Академия которой нет (СИ) - Хаимович Ханна - Страница 4

Симпатичный сосед дремал на своем месте напротив. Шаги Анаис его разбудили. Он открыл глаза — и комично округлил их, оглядывая ее с веселым изумлением. Губы тронула азартная улыбка. Анаис подумала, что сейчас он непременно попытается завести разговор, но сосед лишь скорчил красноречивую рожицу и показал большой палец в жесте одобрения.

И славно. Что тут можно сказать, кроме какой-нибудь банальности?

Люди сновали меж проходов. Ночью ощутимо похолодало, и сквозняки несли прохладу даже на застекленную со всех сторон палубу. Анаис тронула рюкзак, в котором лежал теплый свитер. Нет, пожалуй, переодеваться прямо здесь — это слишком. Она с сожалением опустила руку и снова прикрыла глаза.

Странно было думать, что и Натан когда-то точно так же сидел в салоне воздушного судна. С нетерпением ждал прибытия, гадал, что таится впереди. Хотел поскорее научиться колдовать…

Когда он вернулся, ничто в нем не напоминало мага. Ничто, кроме, пожалуй, тяжелого, стариковского взгляда, который без слов кричал о том, что его обладатель знает слишком много. И рад бы сбросить часть этого груза, но уже не может.

Зато смог переложить ношу на плечи сестры…

***

— Кому ты рассказывала, что получила магическую искру?

…В последний раз Натан приезжал домой год назад. Минувшим летом. Уже тогда он был мрачный и вечно чем-то обеспокоенный, а меж бровями залегла глубокая складка. Писать в Академию письма и звонить по телефону могли только другие маги. Анаис не решалась выбраться в Ниддат и отыскать почтовое отделение, предоставляющее услуги мага, поэтому скучала молча. Но едва Натан, вернувшись, бросил на нее взгляд, как задал этот вопрос. Деловито и сухо. Ни поцелуя, ни даже короткого объятия…

— Никому, — чуть обиженно протянула Анаис и оглянулась. Со стороны поместья ко входу в сад уже шли вездесущие «гости».

— Точно? Уверена? Ни намека? Даже Мику? — брат чуть повеселел, точно с плеч свалился немалых размеров камень.

— Никому! И, Натан, я хотела тебе сказать… расторгни мою помолвку. Я не хочу замуж за Мика. Он… в общем, я в нем ошибалась. Я…

— Что? О Покровитель, вся наша жизнь сейчас на волоске, а она говорит о замужестве! Не пройдет и двух недель, как ты бросишь этого Мика и уедешь… — тут Натан умолк и поспешно обнял Анаис, маскируя радостью встречи их перешептывания.

Анаис ничего не понимала. Но по рукам уже потекла предательская дрожь, а в груди поселилось недоброе предчувствие. Оно напоминало холодный и скользкий клок тумана, свернувшийся в кольцо. Что происходит? Что с Натаном? Почему он ведет себя и разговаривает так… так, словно уверен, что ему уже не жить?

Повстанцы окружили его, забрасывая вопросами. Натан отвечал неопределенно, отговорками, но Мик уже зло кривился, да и остальные, казалось, услышали что-то неприятное.

— Ну что, старина? Еще один маг в нашей компании, а?

— Да, наверное… Мы поговорим об этом. Вечером.

— Что ты как неродной? Цералиса видел? Он ничего не велел передать?

— Нужно было ждать меня? Вы сидите здесь безвылазно, неужели не могли сами съездить к Цералису и поговорить? — Натан смерил «друзей» колким взглядом. — Он ничего не велел передать. Ничего не меняется.

— А должно бы, — тихо заметил Мик. — Ты обещал…

— Я помню, — Натан поспешно оглянулся на Анаис. — Поговорим вечером.

Может, он и поговорит с ними вечером, догадалась она. Но с ней хочет побеседовать еще раньше. Что-то произошло. Доверие к Антиреспублике, которое пошатнулось четыре года назад, рассыпалось окончательно. Натан чего-то боится, к чему-то готовится и хочет сказать сестре что-то важное. Уметь бы читать мысли, чтобы не было так страшно…

Когда Натан после ужина зашел в свою комнату, Анаис уже ждала там, не включая свет. Она слышала, как брат крикнул гостям, чтобы ждали у автогаража. Интересно, что за выезды в ночь…

— Как я рад, что ты получила искру, — выдохнул Натан. — Я так надеялся…

— Но в пределах одной семьи это не редкость… Хотя я тоже рада, — Анаис нервно улыбнулась. — Говори скорее. Что ты хотел мне сказать? Не пугай меня.

— А придется напугать, — грустно улыбнулся брат и сел на кровать прямо в уличной одежде. — Скорее всего, я не доживу до рассвета.

Она дернулась и уставилась на него широко открытыми глазами.

— Меня убьют наши же соратнички, — невесело усмехнулся Натан. — Как только узнают, что теперь у меня есть доказательства против кое-кого… И когда я скажу, что больше не буду иметь с ними никаких дел.

— Так не говори! Молча выдай их СБР, если на то пошло…

— Я же маг, — покачал головой Натан. — Я просчитал все вероятности. Во всех сценариях, в которых я выживаю, ты не попадаешь в Академию или даже погибаешь, а мое расследование остается незавершенным. Оно важно, Анаис. Это самое важное, что у меня есть. После тебя, конечно. Я напал на след, но информацию у меня отняли. Просто стерли все вероятности, при которых я ее получал. Теперь ты должна пройти по моим стопам и воссоздать картину. Ты сумеешь ею распорядиться. Запомни, безоговорочно доверять можно только ректору Академии…

— Какую картину? Натан, ты о чем?

— Когда я учился, я случайно нащупал ниточку, которая ведет к одной технологии. Я знаю только, что она перевернет весь наш мир. Может убить его, а может привести к расцвету, смотря в каких руках окажется. Я поделился информацией с ректором, господином ди Кэрретом… но на следующий день ни я, ни он ничего не помнили. Кто-то стер все события, все варианты развития реальности, при которых я узнавал то, что узнал. Я бы не вспомнил даже, что добрался до какой-то информации, но эту часть мы с господином ди Кэрретом смогли восстановить с помощью призрака. Дальше… дальше мы не нащупали ни одной вероятности, при которой оба выживаем и восстанавливаем полученное знание. Наверное, из реальности было стерто что-то еще, причем очень умело. Иначе мы не оказались бы в таком тупике. Я ничего теперь не знаю, Анаис. Но если ты пройдешь по моим следам, то получишь эту технологию. Главное, будь осторожна. Для кого-то она важнее жизни…

Анаис била дрожь. Она не помнила брата таким серьезным и испуганным. Даже в день смерти родителей Натан скорбел и нервничал из-за таинственного убийства, но не боялся так. Глаза казались провалами на бледном лице. Важнее жизни. Опаснее смерти. Что это может быть? И кто мог стереть такую часть реальности одним махом? А ей предстояло продолжить расследование… Анаис не считала себя трусихой, но по своей воле ни за что бы не влезла в это.

— Ты уверен, что нужно продолжать? — негромко спросила она. — Не стоит замахиваться на то, что нам не по зубам, Натан. Мы ничего не решаем…

— Может быть, и не стоит, — вздохнул брат, запустил пальцы в волосы и с силой потянул себя за светлые вихры. — Может быть… Ты права, конечно. Это мое расследование, не твое. Ты вправе отказаться. Живи, становись магом, выбирай свой путь — главное, не возвращайся к Антиреспублике. Это двуличные твари пострашнее любого призрака, они убили отца и маму, теперь я знаю наверняка. Решай сама. Но если сочтешь нужным продолжить мои поиски… — он извлек из кармана небольшой блокнот в потрепанном коленкоровом переплете, — то я записал здесь, какие призраки тебе нужно искать.

Анаис неотрывно смотрела на маленькую книжицу. Теперь, когда брат сказал, что расследовать не обязательно, ей, наоборот, захотелось сунуть туда нос. Она грустно улыбнулась: девичье непостоянство, не иначе. Может быть, осторожно… И в крайнем случае всегда можно отступить…

— Моя жизнь уже не зависит от твоего решения, — сказал Натан. — Я все равно погибну. Нужно было разделаться с Антиреспубликой раньше, но тогда я боялся властей… Сейчас знаю, что бояться следовало другого. Береги себя. Никому не доверяй. Беги от повстанцев поскорее и наплюй на поместье, оно не стоит того, чтобы за него умереть.

И он ушел в ночь, а вскоре с подъездной аллеи донеслись гудки машин.

Анаис спрятала блокнот в нагрудный карман, свернулась на кровати Натана клубочком и разрыдалась. Она проплакала почти до рассвета. И уже с сухими глазами отдавала распоряжения, когда Мик и его приятели под утро принесли домой тело Натана.