Частные уроки рунографии (СИ) - Шведова Анна - Страница 8

Найти особняк госпожи Торвиль оказалось не так-то просто. Коляска кружила и кружила по улочкам, мерно-уныло цокали копыта по брусчатке, Эвани совсем приуныла, ссутулившись, прислонившись к боковой стенке кареты и рассеянно теребя мокрый от слез кружевной платочек, Кубир охрип, выспрашивая дорогу, и даже Терри уже не казалось, что поиски отвергнутой семьей тетки такая превосходная идея.

Однако дом Фредебокины все же нашелся и оказался несколько не таким, как его представляла себе племянница. Точнее сказать, совсем не таким. Вместо унылого вдовьего дома взору Терри предстал премиленький трехэтажный особнячок, отделенный от дороги аккуратной лужайкой с ухоженными розовыми кустами. Четкие классические линии стен с большими эркерами и двумя крыльями, высокие окна, внушительная парадная дверь с витиеватой надписью "Остролист", крыльцо с широкими ступенями, ряд колонн, поддерживающих портик... Человек, владевший этим, наверняка не нищенствовал. И даже не бедствовал. Если "невыгодное замужество", о котором вскользь упомянул Терран, не мезальянс, то что? И каким "страшным скандалом" запятнала себя неизвестная Фредебокина? Ломая голову над этим и в душе ужасаясь тем нелепым предположениям, которые мелькали в ее хорошенькой головке, Терри не без трепета вошла в просторный холл под бдительным оком внушительного дворецкого, похожего на какого-нибудь графа в ливрее, и даже слегка запнулась, когда ей предложили назвать себя, дабы доложить о ее визите хозяйке. С каждой минутой унылая вдова Фредебокина превращалась в форменную мегеру, от которой родственники не отвернулись, но, похоже, спаслись бегством.

Но если Терри и заколебалась, входя в просторную, светлую и премиленькую гостиную, это никак не отразилось на ее спокойном лице - уж держать себя в руках и соблюдать внешние приличия она умела прекрасно.

А вот и тетушка!

Девушка сделала три решительных шага и опустилась в неглубоком реверансе перед дородной матроной, глянувшей на гостью в явном замешательстве и с недовольством. Совсем не худенькая женщина была по самое горло затянута в самое нелепое из виденных Терри вишневое платье, густо сдобренное рюшами, отчего казалась бесформенной кубышкой с крышкой - картину довершал узел причудливо стянутых на макушке темных волос. Решительно выставленный вперед смазанный подбородок, узкая щелка сомкнутых капканом тонких губ, огонь неодобрения, горевший во взоре, - девушка в первый момент опешила от такого явного негостеприимства, однако проглотила обиду и принялась лихорадочно подыскивать слова, чтобы расположить к себе чем-то обиженную хозяйку...

- Терранита, - задумчиво произнесли откуда-то справа хорошо поставленным, глубоким, мелодичным голосом, словно пробуя слово на вкус, - Неужто мой нелюбезный братец смог разродиться таким очаровательным ребенком? Это наверняка заслуга Амалтеи.

Терри резко обернулась. В неглубоком алькове на роскошной софе, устланной мягкой пятнистой шкурой, полулежала женщина. Черты ее удлиненного лица были аристократическими, однако классической правильностью не отличались - тонкие, но изящно очерченные губы и длинный нос знатоки не отнесли бы к идеальным, а бледность кожи многие сочли бы чрезмерной. Но женщина несомненно была очень привлекательной. В меру худощавая и довольно высокая, с тонкой талией и красивыми руками  даже весьма придирчивый взгляд не смог бы разглядеть на ее великолепном теле следы увядания. У хозяйки были волнистые темные, с глубоким медным оттенком волосы, что явно свидетельствовало о ее принадлежности к роду Ангир с их визитной карточкой - темно-рыжей шевелюрой, и в частности говорило о близком родстве с Терраном. И Терри, цвет волос которой походил на только что опавшую, но еще не потемневшую листву, мгновенно признала в непринужденно прилегшей на софе женщине родственницу.

Одетое на хозяйке роскошное шелковое платье цвета насыщенной зелени, украшенное черными кружевами, имело самый модный покрой: довольно смелое декольте, пышные плиссированные рукава, перетянутые лентами, и бархатный пояс под высоко поднятой грудью, отчего женская фигура казалась еще более утонченной. Длинную шею женщины украшала широкая черная лента с алмазной подвеской, волосы убраны в высокую прическу и лишь отдельные тонкие локоны изящными спиралями спускались к щекам. Тетушка выглядела не более чем на несколько лет старше своей двадцатилетней племянницы, однако внимательный взгляд заметил бы оценивающий прищур глаз, раскованную позу, непроницаемую вежливость улыбки, что отнюдь не характерно для неопытной наивной девицы.

- Тетя... Фербо... Фребо..., - не ожидавшая увидеть ничего подобного, Терри почему-то растерялась.

- Фо, просто Фо, - со странной ироничной улыбкой произнесла женщина на софе и небрежно взмахнула рукой в сторону застывшей у дверей матроны в вишневом платье:

- Можешь идти, Клемтина, договорим позже.

- Моя госпожа, но...

- Позже, Клемтина, - в голосе Фо прорезался металл, отчего полная дама полыхнула еще большим недовольством и с достоинством выплыла наружу.

Госпожа Торвиль перевела взгляд лениво сощуренных светлых глаз на гостью и молча указала той на кресло рядом с собой.

Пока Терри неторопливо пересекала гостиную, а потом аккуратно усаживалась в кресле, то успела осмотреться и сделать однозначный вывод: ей здесь нравится. Будь она сама себе хозяйка, она бы предпочла обставить комнату именно так - обтянутые бледным молочно-белым шелком стены и зелено-малахитовые портьеры, яркие картины с городскими видами, огромные напольные вазы с цветами, белая с золотом мебель на ажурных витых ножках... В убранстве чувствовался тонкий вкус, и этот вкус явно исходил от женщины, полулежавшей на софе, и у Терри с каждой минутой оставалось все меньше и меньше сомнений, что манипулировать этой женщиной, как планировалось ранее, будет весьма нелегко, если вообще возможно.

- Полагаю, твой отец не знает, что ты здесь? - наконец произнесла Фо, когда пауза затянулась.

Терри встрепенулась - разглядывая новоприобретенную тетку и прикидывая, что та собой представляет, она совершенно забыла, зачем сюда пришла.

- О, да, никто не знает, что я отправилась сюда, - ослепительно улыбнулась девушка.

- И зачем же?

То, что хозяйка не стала утруждать себя получасовой вежливой беседой, прежде чем перейти к сути визита, и задала нетактичный вопрос без уверток и светских околичностей, Терри понравилось. Но то, что сказано это было весьма сухим и холодным тоном - нет.

- Полагаю, чтобы познакомиться с Вами, - гостья расправила плечи, упрямо задрала подбородок и посмотрела на Фо прямым твердым взглядом.

- Познакомиться? - лениво переспросила хозяйка, улыбнулась и потянулась за сигаретой с длинным мундштуком, лежавшей на резном столике неподалеку. Терри как зачарованная следила за медленными движениями холеных тонких пальцев, сбросивших столбик нагоревшего пепла и поднесших сигарету к изогнутым в ироничной улыбке губам, - Нет, дорогуша, это лишь часть правды. Ты пришла, пьянея от собственной дерзости, к отвергнутой семьей родственнице и не говори, что ради восстановления мира в семье - не поверю. Мой братец наверняка внушил тебе, что знаться со мной вредно для твоей репутации, и это самое лестное, что он мог сказать обо мне - я слишком хорошо его знаю и знаю его ко мне отношение. На самом деле это правда: тебе не стоит со мной водиться, но я не собираюсь ни оправдываться, ни обвинять кого-либо. Да и мои грехи, по большому счету, тебя не касаются. Так что если ты захочешь стать посредником между нами, то с твоей стороны это будет большой глупостью и редчайшей наивностью. Тебя я не знаю и поэтому сразу же хочу уберечь от большого жизненного разочарования, - прекрасная Фредебокина глубоко затянулась, кончиками пальцев изящно поддерживая мундштук, затем медленно выпустила дым и холодно, по-змеиному улыбнулась, - А если ты, дитя, пришла сюда в попытке досадить своему отцу за мой счет...

- Его арестовали! - обиженно выпалила Терри и почему-то покраснела.