Жемчужина гарема (СИ) - Миленина Лидия - Страница 73

— Благодарю за информацию, Геард, — сказала я. Смотритель гарема снова мягко, как ребенку, улыбнулся мне.

— Миледи, я понимаю, что вас тревожит. Вы думаете, что ваш избранник-принц... мог неверно трактовать произошедшее при вашей встрече. Теперь, когда ваша сущность Повелительницы раскрылась, это стало вам ясно. Кстати, я даже не удивлен, что мои смутные подозрения о вашей природе оправдались... Вы же... человек и не инициированная Повелительница. Неизвестно, насколько равноценной может быть «истинность пары» для вас. Возможно, в меньшей степени, чем для вашего дракона... Повелительницы, как правило, не становились истинными парами. Они были, как бы это сказать... достоянием драконьего народа. Поэтому я понимаю ваши сомнения... Проверить чувства вашего избранника и верность их интерпретации вы не можете. А на ваши ощущения может влиять ваша природа...

— Будь проклят день, когда я узнала все это! — не выдержала и вспылила я. — Не хочу я будить бурление в крови каждого дракона! Не хочу сбивать с пути их и саму себя! Знаете, Геард... вы были в истинной паре. Значит, вы знаете, что значит быть со своей единственной... Вот и я хочу — одного, единственного, любимого...

— Да постойте, миледи Аленор! — доброжелательно рассмеялся Геард. — Не мучайте себя. Скажите мне, если любите, есть ли разница, истинная вы пара или нет?

Я замерла. Надо же... А ведь все так просто. Почему мне это не приходило в голову!

— Ну, думаю... в сущности, нет, — сказала я медленно. — Может быть, как раз любовь и дает истинность пары, а не наоборот...

— Тогда зачем вы себя мучаете, сомневаясь, если любите? — лукаво блеснув глазами, спросил Геард.

Вот ведь! Да, когда не было Рокарда, я была полностью уверена, что люблю Ролара на всю жизнь... Все было просто!

Геард понимающе улыбнулся.

— Вы пойдете на эшафот ради Ролара? Умрете ради него? — вдруг быстро спросил он.

— Да, — ни секунды не сомневаясь ответила я.

— Почему?

— Да потому что... Хотя бы потому, что уверена — он умрет ради меня, если нужно...

— Не совсем так, Аленор, — покачал головой Геард. — А ради Рокарда вы умрете?

Старый лис, подумала я. Задает правильные вопросы. Думать об этом немного больно, но зато все расставляет по местам.

— Возможно... — искренне ответила я. — Скорее всего, возможно.

— А он умрет ради вас, как думаете?

— Кто он?

— Ну... принц Рокард.

Я выдохнула и рассмеялась. Смотритель гарема действительно выводил меня на верную дорогу вопросами, требующими простого ответа.

Потом задумалась... Еще сегодня утром я ответила бы, что нет. Рокард всего лишь играет мной, манипулирует, хоть его влечение ко мне вполне искреннее. Вожделеет и не более того. Но теперь в голове всплыли его горячие слова: «... Любим, в конце концов, причем любим навсегда и не предаем своих избранниц! Мы умираем ради них, если нужно...».

Может быть, я уже стала такой избранницей Рокарда. В любом случае он предлагал мне ею стать. А потом этот танец со мной на руках, дорога по коридорам, грустный светящийся взгляд, прежде чем уйти.

— Знаете, теперь я думаю, что да, умрет ради меня... — тихо, но твердо сказала я.

— Вот видите, Аленор, — с улыбкой ответил Геард. — Вовсе не потому вы однозначно готовы пойти на эшафот ради принца Ро...лара — непривычно произносить его имя в этом дворце! Не потому, что он умрет ради вас. Принц Рокард тоже готов отдать за вас свою жизнь, но здесь вы сомневаетесь. Подумайте об этом. Это многое объясняет, — Геард встал и попросил разрешения удалиться.

Я задумчиво кивнула.

— Спасибо, Геард, — сказала я, вынырнув из охвативших меня мыслей и ощущений. — Вы... внесли ясность. Надеюсь, Рокард не разгневается на вас за этот разговор...

— Милорд Рокард не против честности и ясности, хоть и умеет подавать ее с нужной стороны, как все политики, —ответил Геард и пошел к выходу.

Но вдруг остановился.

— А может быть, принцу Рокарду просто не хватило времени, — сказал вдруг он. — Пока не хватило... Задавайте себе иногда такие вопросы, смотрите, как меняются ваши чувства...

— Геард! — воскликнула я, скомкала в руке сорванный листик и шутливо замахнулась им на дракона. — Вот необязательно было все портить! Вы развеяли мои сомнения, так не заставляйте меня испытывать их вновь!

— Тогда живите здесь и сейчас и принимайте, как меняются или не меняются ваши чувства. Ведь чем больше вы боретесь с ними, чем сильнее вы запрещаете им меняться, тем ярче играют они в глубине, куда вы их загоняете, — сказал Геард. — А для борьбы с сомнениями сейчас будет мягкий отвар. Доброго сна, миледи...

— Пригласите утром ко мне Мирейю, — сказала я вслед смотрителю. А он кивнул в ответ на это.

Утром все стало происходить очень быстро. Вернее даже не утром, а ближе к полудню, потому что я долго спала после полубессонной ночи и успокоительного отвара.

Не знаю, снилось мне или нет, но под утро показалось, что пришел Рокард. Приподнял мою сонную голову, вгляделся в лицо.

— Что ты тут делаешь? — возмущенно прошептала я.

— Просто пришел посмотреть на тебя. У меня плохие предчувствия, Аленор...

— О чем ты? — я приподнялась на локтях, высвободила голову из мягкого захвата смуглой ладони.

— Пока не знаю... Спи, Аленор. И... прошу тебя, — он встал. — Что бы ни случилось, запомни, я не лгал тебе. И я не был... актером, если понимаешь, о чем я... По крайней мере, с некоторого момента не был...

— Хорошо, — кивнула я. Наверное, все же это был сон, потому что согласилась я на удивление просто. А вслед за этим Рокард исчез, а я спала без сновидений.

На завтрак я ждала Мирейю. Но она не пришла. Вместо нее вошел Геард с жестким, каким-то измученным и озабоченным лицом. Махнул рукой, и мои служанки упорхнули стайкой покорных мотыльков.

— Миледи, — сказал он. — Девушка не придет к нам. Она... заболела.

— Как заболела? Что с ней?!

Только этого и не хватало! Болезнь Мирейи может сорвать все мои планы, и без того зыбкие!

— Вы же маги все поголовно, наверняка можете вылечить ее! — сказала я.

— Магией мы спасли ей жизнь. Но она еще долго будет прикована к постели. Ей нужно восстановиться. Понимаете, не каждый яд можно выгнать магией сразу... и не каждый яд проходит без последствий для организма и энергетики жертвы. Это был сильный яд...

Мгновение я осмысливала услышанное.

— Кто?! — резко спросила я, глядя смотрителю в глаза. — Курсэ?

Геард коротко кивнул.

— Курсэ. От слуг, которые больше не будут работать в этом дворце, она проведала, что милорд уделил особое внимание Мирейе. До вас ей не добраться, а вот до этой жемчужины добраться она смогла. Курсэ горяча, но Бог обделил ее разумом... Безумный злой поступок... Яд, добавленный в цветы, что разносили по спальням девушек. Разумеется, ментально мы все узнали, как только выяснилось, что Мирейя при смерти. Но девушка должна лежать еще долго, яд успел пропитать ее, прежде чем подоспела помощь...

— Надеюсь, эта гадюка будет наказана, — сказала я жестко. — Насколько мне помнится, за убийство соперницы здесь полагается смерть?

— Девушка выжила, — ответил Геард. — Поэтому Курсэ не казнят до смерти. Ее подвергнут ментальной порке и с позором отправят домой.

— Надеюсь, эта ваша порка — достаточно болезненный процесс, — сказала я. Представилась беззащитная нежная Мирейя, которая вдыхает аромат цветка и вдруг сгибается пополам от боли. Я словно сама ощутила, как ей плохо, как она отчаянно ловит ртом воздух не в силах сделать глубокий вход. Как падает на пол и бьется в агонии, и в секунды, которые считает последними в этой жизни, шепчет имя своего любимого, своего господина — Рокарда.

А этот дракон все думает обо мне и, наверняка, даже не придет навестить ее!

— Я могу ее видеть? — спросила я. — Посидеть с ней, побыть рядом...? Могу ведь?

— Хорошо, миледи. Думаю, это даже к лучшему. Вы можете быть с ней, пока милорд не пригласит вас на ужин...