Жемчужина гарема (СИ) - Миленина Лидия - Страница 70

— Дай мне шанс, Аленор, это не так много, — спокойно сказал он.

— Рокард, послушай, — я просяще посмотрела ему в лицо. — Прошу тебя... Можно действительно все изменить. Не заставляй меня идти на испытание жемчужин. Не пытайся сделать меня своей... Просто отпусти меня. Отпусти Ролара — прямо сейчас. Помирись с братом, попробуй... И я ... я дам тебе шанс. Я дам шанс вам обоим! Потому что я не знаю, где истина! Ты знаешь, что я не знаю! — я почти плакала и в лице Рокарда уловила сочувствие. Да, его действительно ранят мои чувства! Каким бы невероятным мне это не казалось еще в начале сегодняшнего разговора. — Хотела бы знать, быть уверенной, но не знаю! И ты прав, что теперь ее сложно понять... Просто отпусти его, и я... дам шанс и тебе. Я выберу одного из вас... Все равно я не мыслю больше ни о ком, кроме вас двоих! Рокард, прошу... Это ведь так просто!

Время сделало круг. Перед глазами встала картинка: я стою перед герцогом в библиотеке, рядом горит камин. «...Вы говорили, что я нравлюсь вам счастливой и свободной. Так дайте мне это — прошу вас. Дайте мне свободный выбор», — говорю я. И герцог смотрит на меня, словно борясь с самим собой, по худым щекам ходят желваки. А потом говорит горячо и искренне: «Как же ты не понимаешь, девочка! Я не могу так поступить по одной единственной причине! Ты ни за что не выберешь меня!»... И он был прав. Но спустя несколько минут герцог сжег договор, то ли повинуясь порыву, то ли желая проверить меня, то ли рассчитав все коварно и точно...

Так и Рокард сейчас отвернулся, словно внутри него шла борьба. Сложил руки на груди, точно так же, как тогда герцог, одной рукой сжал локоть другой, словно сам себя пытался удержать от опрометчивого решения.

А потом... разъединил руки и громко, странно рассмеялся. Истерика у него что ли? — с тревогой подумала я. Понятия не имею, что делать с драконом, потерявшим над собой контроль.

— Нет, Аленор! — сказал он, развернувшись ко мне, и смех стих. — Что, захотела опробовать силу Повелительницы? Думаешь, можно просто попросить, и все ляжет к твоим ногам? Знаешь, будь ты настоящей инициированной Повелительницей, думаю, сработало бы... Но для этого нам нужна близость, Аленор, настоящая близость в обеих ипостасях! Не надейся, что сейчас ты способна на такие чудеса... И... это могло сработать с герцогом, Аленор! Ведь он действительно хотел дать тебе выбор: сказать да или нет на брачной церемонии, прийти или нет на свадьбу... Его лишь оскорбил твой побег под покровом ночи! Могло сработать с ним, но не со мной... Потому что я знаю, как будет. Стоит тебе встретиться с ним, и ты кинешься ему в объятия. Просто по старой памяти. Потому что тот дракон привычнее, проще... Ты привыкла думать, что любишь его. Ты привыкла ждать его, бороться за его жизнь и вашу с ним любовь. Он проще, им тебе легче будет управлять. Ты выберешь его, тут же забыв об обещании дать шанс и мне. Нет, Аленор! Все произойдет по моему сценарию... Но не волнуйся: если у нас есть шанс, что ты можешь не стать Жемчужиной, то ты ей не станешь. Природу не обманешь...

— Какой же ты все-таки...! — разочарованно и раздраженно ответила я, но не нашла подходящего слова.

— Расчётливый? — усмехнулся Рокард. —Да. И сейчас мой расчет спасает тебя от самой себя. Я даю шанс нам с тобой, которого ты нам не даешь из-за своей веры в сказки и обещания верности. Которой ты, кстати, ему на самом-то деле не обещала... Это он обещал спасти тебя от герцога, но не явился. Обещал сделать женой и правительницей, и где он? Его нет, Аленор! Есть только я. Я вытащил тебя от герцога, я...

— Да, но ты хочешь сделать меня Жемчужиной, а он признал истинной парой, предложил разделить с ним жизнь и трон! Ты-то мне этого не предлагал! — вспылила я.

— А ты бы этого хотела? — вдруг спокойно и заинтересованно спросил Рокард.

На мгновение я опешила от вопроса. Потом рассмеялась.

— Не знаю, Рокард... Думаю, с этого нужно было начинать, а не заканчивать этим сейчас. Сейчас мне это неинтересно...

— Но может стать интересным, — усмехнулся Рокард. — И ведь я тоже это могу, Аленор.... Могу предложить это.

Все. Не могу больше.

Слишком много страстей, слишком много расчета. Слишком сложная игра для девушки, которая хотела лишь любви и свободы. Слишком сложно, непонятно, слишком противоречиво везде — снаружи и у меня внутри. Я обессиленно опустилась в кресло. Ну в конце-то концов, я девушка, я могу устать, я могу расстроиться, мне может быть тяжело...

— Послушай, Рокард, — вздохнула я. — Не хочешь выполнить эту мою просьбу, так выполни хотя бы другую. Не читай мои мысли... Пусть мы будем на равных. Знаешь, это ведь вредит мне... Знать, что собеседник читает тебя, как открытую книгу, быть для него, как жучок, которого он изучает... Это неприятно, ты ведь сам понимаешь. Уверена, ты можешь сделать это для меня. И это будет... в твою пользу.

Рокард вдруг улыбнулся — доброжелательно, как-то очень ярко. По-доброму. Шагнул к столу, налил бокал вина и протянул мне.

— Выпей, сними усталость... И хорошо, я не буду читать твои мысли. Тем более, что ты не сможешь этого проверить, — лукаво сверкнул глазами. — Тебе останется поверить мне.

— Я поверю, — улыбнулась я. — Ты играешь по-крупному. Обманывать в мелочах

— не твой размах.

...А вино действительно снимало усталость. Или Рокард вложил в него какой-то целительной магии, от которой по жилам растекалось спокойствие и здоровая бодрость.

— Может, все-таки потанцуешь со мной, миледи Аленор? — улыбнулся дракон. — Ты знаешь, что я не перейду границы...

То ли вино, разливавшее силы по венам и заставлявшее голову кружиться, то ли... просто я устала бороться.

Я встала. Я согласилась.

Танец с врагом. Или не с врагом? Душа знала ответ. Единственным моим врагом была я сама, потому что не понимала до конца природу своих чувств, не понимала себя до конца. А мужчины, что в той или иной степени любили меня, не были мне врагами. Они лишь хотели меня и пытались добиться меня, каждый своим способом.

Мне не за что их осуждать. И устала я не от них. Я устала от путаницы, что воцарилась во мне. От чувств, что раздирают душу.

Дракон медленно вел меня под красивую мелодичную музыку, заструившуюся из стен. Надежно в его руках, и в то же время горячо. И в то же время легко... Как будто я лечу. Всегда хорошо танцевала. Но сейчас я не танцевала — я летела.

В таком танце можно забыть обо всем, и Рокард давал мне эту возможность. Казалось, время остановило бег, разлилась легкая, пушистая вечность... И в этой вечности было не зазорно танцевать в Рокардом. Потому что... странно, но этот танец был чист. Так может танцевать с тобой лишь тот, кто любит тебя, бережет тебя, а не тот, кто жаждет обладать тобой. Вернее, тот, кто способен нежностью отодвинуть страсть в сторону.

Потом, когда я ощутила едва заметную усталость, он взял меня на руки, сделал еще несколько кругов по комнате со мной на руках и вышел. По пустым коридорам он нес меня куда-то, а я молчала, потому что такие моменты нельзя прогонять словами и сомнениями. Моменты, когда чудовище становится берегущим ангелом. Все равно ведь он не сделает того, что я не хочу...

Рокард принес меня в мои апартаменты, опустил на диван. Несколько мгновений улыбался, глядя мне в лицо. И молча вышел.

Не дотронулся до моей щеки, не отвел волнистую прядь... Не попытался поцеловать. Хоть, может, мне и хотелось.

Глава 48

Ролар

— Я думал, этой магии уже нет на свете, — сказал я устало, когда мы с герцогом вышли из последней арки.

— Я тоже когда-то так думал, — усмехнулся Виньялли. — Пойдем наверх, дракон, нам обоим нужно отдохнуть, тебе в особенности, после лабиринта. Да и мне... Каждая арка берет плату за проход — магическую энергию. Соваться туда совсем без сил равноценно смерти. Хорошо, что тебя, дракон, не истощил до дна даже ваш лабиринт.

По большому залу герцог провел меня к кабинке, что должна была, по его словам, поднять нас вверх. А к моменту, когда мы поднялись, я мечтал лишь об одном — лечь и заснуть. Позволить себе расслабиться, ведь в лабиринте я только терял сознание, а не отдыхал по своей воле.