Давай поиграем, дракон! (СИ) - Тараторина Даха - Страница 25

Апчхи!

А-а-а-а-а-ПЧХИ!!!

Пижма брезгливо вытерла остатки взорвавшегося монстра краем рубашки подбежавшего Леонарда.

— Не успел родиться, а уже охотится, — фыркнул дракон, подавая руку. — Зловредное существо. Но нельзя исключить, что крайне интересное. Ты видела, как он быстро образовал пищеварительную систему?

— О да! — с воодушевление подтвердила девушка. — Я её о-о-очень хорошо рассмотрела! Чем ты его так?

— Это? — Лео покрутил так и не выпущенную из руки ступку. — Обычный сбор с кучей пыльцы. Подумал, что мама не обрадуется, если эта тварь выберется из подвала, и вспомнил про её аллергию. Сам не ожидал, что сработает.

Агент убрала со щеки дракона подтёк нежно-лавандового цвета.

— Не ожидал он… Учёный, блин. Пошли теперь отмываться, а то мама уши оборвёт.

Лео хотел возмутиться и сообщить, что он вполне себе взрослый мужчина, чтобы бояться мамы, но потом вспомнил, что ей, собственно, на это плевать, и покорно поплёлся наверх.

Полотенце перманентно и раздражающе сползало, не желая держаться на не слишком внушительной груди, поэтому Пижма постоянно подтягивала и перевязывала его, что мешало любоваться рассветом. А любоваться было чем: карамельный, расползающийся густыми тёплыми пятнами, свет лился между горами на горизонте, одна из которых таила место, ставшее для дракона домом. Знала ли Ленора, что её сын намного ближе, чем могло показаться? В каком-то дне пути, видимый из окна, он был так близок и так далёк одновременно, что наверняка становилось тошно. Холодные тёмные горы прятали его, отделяли от семьи, как некогда разделила их трагедия.

Наверное, Леонард специально поселился там. Наверное, он тоже на рассвете любил смотреть на горизонт.

Пижма в очередной раз вернула полотенце на место и нехотя кинула взгляд в другую сторону: город прятался за огромным разросшимся лесом, дорога поворачивала почти сразу за имением, но забыть, что совсем рядом живёт, дышит и пожирает яйца на завтрак человек, которому удалось запугать элитного спецагента класса А, не получалось.

Демонстративно повернувшись к окну спиной, девушка прислушалась: Леонард плескался в ванне уже добрый час, наверняка отмывшись настолько, что, как говаривала мама, рисковал быть унесённым сороками. Но дракон всё продолжал брызгаться, тихонько фыркать и выбираться из воды не желал. По-хорошему ей давно полагалось бы нырнуть в огромную мягкую кровать: ночь без сна давала о себе знать судорожной зевотой и ватными ногами, но простыни выглядели всё так же неуютно, а размеры ложа до сих пор требовали с кем-то его разделить. Особенно, если этот кто-то лохмат, улыбчив и пахнет ромашкой.

Пижма никогда не слыла скромницей, но всё-таки сначала постучалась:

— Ты там не утонул?

— Работаю над этим, — серьёзно ответили из-за двери.

— Помочь?

— Справляюсь.

Сползающее полотенце удалось поймать где-то в районе талии, что только добавило раздражительности в комплект к усталости. Пижма, не жалея, толкнула дверь. Затвор, закреплённый больше для красоты, чем ради функциональности, робко хрустнул.

Леонард, полностью одетый, за исключением разве что ступней и подвёрнутых до середины икр штанов, сидел на широком бортике огромной каменной ванны и шумно болтал ногами в горячей воде с давно полопавшимися пузырьками пены. Он поднял взгляд от блокнотика, в котором явно не первую минуту что-то увлечённо строчил и укоризненно причмокнул губами:

— Эй, я же мог быть не одет!

— Но ты одет, — подметила Пижма, внезапно смущённая тем, что сама облачиться хотя бы в тонкую ночнушку не удосужилась.

— Похвальная внимательность! — Лео равнодушно вернулся к записям.

— Ты всегда моешься при полном параде?

Раз уж всё равно попала в глупое положение, убегать и извиняться глупо, решила Пижма, и умостилась на противоположном бортике, присоединяясь к развлечению. Правда, пришлось трижды провернуть похожий на ручку кофемолки рычаг, чтобы добавить кипятка: набранная вода давно остыла, что ничуть не мешало Леонарду в его уединении.

— Не всегда. Только когда есть опасность, что кто-то вдруг решит составить мне компанию, — сделал пометку в записях Лео.

Пижма игриво поймала его длинную узкую ступню своими.

— А нормальный мужик только обрадовался бы.

Дракон пожал плечами: он и не доказывал, что нормальный.

— Что пишешь? — попыталась привстать и заглянуть в блокнот агент, но мелкие закорючки разобрал бы разве что профессиональный врач.

Ангуссон не стал таиться:

— Пытаюсь понять, где допустил ошибку в расчётах. В точности следовал найденному рецепту, а зелье вместо этого превратилось в…

— В осьминога! — подсказала Пижма.

Горе-учёный поправил:

— В неизвестное науке, имеющее минимальные инстинкты и рефлексы живое существо. Очень похожее на перебегунчика, надо признать. Но в прошлый раз после добавления его тычинок, эффект получился нужным, а сегодня…

— Незабываемым?

— С этим не поспоришь.

Агент закусила губу: если восстановить рецепт так сложно, то переданный совету магов флакон может стать серьёзной проблемой. Она придвинулась ближе, касаясь бедром ноги Лео.

— Ладно, я скажу это. Но тебе всё равно никто не поверит! Спасибо.

Дракон приложил ладонь к уху:

— Что-что? Какие интересные слова ты знаешь!

— Заткнись!

— Тут уже не удивила.

— Ладно, я прошу прощения! Доволен! Мне очень жаль, что ты отдал этим говнюкам зелье из-за меня! Я очень не хочу, чтобы они его использовали и, если могу чем-то помочь, сделаю это! Спасибо, понял? — так угрожающе протараторила она, словно зачитывала права арестованному, а не благодарила друга.

Смягчившись, Леонард сжал её колено и задорно улыбнулся:

— Ну, подозреваю, им тоже придётся несладко. Даже удавшееся зелье имеет побочный эффект.

— Я помню. Мне понравился мини-дракоша, — агент потянулась почесать Лео под подбородком, как чешуйчатую ящерку, но с человеком проделать этот фокус оказалось не так-то просто. Поймав недоумённый взгляд, она резво подскочила, едва не свалившись в воду, пересекла комнату и устроилась у дверей, якобы собираясь уходить. Не ушла: сложила руки на груди, чтобы проклятое полотенце оставалось на месте и небрежно оперлась бедром о дверной косяк.

— А ещё у них ничего не получится без главного ингредиента.

— Это какого же?

Леонард хотел пошутить и заявить, что со шпионками подобной информацией делиться не станет, но… Но что это за мир, в котором нельзя никому доверять? Тем более тому, кто, рискуя жизнью, пытался его защитить.

— Моя кровь. Всё-таки я из рода драконов. По преданию, по крайней мере. А Ювеналий — нет. Вот и посмотрим, чем он попытается её заменить.

Пижма закусила губу и отвернулась. Насколько она знала таких, как председатель, узнай он правду, замену искать не стал бы. Зачем? Есть же хороший такой запас, литров эдак пять, свеженькой и горячей. Нет, он не станет искать замену; он просто схватит Леонарда. Телохранитель сжала кулаки. Зелье нужно вернуть и не дать Ювеналию ни единого шанса. Если, конечно, не прибегнуть к другому методу, более жестокому, но и более действенному. Пижме уже предлагали взять заказ на убийство и тогда она струсила. Изменилось ли что-то теперь?

Она шагнула к Леонарду, присела рядом, повернувшись в противоположную сторону, чтобы спрятать глаза, прижалась к нему плечом.

— Лео, мне очень жаль, что ты во всё это ввязался. Правда, — тихо начала она, чувствуя, что нервничает больше, чем когда сдавала выпускной экзамен по рукопашному бою. — И для меня очень много значит, что ты помогаешь мне. Очень долго я никому не доверяла, но ты… Ты слишком искренний, слишком честный. Я не могу не ответить тебе взаимностью. И… проклятье, — она закашлялась и начала нервно мять край полотенца, — и для меня честь быть твоей невестой.

Она наконец нашла в себе силы повернуться и взглянуть в его глаза: огромные, светлые… Растерянные?

Пижма чуть подалась вперёд и прикоснулась к его губам. Тёплые, мягкие, они раскрылись навстречу, но не дрогнули в ответ. Агент непонимающе отстранилась: Леонард сидел, не двигаясь, беззвучно открывая рот для слов, но не мог выдавить из себя ни единого.