Озимандия (СИ) - Терновский Юрий - Страница 53

— Почему, они же через райские…

— Представь, едешь ты вся такая распринцешанная и на белом коне, а вокруг… — парень закатил глаза, — А вокруг еще лучше, чем в Париже. И тут перед тобой вырастают такие прямо сказочные ворота, все из золота и серебра, а сверху еще и два ангелка прилеплены. Ворота открываются, и ты видишь, что там тебе открывается такое, что ни в сказке сказать, ни пером описать, красотища, короче… Конь копытами цок-цок-цок, въезжаешь ты в ворота, а там…

Лорман прервался, тяжело вздохнул и еще тяжелее — выдохнул.

— Ну?

— А за воротами, золушка, тебя встречает серая действительность, тыква, мыши и стерва мачеха с дураком папашей… Вот после таких потрясений люди и подсаживаются на коней, что бы скакать куда попало и зачем попало, лишь бы только подальше от…

— Это радует.

— Что?

— Что мы с тобой стали психами, вот что! Наша перекосившаяся действительность очень даже подходит под твое описание. — Лика стала рисовать лучом узоры на окнах. — А мы с тобой просто два придурка, перепутавшие день с ночью. На самом то деле вокруг все не так, как мы с тобой видим. На самом деле мы сейчас едем в метро и скоро нам выходить. Вот поезд остановился, двери открылись, и толпа, окружающая нас, повалила на выход. Все вышли, а мы, два придурка, остались… Твои адские ворота для нас остались почему-то закрытыми! А может… — Лика повернулась и заглянула ему в глаза. — Может…мы просто еще спим и никак не можем проснуться?

— Хотелось бы, — Лорман положил ей руку на плечо и привлек к себе. — Но к сожалению…

— Жаль, — девчонка сморщила губки. — Лучше бы мы спали…

— Конечно, но мы проснулись и в те райские ворота не въехали?

— Ты имеешь в виду те грязные метрополитеновские двери, за которыми так ярко светило солнце?

— Да, те самые…

— А если бы въехали?

— Вот тогда бы мы и проснулись уже психами…

— Знаешь? — Лика шмыгнула носом.

— Что?

— Лучше быть психом там, чем нормальным здесь!

— А чем тебе здесь не нравиться? — Лорман улыбнулся. — Представь себя хозяйкой медной горы…

— А ты будешь Данилой-мастером?

— Что-то вроде… Все подземелье в твоем распоряжении и ты единственная здесь властительница…

— Ошибаешься…

— В чем это?

— Мне кажется, — прошептала она, что мы здесь не одни…

— С чего это?

— С того, что за нами кто-то все время наблюдает.

— Перекрестись и все пройдет.

— Крестилась уже…не проходит. Этот «кто-то» просто с нами забавляется, играет с нами в кошки-мышки, а как только ему это дело надоест, он возьмет нас и слопает.

— Ерунда…

— Да-а? — Лика взяла фонарик и посветила им на двери. — А это тогда ты как мне объяснишь, умный такой?

Лорман проследил за лучом и уперся взглядом в освещенную им стенку станции. Двери вагона, к его великому удивлению, были открыты… А рядом красовалось выбитое им несколько часов назад окно вагона, через которое они сюда и проникли, явное подтверждение тому, что хотя бы это им не приснилось или, что они еще не сошли с ума, или, что было более вероятно, не совсем еще сошли…

— Сцена называется: «К нам едет ревизор…», — усмехнулась Лика и поднялась. — Доставай давай, что у нас там есть пожрать из сумки, включая водку и гамбургер. Уже утро, и я хочу есть…и пить. Узнать бы еще, какой сейчас год, — Лика рассмеялась, — и, вообще, все было бы прекрасно!

— Две тысячи второй, какой же еще?

— Эврик, ты такой наивный, как я в молодости!

— Ты хотела сказать, Эверт…

— Там, — Лика указала наверх пальцем, ты может быть и Эверт, и год тот самый, что ты думаешь, а здесь, — и она сжатый кулак с выставленным пальцем повернула вниз, — ты всего лишь Эврик, точнее даже не Эврик, а Еврик начала мезозойской эры конца юрского периода, вот… И если я, как ты только что выразился, королева всего этого дерьма, — она развела руки в стороны и стала кружиться по середине вагона, то ты, значит, будешь моим слугой…

— Евриком?! — парень скривился.

— Нет, не слугой, — Лика его восклицания не заметила. — Ты будешь королем… Да… Точно… — и она снова подняла вверх руку. — Евриком Лормотем Первым… — её веселый смех разнесся по вагону. — К сожалению и…последним! Его Величество Еврик Лормоть Первый, тире — Последний, сегодня принимать не будет, у Них сегодни прогулка по тоннелям, — Лика сделала реверанс, да так и застыла перед ним в согнутой позе и с вытянутой рукой. — Ломоть, — продолжила она тоном уборщицы из подъезда, когда Король насладился этим зрелищем, — ты наливать сегодня будешь или нет, чего расселся то, черт тебя возьми?

Остатки водки снова пошли по кругу. Глоток, второй, третий… Гамбургер тоже, к сожалению быстро закончился…

— Ну и хрен с ним, — Лика достала из сумочки сигаретку и прикурила. — Не наешься — не налижешься, правильно я говорю? Или как там еще… Лучше переспать, чем не доесть! Ваше Величество, а, кстати, как теперь насчет перепехнуться? Королева жаждет потомства… Хочу обзавестись еще одним Лормонтиком…

— Успокойся, а… — парень тяжело вздохнул и поднялся с места. — Если мы здесь еще и грызться начнем, то тогда и точно, долго не протянем.

— А ты собрался здесь тянуть долго, да?! — девчонка снова зло рассмеялась. — Пока все тоннели не излазаешь, не успокоишься?

— Хоть бы и так, — Лорман поднял с пола свой кожаный кейс и закинул его за плечо. — Сколько потребуется, столько и буду здесь ползать, только в петлю я сам не полезу…

— Вот урод! Я тебя, что в петлю приглашаю? Я хочу, что бы ты меня сам из неё поскорее вытащил…

— Спасение утопающих, дело рук самих утопающих!

— Ладно, — Лика вдруг успокоилась, пар вышел, и она была снова готова карабкаться дальше, — говори, что делать…

— Только молчать и больше нечего, — Лорман про себя поблагодарил бога, что в этот раз черти его подругу отпустили гораздо раньше, чем он даже рассчитывал. Несколько часов относительно спокойной жизни ему было обеспечено.

— И все?

— Можешь начать вести дневник.

— В темноте?

— Хоть где, но только молча!

— Отыгрался?

— Один-один.

— Мне кажется, что счет был другой?

— Мы начали новую партию.

— А-а…

Луч света скользнул по проходу и остановился на каком то, похожим на бутылку предмете, валявшемся в самом углу вагона. Подойдя ближе, они, действительно увидели, что это была обычная двух литровая пластиковая бутылка с какой то жидкостью. Лорман нагнулся и поднял её. Она оказалась полной. Не долго думая, он открыл крышку и сделал один глоток прямо из горлышка.

— Ты что! — Лика вцепилась в посудину.

— Чего?

— А вдруг там яд или бензин?

— Кола… — Лорман помотал головой в разные стороны. Я еще помню вкус этого напитка.

— Дай, — Лика взяла бутылку двумя руками и тоже, видя, что с её напарником ничего не случилось, сделала глоток. — Пепси…

— Кола.

— Пепси!

— Хорошо, пепси…

— А может и кола, — Лика хихикнула. — Представляю себе картинку: две обезьяны, типа человеки, спорят на заброшенной планете о содержимом найденной ими какой то пластиковой бутылки, хотя ни одна, ни вторая обезьяна даже не нюхали те названия, которыми только, что умело так бросались!

— Вода нам пригодится…

— Сказала одна обезьяна.

— И согласилась вторая…

— Ах, вот как? — девчонка вернула ему бутылку. — Значит, я для тебя уже стала обезьяной?

— Это твои слова, — Лорман усмехнулся.

— Я только тебя имела ввиду.

— А я тебя.

— Я больше с тобой не разговариваю, — Лика деланно надула губки. — Пока ты не попросишь у меня прощения, конечно.

— Прости.

— Прощаю!

Ребята вышли из вагона и направились к концу станции. Проспав, вместо планируемого часа, около семи, они снова возвращались к тому, с чего и начали. Им надо было вернуться на кольцевую линию и попробовать пройти дальше по тоннелю в сторону станции «Курской». Может быть, там их, в конце концов, и ждала удача, в чем, если честно, эти двое давно уже сомневались, хотя виду еще и не показывали. Особенно трудно было держаться Лике. Все-таки её темперамент требовал выхода наружу и ничего с этим она поделать, к сожалению, для Лормана, не могла.