Обожгись! (СИ) - Кутузова Елена - Страница 17

– Конкуренция между мужчинами за внимание женщин подстегнет их работать лучше. Как думаете, если устроит между ними соревнования?

– Например?

– Объявлять лучшего работника недели по итогам принесенной клубу прибыли, а потом премировать лучших.

– Хм.. Интересно…

Идея стоила серьезного обдумывания. Но от обсуждения меня отвлекло странное движение в зале. Женщина рвалась к сцене, отталкивая и официантов, и вызванную охрану.

– Прошу прощения! – Бронислав поспешил выяснять, в чем дело. Я чуть-чуть выждала и отправилась следом.

Недоразумение уладили. Вернее – скандал. Клиентку вывели из зала, на сцену вышел Монгол и гости вскоре забыли о неприятном инциденте. Но не я.

– Что случилось?

– Она требовала приватный танец. А потом, чтобы танцор с ней посидел.

– Стандартно, – стриптизеры так же предоставляли эскорт-услуги, раскручивая клиенток на выпивку.

– Он не стриптизер.

Совсем недавно мы решили разнообразить программу и стали приглашать профессиональных танцоров. Они работали только на сцене, не спускаясь в зал и не раздеваясь. И тем более, не предоставляя клиентам дополнительных услуг.

– С этим надо что-то делать… Сегодня был прецедент…

– К официантам тоже часто пристают, – доложил Бронислав.

Некоторые из них могли присесть к столикам, поддержать беседу… Другие отказывались категорически. Работников хватало, и мы не настаивали, но пришло время нанести порядок по ранжиру.

– Я подумаю, что можно сделать. А пока постарайтесь не допускать подобного.

– Как скажете!

Бронислав склонил голову, как аристократ в десятом поколении. Грация, элегантность, безупречность… И все это принадлежит Габриэлле, причем в нарушении всех приличий! Ну почему одним все, а другим – дырка от бублика?

От обиды захотелось то ли плакать, то ли сорвать на ком-то злость… Но вместо этого я вернулась в зал – работу никто не отменял.

Глядя, как снуют между гостями официанты, как стараются парни на сцене, как развлекают посетительниц за столиками, я не могла не думать о будущем клуба. Габриэлла объявила войну. А значит… Ох, только бы Ванесса это поняла! Без её помощи я не смогу ничего сделать.

И утром, после непродолжительного сна, я отправилась в офис.

– Что стряслось? – Ванесса испугалась, увидев меня в такую рань. – Пожар? Наводнение? Десять казней египетских?

– Хуже, – я сама нажала кнопку селектора и попросила принести какао. – Война!

– А вот с этого места поподробнее! – Ванесса отодвинула ноутбук.

– Думаешь, я просто так этот чертов коктейль глотала? Вань, Габриэлла не просто так явилась. Она положила глаз на наших ребят. Если ничего не сделаем – клуб отойдет ей.

– Что за бред? Ирма, отжать у нас клуб не так-то просто. Юристы…

– Да какие, нахрен, юристы? Она суккуб, Вань! Понимаешь? Суккуб! Я ей тогда Дениса не дала запечатлеть, она разозлилась… В общем, это война. Если проиграем… Черт с ним, с клубом. Мальчикам аукнется. Она их всех в безмозглые овощи превратит. Будут, как Бронислав, слюни пускать и тапочки в зубах носить.

– А он носит? – она на самом деле заинтересовалась.

– Если Габриэлле понадобиться – принесет. Еще и хвостом вилять будет.

– Забавная картинка…

– Вань, давай не будем Тему трогать, хорошо? Тем более, что ния, ни ты в ней как следует не разбираемся. Поэтому…

Секретарь принесла какао. В полной тишине поставила на стол высокую чашку на блюдце, маленькую менажницу с печеньем и конфетами…

– Ирма? Ау?

Я вздрогнула, услышав зов. И наткнулась на встревоженный взгляд поруги:

– Ты уже минут пять не мигая на кружку смотришь. Нравится?

– Ты сменила сервиз?

– Нет, просто добавила несколько новых предметов. Правда, освежают?

– В интерьер не вписываются, – я обвела взглядом обстановку и снова уставилась на чашку. Яркую, несерьезную, расчерченную разноцветными полосками.

– Кажется, одну проблему я решила…

– Что?

– Да так, в клубе сегодня скандал был. Клиентка артиста перепутала со стриптизером. Вот,придумала, как это исправить.

– Это ладно. Ты про войну давай.

– Ну я же сказала: Габриэлла решила захапать наших мальчишек! Черт, ну почему одним все, а другим – ничего? Бьешься тут, бьешься, а другим все на блюдечке с голубой каемочкой!

– Точно с голубой? Не с розовой?

У меня дыхание перехватило. Судя по тону, сейчас меня не жалеть будут, а устроют такую выволочку!

– Ты знаешь, что про меня говорят? Что стерва, что с мужиками сплю, чтобы бизнес процветал, что…

Я только кивала. Слухов вокруг Ванессы ходило предостаточно.

– И что из этого правда? – она выжидательно уставилась на меня.

– Ничего… – даже хрипота пропала. Писк какой-то получился. Мышиный.

– А теперь посмотри на себя. Ирма, ты в салоне красоты когда была? А в магазине? Посмотри, что ты носишь! Нет, тряпочки аккуратные, но они же… Ну это ладно. Это просто можно снять и надеть другое. Но фигура! Куда ты её дела? Ну? Мне продолжать?

– Не стоит… – она морально опустила меня под плинтус. – Я поняла.

– Что ты поняла?

– Что я никчемная, ленивая, толстая…

– Дура! – закончила Ванесса. – Ирма, а ну, встряхнулась и ответила: ты ныть сюда пришла, или союзников вербовать? Если первое… то все разговоры – в пользу бедных. Парней ты защищать не собираешься, а значит, и жалеть права не имеешь. Если второе… то ты тоже проиграла. С таким настроением войны не выигрывают. Ну? Так что делать будешь?

Ответить было нечего. А Ванесса продолжала:

– Думай, подруга. Кстати, а в чем война-то заключается?

– Пока не знаю.

Я действительно не представляла, во что это все может вылиться. И просто ждала, откуда Габриэлла нанесет удар.

– Тогда… что насчет шпиона?

– Какого?

– Да Бронислава твоего. Он же на её стороне. Что делать будем?

Это «будем» согрело лучше горячего чая в холодный день. Она со мной!

– Переманить?

Я замотала головой так, что прическа растрепалась:

– Он запечатлен. Не получится.

– Уверена? Ирма, может ты знаешь… Ну так, чисто ради интереса: кому-нибудь удавалось от этого импритинга избавиться? Ну, или может, другой суккуб его может на себя перекинуть?

– Не слышала.

– Тогда… попробуем?

В глазах подруги плясали чертики. Вопрос явно содержал второе дно. Но какое? Если отвечу неправильно… О последствиях думать не хотелось. И я решилась:

– Чего пробовать? Делать надо!

Ох, если бы я знала, на что подписываюсь! А пока в счастливом неведении я отправилась воплощать в жизнь идею, навеянную ярким рисунком кружки.

Перед началом работы я собрала коллектив:

– Отныне каждый из вас будет носить браслет определенного цвета!

Парни с интересом рассматривали эластичные пластиковые полоски.

– Запоминайте правила! Они так же будут донесены до клиентов. Белый браслет получают актеры. Они просто выступают без личного общения с клиентами. Никакого стриптиза или привата! Только выступление на сцене. Красный носят стриптизеры. То есть – все стандартно. Зеленый – официанты, которых нельзя отвлекать от работы. Желтый – личные официанты. Всем все ясно?

Вопросов не было. Парни нацепили браслеты и отправились работать. А я всю ночь приглядывалась к Денису и Могнолу.

Они учли мои советы и вовсю применяли в работе. Но Монгол по-прежнему слишком любовался собой на сцене, ничего не отдавая посетительницам, кроме красивого акробатического номера, пусть и сексуального. Но для суккубов этого было мало.

– Завтра в два жду тебя у себя дома. Не опаздывай, пожалуйста!

– Завтра не могу, – ухмыльнуся Монгол. – У друга день рождения.

– А работать потом сможешь?

– Работать смогу. А вот что делаю в свободное время – никого не касется.

– Не касается, – все верно, чего у там, – но позволь напомнить: тренировки входят в контракт. Состав график и завтра вечером предоставь его мне.

– Как скажете, госпожа Ирма.