Возвращение к Мастеру - Кокохина Антонина Георгиевна - Страница 12

— Во-первых, он не простой мужик, а следователь, а во-вторых, от тебя не больно-то и сбежишь, — возразил ей Бегемот, подравнивая пилочкой слишком острые когти, — кстати, Мессир, — обратился он к Воланду, — через два дня Груня со Степой Лиходеевым из Ялты возвращаются.

— Пора и нам к родному дому направить коней наших. Застоялись они, поди, в Заповедном лесу.

— Надо бы с Маргаритой Николаевной попрощаться перед дорогой, не чужая все-таки, — предложил Азазелло.

— Она мне больше не интересна, — возразил черный маг, — хотя с Иваном Бездомным, так и быть, увидеться не откажусь, занятный человек, хоть и прост, — Фагот, вызывай транспорт.

— Сей минут, господин, — бывший регент и переводчик при особе иностранца подлетел к телефону, висевшему на стене в передней, и заорал в трубку с ноткой истерики в голосе:

— Алло, алло, Вы слушаете? Хочу вызвать такси к дому, находящемуся по адресу: город Москва, Большая Садовая улица, 302-бис, пятый этаж, квартира под номером 50. Алло! Меня хорошо слышно?

— Слишком хорошо. Не погашаю, зачем так орать, я не глухая, — донеслось до него недовольное хлюпанье и бульканье болотной трясины, а от окна потянуло гнилью и сыростью.

Он подпрыгнул от изумления:

— Быстро Вы, однако, барышня!

— Фирма веников не вяжет. Будем продолжать разговаривать, или занимать места согласно заказанным билетам? — сидящая за рулем Кикимора мотнула головой в сторону салона своего Кадиллака.

— А где Лимузин?

— В болото засосало.

— Откуда Вы их только берете, машины эти дорогие…

— Места надо знать. А Дорогие здесь только я и моя Лягуля, — она ласково посмотрела на пучеглазую любимицу, гордо восседающую на ее плече.

— Мессир, карета подана, прошу, — засуетился Фагот перед отъездом, боясь что-нибудь упустить, или забыть.

Воланд, Азазелло и Бегемот расположились на заднем сидении, выставив перед собой в качестве прикрытия Фагота и Геллу. Мотор коротко рыкнул и, невидимые для окружающих, они поехали, вернее, полетели с визитом к бывшему поэту.

Лягуля опять устремила неподвижный, тяжелый и осуждающий взгляд своих круглых глаз на пассажиров. Всем стало как-то не по себе.

— Почему она на нас так уставилась, что ей надо? — заерзал на сиденье Коровьев.

— Суженого ждет. Вы что, про царевну-лягушку слыхом не слыхивали, видом не видывали? Ну, так полюбуйтесь, за спрос, да за показ не возьму я денег с вас, только за проезд, — Кикимора ухмыльнулась.

— Лягушка, лягушка, повернись к дороге передом, а к нам задом, — Гелла догадалась прочитать сказочное заклинание, немного изменив в нем слова.

Пучеглазая красавица обиженно отвернулась, и все облегченно вздохнули.

Кикимора нажала педаль тормоза возле открытого окна одной из комнат квартиры Ивана Бездомного. Пассажиры увидели силуэт Маргариты, читающей в кресле модную прессу.

Чтобы привлечь ее внимание, Гелла легонько ущипнула задремавшего Бегемота за заднюю лапу. В тишине раздался громкий кошачий вопль. Женщина отложила журнал в сторону, раздвинула легкие цветные занавески, и незваные гости, друг за другом, стали входить в окно, перешагивая через подоконник, как через порог. Кот сразу же разлегся на застеленной гобеленовым покрывалом кровати и засунул под голову одновременно две подушки.

— Добрый день, Маргарита Николаевна, — промолвил Воланд, — похоже, Вы опять забыли о правилах хорошего тона. Не здороваетесь, уходите, ни с кем не попрощавшись, скрываетесь в неизвестном направлении, совсем не думая, что мы можем за Вас волноваться и переживать.

— Простите меня, Мессир, я на вокзале встретила знакомого, он меня на работу устроил, жить к себе пригласил, не хотела Вас обременять своим присутствием.

Не дождавшись ответа, она продолжила:

— На самом деле совесть совсем замучила. Я оставила тяжелобольного мастера одного на произвол судьбы. Все время думаю о нем, покоя себе не нахожу.

— Можете больше не беспокоиться. Он в порядке, — усмехнулась ведьма.

— Маргоша, ты с кем там разговариваешь? К нам кто-то пришел? — раздался из кухни приятный баритон.

Бегемот фыркнул в одну из подушек.

— У нас гости, Иванушка.

— Зови их скорей сюда, будем чай с киевским тортом пить.

Услышав про такое угощение, компания без возражений переместилась на кухню, хорошо ориентируясь на местности.

Иван, стараясь не показывать безмерного удивления, после восторженных приветствий и объятий, усадил всех за накрытый стол и спросил:

— Вы к нам пешком, или верхом?

— Нас Кадиллак за окном дожидается вместе с личным шофером, — важно похвастался кот.

— Это непорядок. Я сейчас, — бывший поэт побежал за водителем.

Воланд погладил рукой праздничную скатерть, и на ней появились еще семь таких же тортов, пирожные, закуски и фрукты.

Через минуту к ним присоединилась довольная, покрасневшая от смущения Кикимора с лягушкой.

Фагот пересел подальше, ожидая появления плесени и сырости, но болотная нечисть преобразилась до неузнаваемости. Платье из ряски и тины превратилось в нарядный сарафан из цветущих ромашек и незабудок, а раскосые зеленые глаза лукаво посматривали на присутствующих.

Иванушка занял место между Гелей и Кикимушкой, как он их называл, и принялся ухаживать за дамами, подавая то одно, то другое. Лягуля получила от него полную фарфоровую чашечку свежего мотыля, купленного накануне для аквариумных рыбок.

— По какому поводу угощаемся киевским тортом? — поинтересовался Бегемот с набитым ртом.

— Сегодня Маргоша согласилась выйти за меня замуж, — коротко ответил Иван и широко улыбнулся.

Со всех сторон посыпались поздравления и пожелания.

— Тогда принимайте подарок, — Азазелло встал и открыл небольшую коробочку из горного хрусталя, в которой лежали два не совсем обычных кольца. В их оправе по периметру сияли шесть разных драгоценных камней.

— Их называют «regard rings», — объяснил он, — в 19 веке такими украшениями обменивались в знак помолвки, или дарили особо близким друзьям. Сложив первые буквы из названия каждого камня, вы получите слово «regard» (уважение, расположение, внимание).

R — Ruby (рубин).

Е — Emerald (изумруд).

G — Garnet (гранат).

А — Amethyst (аметист).

R — Ruby (рубин).

D — Diamond (бриллиант).

— Глядя на них, мы будем вспоминать всех вас и сегодняшний день, — с благодарностью принял дар радушный хозяин.

— Мне известно о Ваших проблемах со здоровьем, профессор. В этом есть и моя вина. Надевайте на шею этот медальон перед каждым полнолунием, и кошмарные сны навсегда останутся в прошлом, — черный маг протянул ему тонкую серебряную цепочку с полумесяцем.

— Кстати, о рыбках, — Фагот проглотил кусочек осетрины в собственном соку, — каждое полнолуние Вы, Иван Николаевич, изволили подсматривать и подслушивать из-за угла за Николаем Ивановичем, отдыхавшем на скамеечке возле готического особняка и любовавшемся на ночное светило…

Профессор Понырев почувствовал себя, как мальчишка, ворующий соседские яблоки и пойманный на месте преступления. Он потупился, скрестил руки и стал разглядывать скатерть.

— Мы с Бегемотом его на хорошую службу определили, он таперича командует речными девами со взорами томными, очами бездонными, и очень доволен, — бывший переводчик при особе иностранца подцепил на вилку еще один кусочек осетрины и скормил его коту.

— Кони ждут. Пора, — Воланд встал из-за стола, — прощайте, будьте счастливы.

Иван проводил гостей и помог девушкам занять свои места. Переевший сладкого Бегемот с трудом втиснулся на заднее сиденье, по пути шепнув Бездомному в самое ухо:

— Через пару лет у тебя дочка будет. Маргоше ни слова, чтоб не сглазить.