Частные уроки рунографии (СИ) - Шведова Анна - Страница 29

- Я... вещи Дира... Я их должен забрать.

- Непременно, - повторила Фо, наблюдая за тем, как гости встали и собираются уходить, и не делая ни малейшей попытки подняться с кресла, - Через неделю, когда выйдет срок установленной в его покоях магической защиты, я отдам тебе все, что захочешь.

- Неделя? - сдавленно переспросил Бертан.

- Не раньше, - решительно подтвердила хозяйка.

Хорек небрежно попрощался, бросил на Савера взгляд, который Фо определила как отчаянный, и вышел вон. Крыса тоже особой дружелюбности не излучал, однако та мрачная задумчивость, с которой Савер уходил, не понравилась женщине куда больше.

...Приплетать в свои дела Рейка Орсета Фо не собиралась и никогда не совершила бы подобного безобразного поступка, если бы не исключительные обстоятельства. В момент разговора с Савером она просто не видела другого способа выйти из-под сиюминутного давления "крысы" и теперь надеялась только на то, что имя богатого и влиятельного горожанина даст ей нужную отсрочку, чтобы поправить свои дела. Еще она очень надеялась на то, что факт использования ею имени Орсета в корыстных целях никоим образом не дойдет до самого его обладателя. Конечно, если вдруг Рейк появится перед ней и начнет обвинять - к чему она уже стала вполне привыкать - в мошенничестве, она будет все отрицать. До последнего слова отрицать. Но ей почему-то казалось, что слушать он не станет и ее плачевные обстоятельства в расчет не примет. А потому она просто надеялась... Она дала себе зарок больше никогда и ни при каких обстоятельствах не обращаться к имени Рейка Орсета и вскоре выбросила эту заботу из головы. У нее были проблемы и посерьезнее.

Например, денежные. То, что кредиторы перестали давить на нее и грозить долговой тюрьмой, ничуть не избавляло Фо от долга перед самим Рейком Орсетом - от одной мысли об этом женщина внутренне кипела. Но этот долг мог слегка и подождать. Хуже было то, что из-за произошедших катастрофических событий источники денежных средств Фо иссякали и грозили в ближайшее время иссякнуть окончательно. Во-первых, гадание на рунах. После сражения с неизвестным колдуном Фо боялась не только взять в руки рунные листы, но и пользоваться бытовой магией, как к тому привыкла за долгие годы. Без магии она ощущала себя словно полураздетой на людях, ей не хватало многих привычных вещей, как, например, "волшебного фонаря". Даже ее домочадцы заметили небывалое: по вечерам Фо стала ходить с обычной масляной лампой или пользоваться обычной восковой свечой вместо "магического огня". Так дальше продолжаться не могло. Ее постоянные клиенты и особенно клиентки, сочувственно отнесясь к тяжелой утрате в жизни Фо, через некоторое время спокойно переметнутся к другой предсказательнице. И если она сейчас не придумает, как разрешить проблему с колдуном, клиентов, а значит, и этот источник дохода она потеряет.

Во-вторых, Фо не была уверена, что сможет в ближайшее время возобновить игорные вечера. Дир, разумеется, был незаменим при их проведении, но Фо не сомневалась, что справится и без него. Проблема была в другом. Если она откроет игорные залы, а Рейк Орсет открыто не заявит своего покровительства, Савер поймет, что Фо его обманула. Вряд ли "крыса" в следующий раз будет снисходителен. Женщина не знала, чем он занимается, или вообще, кто он такой, но дурой она не была. Ей не раз доводилось слышать о разбойниках, промышляющих в окрестностях Лилиена, или о городских бандах, держащих в страхе целые районы, или о их главарях, ищущих легкой наживы... До сих пор от этой напасти ее прикрывал Дир и если она не найдет способ им противостоять, ее и вправду уничтожат - в этом сомневаться не приходилось.

Сбережений у Фо не было. Кроме довольно привлекательного особняка и кое-каких драгоценностей ей и продавать-то было нечего. И призрак нищеты замаячил перед лицом госпожи Торвиль, урожденной Ангир, столь же живенько, как было это в кошмарные времена последних лет ее замужества...

Но она не сдалась тогда, не сдастся и сейчас. И никаким Бертанам ее не сломить.

С неудовольствием вспомнив о пронырливом хорьке, Фо повертела в руках связку ключей и после некоторого колебания отправилась в покои Дира.

Здесь ничего не изменилось. Завеса магической защиты была еще довольно крепка, а содержимое комнат по-прежнему неизвестным. Прятал ли здесь Дир важные бумаги, сбережения или нечто незаконное, Фо не знала и не узнает, пока защита не спадет сама собой. Пока же она может только догадываться... как, например, догадываться, зачем ему столько ключей... У одного из ключей на связке была странная головка - кольцо в виде маски с прорезями для глаз и губ, сильно опущенными вниз. Печальная, плачущая маска явно что-то напоминала... И напомнила.

Не откладывая в долгий ящик, Фо велела подать коляску, быстро переоделась в скромное темно-серое платье и отбыла, когда солнце еще не перевалило Быка, что, разумеется, означало полдень.

Если кто-то и следил, куда это внезапно направилась элегантная и загадочная госпожа Торвиль, то особо не удивился. Особенно с учетом недавней тяжелой утраты.

Ибо приехала Фо на Невильское кладбище, самое старое в Лилиене, а потому давно уже окруженное особняками знати с одной стороны, парочки мануфактур и тесными домишками бедноты - с другой. Кладбище стояло как раз на границе двух городских районов.

Склеп Дира был сложен из песчаника и на стыке стен изящно украшен бордюрами из каменного узора. Резьба не была первоклассной, да и узор выбран слишком вычурный, но это меньше всего трогало сейчас Фо.

Поколебавшись, она отперла замок и вошла в крохотное помещеньице. Несколько минут молча и печально стояла у массивного каменного гроба, стоявшего посреди склепа, потом быстро вытерла слезы и принялась осматриваться. Ключик со странной головкой не подходил к замку, запиравшему дверь склепа, однако Фо не могла ошибиться: каменная маска с печальной миной, подобная той, что украшала ключ, висела над входом и с немым укором взирала на приходящих. Такое совпадение было не случайным, по крайней мере Фо хотелось в это верить. Она обшарила пол, дойдя до того, что опустилась на колени и ладонью в тонкой перчатке прощупала каждую каменную плитку; она простукала стены, она даже залезла за скорбную женскую статую в рост человека, что стояла в нише напротив входа... Там-то и обнаружилось тщательно скрытое от случайных глаз отверстие. Пролезть мимо статуи было невозможно, как и убрать ее вовсе, потому Фо просто просунула руку, вставила ключ и повернула его. Это привело в движение некий механизм, а статуя и часть стены неожиданно бесшумно отъехали, открыв еще одну нишу и верхушку узкой и неудобной винтовой лестницы, ведущей вниз. Поколебавшись, Фо прошла вперед.

Идти пришлось недолго, но очень некомфортно. Шелковые юбки цеплялись за грубо обработанный камень, ботинки скользили по неудобным ступеням, рука не чувствовала опоры... Вдобавок ко всему Фо споткнулась и уронила свечу. И оказалась в совершеннейшей темноте. Можно было вернуться назад, зажечь новую свечу... Фо сказала сама себе, что устала всего бояться и бегать от неизбежного. Сняв перчатки и порывшись в кармашке, сделанном в боковом шве лифа, она достала крохотный амулетик в виде хрустальной капельки в оправе из серебра и осторожно потерла его пальцами левой руки. Это привычное магическое движение почему-то умилило Фо, в голове даже мелькнуло "какое счастье...", как над пальцами ее вспорхнул и зажегся блеклый бело-голубой светящийся шарик.

Шарик поплыл вперед, повинуясь движению воздуха и дыханию Фо. Он был настолько легок, что шарахнулся в сторону и с силой ударился о стену, рассеяв вокруг себя сноп белых искр, когда женщина от увиденного всплеснула руками.

Она стояла в подполе, раза в два превышающем размеры склепа наверху. На стену по правую руку были навешаны деревянные полки, вдоль стены слева стояли сундуки и сундучки. Но не размеры сооружения и даже не изобретательность Дира так удивили ее. Подвал был доверху забит разнообразнейшими вещами. Даже беглый осмотр позволил увидеть шкатулки с золотыми монетами, горки золотых украшений и ссыпанных как ненужные прибрежные ракушки драгоценных камней. Здесь же обнаружились предметы, на первый взгляд простецкие и малозначимые, но даже мимолетное прикосновение к некоторым из них подтвердило догадку Фо: магические артефакты. Завернутые в лоскутки шелка, запертые в ограждающие шкатулки, поставленные друг на друга так, чтобы нейтрализовать взаимное магическое влияние, эти предметы по своей ценности в несколько раз превосходили стоимость жалкого золота и каменьев. Откуда у Дира такое несметное богатство?