Белый край (СИ) - Острожных Дарья "Волхитка" - Страница 21

Колдун всучил мне книжку и велел читать. До сих пор недоставало смелости, но начать все равно придется. Мрачная комната постоялого двора не располагала к этому, но раз мы уже скоро приедем в Белый край, то лучше начать побыстрее, и я достала из свертка «Послание огня».

Глава 10. Снежинка на ладони

Кольца Анлагама — худшее, что я видела.

Спустя день мы приехали в один из замков магистрата, и Калсан завел меня в подвал. Он напоминал пыточную: темный, пропахший плесенью и заваленный хламом. Вдалеке капала вода, и разносилось протяжное эхо, словно плач. Анадор громко сопел и ковылял кругами. Его густые брови стали похожими на пауков, чьи лапки отбрасывали длинные тени. Лицо мужчины будто испещряли шрамы, а виновник этого прятался где-то здесь: Анадор без конца озирался и крутил серыми глазами, как кот, увидевший муху.

Как это отличалось от моего дома. Он тоже был мрачным, но дарил уверенность, и от этой разницы сжалось сердце: я так мечтала уехать, а теперь нуждалась в своей маленькой, уютной комнате.

Волоча за собой длинное красное облачение, Калсан вышел на середину и принялся что-то бормотать. Почти сразу у его ног зажглись золотые огоньки. Быстрее, чем я успевала думать, они стали разрастаться и соединяться в узоры, руны, какие-то знаки. Все больше, быстрее, ярче.

Было страшно вздохнуть — чародеи ворожили с помощью духов. Выходит, сейчас они витали рядом, могли видеть нас и касаться. Кругом извивались тени, острые, как клыки. Боги, уже чудилось, как они вонзаются в меня.

Светящийся узор рос, пока не стал круглым. Калсан почти насильно повел меня к нему. Ноги казались деревянными и не слушались, я споткнулась и резко влетела в круг. Осознание рухнуло, как удар кнута — вокруг огонь, сейчас он доберется до юбки, она загорится!

Не знаю, что произошло дальше. Глаза резанула яркая вспышка, и все исчезло. Сердце колотилось так, что меня трясло. Я ждала боли и нестерпимого тепла, поэтому со страхом глядела на свет впереди. Вдруг стало ясно, что он был мягким и тусклым, да и лился слева, а не снизу.

— Замок Вратус, отсюда до Ашвейна рукой подать, — объявил Калсан.

Слова прозвучали гулко, как из-под воды. Я повернулась и увидела окно с бордовыми шторами по краям. Хлам и тени исчезли, теперь нас окружали стены из шлифованного камня, и их гладкость почему-то успокаивала. Через всю комнату тянулась узкая полоска гобелена. Краски на нем выцвели, но четко виднелись силуэты людей в длинных сутанах — чародеи. Они шли друг за другом, кто-то читал, кто-то простирал руки к небу, кто-то рассматривал вспышки молнии над головой.

Хоть что-то понятное в круговороте минувших дней. Я была рада отвлечься и разглядывала гобелен, пока Анадор все не испортил. Своим сопением он выдернул меня из грез. Бедняга заслуживал сочувствие, но как его выносить?!

Раскачиваясь, мужчина ковылял вдоль стены и бросал на меня ядовитые взгляды. Он всегда носил черное, и одежда сливалась с длинными волосами. Не удивлюсь, если он был завороженным вороном.

Колдун что-то сказал Анадору, и тот скрылся за дверью. Вернее не колдун: как-то я назвала его так, и бедняга аж дернулся. «Избавьте меня от ярмарочных кличек» — рявкнул он. Это простонародье называло чародеев как попало, а мне следовало следить за языком, чтобы не позориться.

Боги, никак не удавалось придти в себя, и в голову лезли всякие глупости. Я вновь огляделась, надеясь зацепиться за реальность. Напротив окна была маленькая дверь, вдоль стен стояла грубая мебель и обитые железом сундуки. Все чужое, неприятное.

Как объяснил Калсан, Вратус находился у самых гор. Получалось, что меня и дом разделяло много дней пути. Расстояние ощущалось почти физически, и я напоминала себе вырванное из земли растение. Тянуло сжаться в комок и закрыть глаза, чтобы не видеть эти стены. Вот бы поймать на себе взгляд матушки или отца, почувствовать, что меня любят. После этого и орки будут не страшны.

Я сказала, что пойду отдыхать — слуг с вещами отправили вперед, и комнаты должны были подготовить. Однако Калсан заявил, что сперва придется познакомиться с леди из Ашвейна. Он взял меня за локоть и подвел к креслу с темно-зеленой обивкой, увлеченно рассказывая о горном воздухе и саде. Я стиснула зубы, чтобы не разразиться проклятьями. Чародей обращался со мной, как с собачкой! Ухаживал, но заставлял подчиняться в любой мелочи.

Не хочу я ни с кем знакомиться и глазеть на сад. Я хочу остаться одна, сбросить маски и подумать. Хочу раздеться и рассмотреть себя — мы перенеслись на огромное расстояние, вдруг меня собрали не правильно? Вчера такие мысли показались бы глупыми, но сейчас я ожидала всего.

Лицо вспыхнуло от злости, а Калсон только шире улыбнулся. Издевался. И ведь не скажешь ничего — дом далеко, и пути назад нет. У меня колени дрожали при мысли об этом, и кресло пришлось кстати.

Стоило сесть, как дверь распахнулась, и в комнату вбежал Анадор. Следом за ним вошел… дух. Клянусь, через порог медленно скользило облако! У меня внутри будто что-то порвалось, и тело размякло. На мгновение я поверила, что видела призрачную дымку. На самом деле это оказалась молодая женщина в белом платье. Лиф повторял очертания фигуры, а юбка развевалась при каждом шаге, благодаря слоям из тонкой ткани.

Я во все глаза уставилась на гостью. Никогда не видела подобных нарядов, даже в исторических книгах. Еще больше удивляли волосы — до чего же толстая коса, с мой кулак. Она была перекинута на грудь и тянулась до бедра, а по цвету несильно отличалась от платья, разве что угадывался пшеничный оттенок.

При этом женщина была молодой, на бледном лице не виднелось морщин. Только между бровей пролегла складочка — она злилась и недовольно глядела на Калсана. Тот понимающе улыбнулся и вздернул подбородок.

— Леди Бригита, — поздоровался чародей.

Имя ей не подходило. Грубое, а она напоминала снежинку и двигалась изящно. Я так и сидела с открытым ртом, пока Калсан не представил нас. При этом леди Бригита глянула на меня так, словно хотела разрезать пополам. Глаза у нее были нежно-голубыми, как осколки льда на реке. По спине пробежал холодок. Чародей снова заговорил, и ледяной взгляд впился в него.

Леди брезгливо кривила губы, пока Калсан рассказывал о ее неудаче. Мол, по дороге в Ашвейн на Бригиту напали, и только по милости богов она спаслась и оказалась здесь. Он чеканил слова, иногда кивал — эти двое вели скрытый диалог, а я мечтала оказаться подальше отсюда.

Закончив историю, Калсан попросил леди показать мне комнату. Она хмыкнула и молча направилась к двери. Думаю, это означало согласие, и пришлось идти следом, не с чародеем же оставаться. Но тот поймал меня за локоть и шепнул:

— Не злитесь на леди Бригиту, ее раздражительность объяснима. Надеюсь, вы поможете ей понять, что вокруг друзья?

Я кивнула, а Калсан продолжал с хитрым прищуром:

— Попросите ее рассказать об Ашвейне. Воспоминания о доме успокоят ее. Только не спрашивайте о прошлом — они считают это неприличным, я уже говорил.

Больно часто он это повторял, спрошу в первую очередь. Хотя сомневаюсь, что леди захочет со мной говорить. Она так быстро шла по коридорам замка, словно надеялась убежать. Но светлое платье было трудно потерять среди грубых каменных стен. Это место походило на пещеру, и только редкие факелы напоминали о вмешательстве людей.

Проводив меня до двери, леди быстро попрощалась и упорхнула. Бригита — ужасно имя для такой необычной дамы. Скорее уж «Светлая леди», но ее бы это порадовало. Я не могла забыть колючие взгляды, поэтому мысленно назвала Бригиту «Снежинкой». Такое ей вряд ли понравится.

Хвала богам, в этот раз мне досталось не подземелье, а настоящая комната. Немногочисленная мебель выглядела аккуратно, а гобелены на стенах создавали уют. Все изображали Исанну: вот она гуляет в саду Витае-Ран, окруженная яркими цветами, в одной рубахе и с бубенчиками на поясе. Вот танцует с волком — своим братом, оборотнем. Сцены напоминали о радостных моментах, кроме одной. На ней Исанна бежала из Витае-Ран, спасаясь от Арантака. Богиня Ирит надела ее бубенчики и спряталась среди цветов, чтобы Пламенный услышал звон и погнался за ней. Исанна скрылась где-то на земле и по сей день находилась здесь.