Необитаемый Остров (СИ) - Извольский Сергей - Страница 60

Внешне сохраняя спокойствие, но внутренне напрягшись, как тугая пружина, девушка отвела глаза в сторону и спокойно подошла к столику - запустив руку в сумку и нащупав газовый баллончик – предмет, который Стас долго учил ее не только постоянно носить с собой, но и быть готовой его достать и применить без долгих поисков и раздумий.

Когда в руке у Анны оказался небольшой, отливающий металлическим холодом цилиндрик, она на миг почувствовала себя спокойнее - но беспокойство тут же навалилось с новой силой – странный парень пошел в ее сторону. В тот момент, когда он свернул в проход между могилами, Анна поняла – он именно по ее душу – проход к протоптанной тропинке к выходу с кладбища через канаву был следующий. Уже не скрывая своих догадок, Анна попятилась назад, заходя за широкий могильный камень.

Парень подошел к оградке, и остановился, неприятно глядя на Анну близко посаженными глазами.

- Можно? - неожиданно спросил он, сделав маленький шажок, коснувшись кончиками пальцев калитки.

- Зачем? – поинтересовалась Анна, держа руку в сумке и удобнее перехватывая газовый баллончик. Прикидывая варианты бегства, она сейчас жалела, что отпустила такси – кладбище было далеко на окраине и не факт, что сразу получится поймать машину. Если удастся прыснуть этому в рожу, конечно, обезвредив его на время.

- К дяде Стасу, - проговорил вдруг парень и в голосе его послышались детские интонации - совершенно не соответствующие его несколько брутальному облику.

И вдруг Анна вспомнила незнакомца – хотя видела его всего один раз, в полутьме прихожей – тот самый Андрей Чесноков - из квартиры которого она забирала пьяную Веронику.

- Он хороший мужик. Был, - кивнул между тем Чесноков на могильный камень. – Помог мне, из ямы вытащил. Если б не он, я б сидел уже давно. Или лежал бы, где-нить вон там, - парень кивнул в сторону поля, на котором сквозь просвет среди деревьев был виден выдающийся язык новой части кладбища с многочисленными свежими деревянными крестами.

Анна понемногу успокаивалась, напряжение уходило. Но разговоры с этим Чесноковым в ее планы не входили, о чем она ему и сообщила.

- Да ты присядь, в ногах правды нет, - кивнул тот на скамейку, напротив.

- Может Стас тебе помог, но вежливости не обучил, - покачала головой Анна.

- Чего?

- Не присядь, а присядьте.

- Присядьте, пожалуйста, - безразлично пожал плечами Чесноков, показав подбородком на скамейку.

- Спасибо, постою уж. Рассказывайте, что хотели, и будьте добры, оставьте…

- Мне дали денег, чтобы я тебя убил.

- Что? – Анна вновь напряглась и снова сжала почти отпущенный было баллончик.

- Чтоб ты знала – убивать бы я никого не стал, хотя в ментовку не пошел бы. Но Стас Николаич хорошим человеком был, поэтому чтобы кого другого не нашли, я… ну, пришел, рассказал. Вон стоят, - кивнул Чесноков налево и посмотрев по направлению его взгляда, Анна увидела поодаль двух мужчин в штатском, недавно появившихся из дубовой рощи.

- Попросил их пару минут мне дать, с тобой поговорить. Только пожалуйста, епть, чтоб ты одна знала, что это из-за него, а не просто, за идею, - при этих словах Чесноков, кивнув на мраморный камень с изображением Стаса, поднялся. Звучно сплюнув – в проход, за ограду, парень отошел от Анны, больше не оглядываясь.

Сотрудники органов сразу же шагнули вперед, приближаясь. Дальнейшие события происходили с Анной как во сне. Она словно отстранилась от реальности - находясь все больше в своих мыслях, действуя на автомате – по просьбе сотрудников отключила телефон, отдала пару личных вещей из сумки – как вещдок, который сейчас предъявят заказчику. Когда полицейские попросили Анну вместе с ними проехать в отделении, она попросила на минутку оставить ее одну.

Подойдя к могильной плите, Анна села перед ней на колени, глядя Стасу в глаза.

- Ты хочешь, чтобы я пожила еще? – спросила она, грустно - и несмело, улыбаясь. Посидев немного, Анна погладила изображение и поднявшись, направилась к ожидающим ее неподалеку полицейским.

И только через несколько часов, когда ей все-таки сказали кто заказчик, а после показали видео оперативной съемки расчета и задержания, реальность лавиной обрушилась на Анну.

Глава 45. Анна

- Ну как ты? – в глазах Елены читалось искреннее беспокойство.

- Да нормально, - едва дернула плечом Анна, покачав головой и прикрыв глаза.

Вскоре перед ней тихо звякнуло – подошедшая Лена поставила на стол кружку с крепким кофе и присела в кресло напротив. Анна открыла глаза и осторожно дуя на горячий напиток, периодически его отхлебывала.

- Рассказывай, не томи уже. Как она там?

- Плачет, - снова дернула плечом Анна. И помолчав немного, продолжила: - Знаешь, первый раз за… да, года за два, наверное, я ее по-настоящему искренние эмоции вижу. Говорит, плохо ей, больше не будет никогда-никогда.

- Веришь?

- Верю, - тяжело вздохнула Анна. - Верю, а что мне остается? Застрелиться только, - покачала она головой.

- Ну, стреляться допустим, тебе сейчас точно нельзя, - проговорила, внимательно глядя на подругу, Елена.

- Ладно, я образно. Но сама понимаешь – моей вины не меньше – это я ее воспитала королевой неприкасаемой, теперь исправляться надо.

- Адвокат что говорит?

- Говорит, что условный вытянет. Он меня даже почти успокоил.

- Да, эта акула может, - довольно кивнула Елена – адвоката она сама советовала Анне. – Ладно, будем надеяться, все у тебя получится. Ты, кстати, на субботу как, есть дела запланированные?

Анна на секунду задумалась, мысленно ориентируясь в календаре.

- Если есть, отменяй – у меня юбилей, праздновать будем.

- Лен, я…

- Ты что, не придешь на мой день рождения? Вот, и нечего тут обсуждать. Давай, здесь соберемся небольшой компанией, все по-домашнему, никаких ресторанов…

По-домашнему – означало, что праздник состоялся в доме у Калбановых. А «небольшая компания» подразумевала то, что приглашенных было меньше ста – весь мощеный булыжником двор, как и дорога коттеджного поселка были заставлены машинам гостей. Анна, чувствуя себя немного не в своей тарелке, постаралась затеряться на празднике, и быстро засвидетельствовав почтение имениннице - пользуясь тем, что она отвлеклась, быстро затерялась.

Перемещаясь по залу и опоясывающей его галерее – дом Калбановых был достаточно велик для такого архитектурного решения, Анна здоровалась с многочисленными встреченными знакомыми, стараясь не особо задерживаться и ввязываться в разговоры. Выпив бокала вина, взятый с подноса у сновавшего по залу официанта, Анна немного раскрепостилась, понемногу приходя в себя.

Все же «в люди она вышла» первый раз, как… Тут Анна задумалась, вспоминая - и удивленно покачала головой – последний раз она была в большой компании в отеле, на общем ужине собравшейся в Паттайе компании. А до этого только работа, да полугодичной давности корпоратив на восьмое марта.

Собираясь на праздник, Анна долго думала, что одеть и остановилась на простом синем платье с минимумом украшений. Но не учла того, что большинство гостей были из возрастной категории Елены и ее мужа – и молодых, красивых женщин присутствовало не так много. Поэтому Анна вовсе не была обделена заинтересованными, провожавшими ее взглядами – она так и дефилировала бессистемно по особняку.

Вскоре состоялась неожиданная встреча – проходя мимо группы гостей, Анна обратила внимание на женщину в довольно смелом платье – совсем не длинном, с полностью открытой спиной, сильно просвечивающим. Бюстгальтера на даме точно не было, и когда Анна миновала ее, машинально обернулась посмотреть, как платье выглядит с фасада. Достаточно привлекательно и откровенно – отметила Анна, а когда обладательница платья поймала ее взгляд, и их глаза встретились, два удивленных возгласа слились в один: перед Анной была Ольга, собственной персоной.

Они отошли в сторонку, обменявшись охами, ахами и взаимными комплиментами, после чего некоторое время побеседовали, а потом подошел муж Ольги – статный, дородный мужчина. Он предложил переместиться куда-нибудь за стол, но Анна предложение не поддержала. Они с Ольгой обменялись телефонами и решили чуть позже вновь пересечься, после чего пара удалилась. Анна смотрела им вслед и вспоминала рассказ Жени, да и поведение Ольги на острове в отношениях с Георгием, - глядя при этом в спину ее мужу, - размышляя о превратностях людских отношений.