Академия которой нет (СИ) - Хаимович Ханна - Страница 40

— А Академия скоро вернется? — Ларс продолжил расспросы за нее.

— Думаю, да. Мы пока не знаем, где она, но уже нащупали ее и скоро вытащим…

— Вытащите? То есть вы, ну… не станете перестраивать вероятности, чтобы она не исчезала? И как можно ее нащупать, если не знать, где? — кажется, Ларс вошел во вкус и говорил с ректором, почти как с однокурсником или приятелем, разве что чуть вежливее.

— Когда она вернется, преподаватели проведут инструктаж и научат вас нащупывать Академию, где бы она ни находилась, — ди Кэррет взялся за зеркало, словно загораживаясь им от града вопросов. — Ну а что до ее местопребывания… Позвольте не объяснять. Я сам не знаю, как такое может быть. Обычно ее магический маячок не дает сбоев и помогает понять, где искать. Но на сей раз все иначе. — Помолчав, он добавил: — Не говоря уже о том, что это вообще трудно представить — летает гигантская пасть, существующая отдельно от твари, и пожирает целые здания.

— Так что — тварь не просто получила искру от прибора? Она нечто большее? — моргнул Ларс.

— Не исключено. Но Академию мы вытащим. Думаю, дня через два-три. Господа, — ди Кэррет склонил голову, — надеюсь, вам не нужно напоминать, чтобы вы не сеяли панику лишний раз?

Он явно сворачивал разговор. Анаис ничего не ответила, но подумала, что о панике предупреждать уже поздно. И что скоро вся Академия будет в курсе ситуации до мельчайших подробностей.

Не с этим ли боролся противник, охотясь на Анаис?

— Не хмурься, — сказал Ларс, когда они вышли за дверь. Ну точно как Мерклин! — До вечера еще куча времени. Любишь кататься с горы? Что значит — не пробовала?! Вот и отлично сейчас как раз пора!

***

На следующее утро Анаис с трудом поднялась с кровати. Все мышцы болели. Она и не подозревала, что от беготни, барахтанья в снегу и катания с горки можно так устать. А еще — что взрослые студенты способны так по-детски дурачиться. Компания первокурсников разошлась только в полночь. Они играли, болтали, заходили в холл погреться и снова возвращались на улицу, телепортировали из комнат еду или горячий чай. Те, чьи зеркала остались в сгинувшей Академии, завистливо поглядывали на более везучих приятелей.

Ни Шелли, ни Клэр снова не ночевали в комнате. Хотя вчера Клэр веселилась вместе со всеми, отбросив привычную надменность. Обе пришли, чтобы поужинать, а потом улетучились. Анаис невольно позавидовала им: за ними-то никто не охотится, можно бродить где угодно… За свою жизнь она почему-то уже почти не боялась, только досадовала, что прибавилось еще одно препятствие. Затерянный в горах отель и лощина вокруг казались надежным убежищем. Так оторванным от мира, что в него не могли проникнуть никакие враги.

Когда Анаис и Мерклин спустились в холл, Клэр уже стояла там с немногочисленными однокурсниками. Энц зевал. Ринетт, казалось, спала на ходу. Ларс и Даррен взяли в оборот Себастьяна и требовали наложить на них чары бодрости. Только Джен Воллси была бодрой и свежей. Она сторонилась общих развлечений. Ничто не помешало ей выспаться.

Холл исчез внезапно. Анаис не сразу поняла, что случилось.

Потом она тихо ахнула, решив, что враг добрался до нее и куда-то перенес. Но в следующий миг стало ясно, что дело не во враге. Просто Ми-Гирр нашел самое подходящее, по его мнению, место для проведения лекции.

Донеслись визги и ругань. Студенты очутились на крыше. На многоскатной, изгибающейся зигзагом и очень-очень крутой крыше отеля!

Анаис ощутила, как сила тяжести неумолимо влечет ее вниз. Руки скользили, не находя, за что зацепиться. Черепица лежала идеально ровно — ни трещинки, ни выступа. До края оставалось всего ничего, дальше алел выкрашенный в красный цвет желоб водостока, а потом — четыре этажа до цоколя. Интересно, если сорваться с крыши, свалишься с высоты четвертого этажа или улетишь в пропасть, над которой висел отель?

Послышался вопль. Кто-то уже не удержался. А потом невидимая сила подняла Анаис в воздух.

Она парила и не падала. Похоже, знакомство с бездной отменялось. Зато появилась возможность спокойно осмотреться.

Сокурсники тоже зависли в паре метров над крышей. Кто-то панически озирался. Кто-то уже устраивался в воздухе, ища опору и равновесие. Кто-то смешно греб руками и ногами — и как ни странно, это помогало перемещаться. А дирижировал всем этим Ми-Гирр. Он поглядывал в свое ржавое магическое зеркало и балансировал на остром коньке крыши.

— Да, неудобно. Было бы неплохо, если бы здесь оказался какой-нибудь камень, — протянул он.

Рядом возник увесистый валун.

— Или он был бы деревянной скамейкой…

Валун подобрался, сплющился и отрастил ножки. Но тут же покачнулся и начал съезжать вниз по крутому скату.

— И чтобы ее ножки сами держались за крышу, — добавил Ми-Гирр. Скамейка незамедлительно обзавелась мощными куриными лапами, увенчанными загнутыми когтями, и вскарабкалась обратно.

— Не годится. Лучше кресло, — недовольно сказал Ми-Гирр. Плоское деревянное сиденье изогнулось, формируя спинку и подлокотники.

— Мягкое, — продолжил Ми-Гирр. Кресло вспушилось зелеными подушками. Ми-Гирр плюхнулся в него и вытянул длинные ноги.

— Крылья бы еще… — мечтательно заметил он, и из подлокотников выросли широкие крылья с белоснежным оперением. Кресло взмахнуло ими и описало небольшой круг над студентами. Потом приземлилось обратно и переступило лапами, ища опору.

— Сойдет, — снисходительно обронил Ми-Гирр. — Господа, вы захватили тетради?

Смотреть на него из воздуха сверху вниз было странно. Анаис кое-как обустроилась и села. Потом покосилась в пропасть, и у нее закружилась голова. Нет уж, лучше не экспериментировать и не отводить глаза.

— У нас нет с собой ничего! — воскликнула Ринтель. Она зависла в пустоте, лежа на животе, и никак не могла перевернуться.

— Плохо, — цокнул языком Ми-Гирр, и через секунду донесся бумажный шорох. Перед каждым возникло по тетради. Причем у Ринтель тетрадь наделась на голову домиком. Затем последовали остро заточенные карандаши. Ми-Гирр презирал перьевые ручки. — Магических зеркал тоже нет?

— У половины, скорее всего, нет, — спокойно произнесла Клэр. Она восседала на воздухе, как на троне, небрежно закинув ногу на ногу.

— Отлично, — обрадовался Ми-Гирр. — Значит, ничто не будет отвлекать вас от теории. Самое время порешать задачки и ознакомиться с парой новых формул. Вы не находите?

Анаис находила. Когда висишь в воздухе над бездной, самое время решать задачки по теории вероятностей.

За спиной преподавателя возникла черная доска, и на ней сами собой начали появляться символы, успевшие опротиветь до зубовного скрежета.

Сперва Анаис не могла сосредоточиться на них. Да ни на чем не могла сосредоточиться! Взгляд соскальзывал с доски на сверкающие под солнцем шапки гор, на разрытый снег на том склоне, где вчера веселилась компания, и на льдисто-голубое небо вокруг. Вместо голоса Ми-Гирра слух ловил щебет птиц, сидящих на тонких темно-зеленых елях поодаль. И еще какой-то гул.

Гул нарастал. Когда Анаис в очередной раз попыталась заставить себя прислушаться к объяснениям преподавателя, она поняла, что не разбирает их!

— Не слышно! — прокричала Мерклин. Ее возглас показался слабым писком.

Ми-Гирр посмотрел в свое зеркало. Анаис следила за ним, затаив дыхание. Но он лишь досадливо поморщился. Наверное, гул не сигнализировал об угрозе.

— Все нормально, просто небольшое землетрясение, — небрежно сказал Ми-Гирр и заставил кресло взмыть вверх. Белые крылья мерно поднимались и опускались.

— Просто?! — воскликнул Энц рядом с Анаис.

Гора со скрежетом вздрогнула. Земля застонала, откуда-то с грохотом посыпались камни. Гул перешел в вибрацию, здание отеля мелко затряслось. Послышались глухие удары, идущие словно из глубины скалистого массива.

Ми-Гирр не отвечал. Он отстраненно созерцал ближайшую гору. Ее верхушка вдруг подернулась туманом, словно вокруг нее выросло облако. А потом огромная снежная масса устремилась вниз.