Леонтоподиум. Книга I-II (СИ) - Васильева Алиса - Страница 79

Вот и все. Прямую ложь Мирослава учует, без всяких сомнений. Играть с ней во встречные вопросы нет смысла.

Я взглянул ей в глаза, улыбнулся, прекрасно понимая, как влип, когда вдруг ее ладонь снова взлетела вверх.

— Не надо! Этого тоже не хочу знать! Я помогу тебе. Даю слово.

Я пинками выгнал себя из того шока, в который меня вогнала Мирослава, и поклонился.

— Я благодарю вас, госпожа.

В этот момент в кабинет постучали.

— Матушка, с вами все в порядке?

Шива. Как вовремя.

— Если б меня хотели убить, я стала бы частью нашего прекрасного города уже полчаса назад, — раздраженно ответила Мирослава. — Проводи моего гостя!

Шива открыл дверь и бросил на меня любопытный взгляд. Его глаза вылезли на лоб.

— Глеб! — взвизгнул он фальцетом.

— Шива, ты идиот, это Алик! — Мирослава откинулась в кресле и прикрыла глаза рукой. — Сокол не может проникнуть в Леонтоподиум. По крайней мере, Рада в этом клянется.

— Алик? — недоверчиво спросил меня Шива.

Я улыбнулся, не придумав ничего умнее. По количеству улыбок за последние сутки я переплюнул Чеширского кота.

— Ну, классно выглядишь, — промямлил Шива.

— Я сказала — проводи нашего гостя. Выведи его через черный ход. Если кого-нибудь встретишь, объясни, что это Алик. А потом вернись ко мне. Мне надо будет промыть тебе мозги, — прикрикнула на него Мирослава.

В компании притихшего Шивы, бросающего на меня косые взгляды, я спустился на первый этаж, гадая, поняла Мирослава, что я — это я, или все-таки нет. По большому счету это не имело значения. Она пообещала помочь.

Однако такой невиданный успех исчерпал весь мой лимит везения. Неприятности начались сразу за дверью «Дома под вишнями» и приняли облик Вадика.

— Привет, дорогой брат! — он стоял за углом, прислонившись плечом к дому.

Похоже, он поджидал меня. Скорее всего, видел, как я входил.

Я махнул ему рукой, все еще надеясь, что смогу улизнуть. Не тут-то было.

— Сделай милость, скажи мне — а что ты тут делаешь? Я же умру от любопытства, если не узнаю.

— Хочешь умереть от чего-то другого? — проворчал я.

Вадим преградил мне дорогу, и я понял, что шутки кончились.

— Мирослава жива? — спросил он.

— Конечно жива.

— Вот и славно. Хороший мальчик!

Вадик хлопнул меня по плечу, и я понял, что проиграл еще до начала драки — правая сторона тела онемела. Первое правило в схватках с личами — ни при каких обстоятельствах не позволяйте им к вам прикасаться. Хороший лич, а Вадик был просто первоклассным, может опустошить вас и с дальнего расстояния, но тактильный контакт — это козырь, который не побить.

Поняв, что меч, висящий за спиной слева, мне все равно не выхватить, я упал, прижав своим весом негнущуюся правую ногу, и откатился. Несмотря на паралич, я по-прежнему быстрее Вадика. У меня был только один нож, одна рука и один шанс.

Мой новый нож не слишком хорош для метания, обычно я использую его по-другому, но тут выбирать особо не приходилось.

Я замахнулся, одновременно слыша, как Вадик с шумом втянул в себя воздух, высасывая из меня жизнь. Стало трудно держать спину и голову, я упал, чувствуя, что дышать тоже трудно. Сил не хватало даже на вдох. Как же быстро он меня уделал. Но вдохнуть все-таки удалось.

Послышался какой-то булькающий звук. Я повернул голову в сторону лича и увидел, как Вадик пытается вытащить из горла мой нож. Кровь хлестала из раны и лилась у него изо рта. Пожалуй, он будет занят не меньше минуты, а то и двух.

Надо вставать. Паралич постепенно проходил. Я рывком поднялся и даже сумел, хотя и неуклюже, выхватить меч. Вадик, заливая кровью все вокруг и держась обеими руками за горло, отступил. Его глаза стали темными безднами, но во мне этого добра ничуть не меньше, чем в нем, а то и побольше.

Я рассмеялся, только сейчас осознав, как удачно все вышло — с дырой в горле Вадик не мог ни говорить, ни тянуть жизнь, а меч не позволит ему приблизиться ко мне на расстояние вытянутой руки.

И все же он рискнул — попытался достать меня слева. Я не ожидал этого и не успел ни о чем подумать — мое тело сработало быстрее, чем голова. Со мной это часто бывает. Я перехватил меч обеими руками и рубанул Вадика по локтю практически без замаха. Его рука покатилась по земле. Вадик завыл, и вой лича ударил по ушам не хуже вечного гула. Именно из-за него я не услышал звук за спиной и обернулся слишком поздно. Мощный удар сбил меня с ног — я отлетел метров на десять и пропахал спиной еще столько же после приземления.

Огромная крылатая фигура опустилась на землю между мной и Вадиком. Вот только его тут сейчас не хватало!

— Что на вас нашло? Совсем с катушек слетели? — сварливо поинтересовался Павел.

Вадим что-то прохрипел ему в ответ.

— Ты серьезно?

Я успел подняться. Павел, заслонив своей широкой спиной истекающего кровью брата, пристально смотрел на меня. Меня всегда поражала связь между этими двумя. Они были самой странной парой во всем Леонтоподиуме.

— Ну и зачем ты так вырядился? — спросил Павел, не отводя от меня глаз.

Второй неудачный блин. Хотя в данной ситуации это было даже кстати.

— Решил сменить имидж.

Павел подошел поближе, продолжая меня рассматривать. Под его взглядом моя уверенность в себе, вскипевшая после победы над Мирославой и Вадиком, таяла, как снег на солнце. Что-то от него такое исходило, что напрочь выбило у меня почву из-под ног. Наверное, дело в том, что Павел почти ангел. Если бы сейчас ему вздумалось меня скрутить, он справился бы со мной безо всяких проблем.

— А меч где взял? — спросил он.

— На Поле чудес.

— Ты полный псих, — вздохнул Павел.

Я кивнул.

— Говорю тебе, это Глеб, — прохрипел Вадик, уже закончивший плеваться кровью.

— Это Алик, — уверенно сказал Павел, — просто чистый и в нормальной одежде.

— Нет, — Вадик уже говорил почти нормально, — что я, по-твоему, дурак? Дело не в одежде, дело в нем самом! Как ты не чувствуешь?

Вадим прервал свою тираду, впившись в меня черным взглядом. Он нахмурился, на его лице появилась растерянность. Я улыбнулся ему, чтобы окончательно добить.

— Как это? Он был другим всего минуту назад! Клянусь тебе, он был другим!

— Завязывай с героином. У нас на следующей неделе работа, так что будь добр, избавься к этому времени от галлюцинаций и бреда! — разразился гневной речью Павел. — И не теряй больше конечности! Рада снимет тебе голову, если ты сорвешь нам концерт!

Вадик со злостью пнул свою отсеченную руку, уже оплетенную побегами вишни.

— Да пошел ты! — он резко развернулся и зашагал в сторону Вишневого тупика.

Мы остались с Павлом. Надо было решить с ним один вопрос, раз уж он так вовремя подвернулся.

— Слушай, тут одна просьба, — начал я, даже не представляя себе, как сформулировать ту глупость, которая так запала в душу Марго, — в общем, ты не мог бы держаться сегодня поближе к оранжереям?

— У кого намечаются проблемы? — спросил Павел угрюмо.

— У неопределенного круга лиц.

— У всех, что ли? — правильно понял мой намек Павел.

— Типа того.

— Ладно, — просто согласился полуангел.

— Буду должен.

Я уже отошел на несколько шагов, когда Павел меня окликнул.

— Алик.

Я остановился.

— Я тоже это видел. Если Элеонора узнает, что ты так можешь, — тебе конец. Она запрет тебя, так же как Еву.

— Пусть попробует.

Павел даже не нашелся что ответить. Я и сам не понял, отчего вдруг так расхрабрился. Что-то внутри меня на миг всплыло на поверхность, заставив забыть все страхи, а потом снова исчезло. Я быстро шагал по Вишневому тупику к Полю чудес, пытаясь понять, что на меня нашло.

Теперь, оставшись наедине с самим собой, я поражался своим недавним мыслям и чувствам. Руки тряслись, как с похмелья. Я зашел в ближайший переулок и достал нож. Трех обычных разрезов мне на этот раз не хватило. Я и не заметил, как превратил свое лицо и шею в кровавое месиво, даже безо всяких рисунков и узоров. Но отпустило.