире мертвых. Я-живая, бесчувственная, лежала на кровати. Странно, но меня это не пугало.

— А теперь попробуем взять новый уровень, — с загадочной улыбкой сказала Лили-Белла. — Притом в прямом смысле. Пора нам покинуть этот подвал.

Я непонимающе глядела на нее.

— Глупышка, ты же призрак! — рассмеялась она.

— Я могу проходить сквозь стены? — недоверчиво спросила я.

Лили-Белла тяжко вздохнула — совсем как учительница, объясняющая нерадивому ученику прописные истины.

— А ты видишь, чтобы я была бесплотна? Просвечивалась? Ты видишь сквозь меня комнату? — сложив руки на груди, осведомилась она.

Разумеется, ничего такого я не видела — Лили-Белла выглядела как обычный человек, сошедший с черно-белой фотографии. Лишенный красок, но совсем не бесплотный.

— Но ты же говорила, что я призрак…

— На Той Стороне все обладают магией — хотя бы ее толикой, — объяснила Лили-Белла. — Иначе как бы я попадала к тебе всякий раз? А истории о том, как призраки проходят через стены, забудь. Открою тебе маленький секрет — призраки терпеть не могут, когда их так называют. Потому что мы — не призрачны, а реальны, просто реальность наша немножечко другая.

— Ладно, — протянула я. — Как же мне тогда вас называть?

Лили-Белла мило улыбнулась.

— Ту Сторону очень часто называют еще и Сумрачным миром — ты еще видела слишком мало, чтобы оценить, насколько точное это определение. А его обитатели предпочитать себя людьми сумрака или сумрачниками.

— Ладно, — снова повторила я. — Значит, я тоже… сумрачница?

— Пока ты здесь — да, — рассмеявшись, ответила Лили-Белла. — Но, думаю, тебе, как и мне, не терпится поскорее покинуть порядком поднадоевший подвал. Моя магия не очень сильная, но думаю, она нам поможет.

Я почти не слушала ее, хотя и, без сомнения, жаждала вырваться из душного плена. Но слово «магия» стучало в моей голове как колокольный набат.

— Но раз я… странница, да еще и сумрачница, значит, и я смогу творить магию здесь?

— Помедленней! — Лили-Белла вновь рассмеялась. — Ты в моем мире сейчас как новорожденный котенок — только открыла глазки и делаешь свои первые шаги. Перед тем, как творить магию, тебе нужно освоиться и укрепить свой дар. К тому же, не рассчитывай на что-то особенное — наша магия легкая, простая. И не может влиять на мир живых — по большей части.

Я вспомнила, что она говорила мне уже об этом прежде. О призраках… сумрачниках, которые могут дать живым о себе знать.

— От чего это зависит? Сила магии, которой вы обладаете?

Лили-Белла нахмурила тонкие бровки.

— Ты задаешь правильные вопросы, — со вздохом произнесла она. — И гораздо раньше, чем я того ожидала. Не могу сказать, что у меня не готов ответ, просто я не уверена, что ты готова его принять.

— Не понимаю, — честно призналась я.

— Кармаль, этот мир отнюдь не прекрасен — ты и сама видишь, во что превращается окружающая реальность, когда из нее вымывают цвета, — и не безопасен. Мертвые… не бессмертны — не знаю, как иначе сказать. Если ты слышала истории о призраках, то наверняка считаешь, будто они существуют среди людей года, века или тысячелетия. Но это не так. Люди сумрака могут уйти. Но не это самое страшное — их могут к этому принудить.

— Ты хочешь сказать: убить, — непослушными губами выговорила я.

Покусав тонкие губы, Лили-Белла кивнула, глядя на меня со странным выражением, в котором смешались сочувствие и печаль. Словно страдала оттого, что нас — людей, живых или мертвых — повсюду окружала жестокость.

— Когда сумрачников убивают, они распадаются на мириады искр и гаснут в воздухе. Думаю, они сливаются с этим миром, становятся его частью — каплями воды, ветром, воздухом. Они всюду, но мы больше не слышим их.

— Как это жестоко — умереть дважды! — воскликнула я. Поняла, что неосознанно сжала руки в кулаки, только когда отросшие за время заточения ноготки больно впились в ладони. — Но зачем? Кому это нужно?

Я думала, что больше не способна удивляться — после того, что узнала о своем даре, о Той Стороне и людях сумрака, но Лили-Белла все же сумела меня поразить.

— Пожирателям магии — людям, которые не желают довольствоваться теми крохами магии, что имеют. Магия — это не только сила. Это власть — над людьми и поступками. Магия открывает многие двери, и всегда находятся люди, которые хотят открыть как можно больше дверей.

Я отчаянно пыталась нащупать, уловить связь между сказанным Лили-Беллой, но она сама поспешила мне все объяснить.

— Люди сумрака, умирая, оставляют после себя след. Пожиратели используют остаточную энергию канувших в лету людей как магическую энергию. Проще говоря, выпивают магические силы умерших сумрачников.

Я сглотнула. При одной мысли, что кто-то может выпить сущность — назовем это так — другого человека после его смерти, мне становилось нехорошо.

В глазах Лили-Беллы зажглось понимание.

— Вот поэтому я не хотела говорить тебе об этом, — тихо сказала она. — Но, помни — не все люди таковы. Не все готовы убивать ради того, чтобы стать сильнее.

Она направилась к дальнему концу подвала, но я осталась стоять, слишком потрясенная услышанным.

— Хочешь сказать, что на Той Стороне тоже есть полиция? Или что-то в этом роде?

— Мы называем их просто законниками, — отозвалась Лили-Белла. — Чаще всего, это те, кто обладает магией и может заключить совершивших преступление в магическую клетку. Но их — законников — слишком мало, а людей сумрака слишком много. Представь, сколько поколений живет в одном этом городе. Невозможно придерживаться старых порядков, когда весь мир стал иным. Сумрачники свободолюбивы и не привыкли отчитываться перед другими. По большей части, тут все делают только то, что хотят. Если кто-то пожелает вмешаться — только на свой страх и риск.

Я невольно поежилась, хотя в замкнутом пространстве подвала неоткуда было взяться сквозняку. Сумеречный мир казался мне все более мрачным и неприветливым… и вместе с тем — необычайно притягательным, как любая тайна для любой тринадцатилетней девчушки.

— Но зачем все это? — Я обвела рукой подвал. Попыталась объяснить, что имею в виду, но нужные слова не находились.

К счастью, Лили-Белла меня поняла.

— Никто не знает, — повернувшись вполоборота, сказала она. — Но думают, что Та Сторона — это место для заблудших душ, а лучшие, достойные здесь не задерживаются. Кто-то говорит, что они растворяются, чтобы вновь стать частью природы, которая их же и создала. Кто-то — что они перерождаются. Ответов нет. А там, где нет ответов, бесчисленное количество догадок.

Она постояла так, словно пребывая в каком-то трансе. Мне был хорошо виден ее профиль в обрамлении темных прямых волос, в Сумрачном мире кажущихся абсолютно черными. Лили-Белла так долго находилась во власти своих мыслей, что я успела встревожиться. Что-то угнетало ее — что-то, о чем она не хотела рассказывать мне, только пришедшей в ее мир. Думаю, просто не хотела взваливать на меня груз собственных проблем.