Игра Мелины Мерод. Дилогия (СИ) - Гром Александра - Страница 98

— Неужели вы следили за моими успехами? — спрашиваю с долей иронии.

— Разумеется! Наше знакомство произвело на меня неизгладимое впечатление.

Я вижу улыбающиеся губы господина Ламмейна, но не вижу теперь смеха в его глазах.

— Вот как, — произношу невпопад, озадаченная резкой сменой настроения.

— Знаете, что я подумал?

Изгибаю брови, ожидая продолжения.

— Не выпить ли нам кофе.

Я с сомнением гляжу на заведение, в направлении которого указывает рукой господин Ламмейн.

— Не волнуйтесь! Тут я сам всем заведую, поэтому никаких неприятных сюрпризов быть не может, — он буквально пропевает эти фразы, ненавязчиво оттесняя меня от Андре и подхватывая под локоток. — Ведь в гостинице дело было в чём? Я привык слишком полагаться на персонал и поставщиков. Как же! Ведь первые работают чуть ли не с момента открытия, а вторые друзья через одного! После вашей вразумительной…

— Вразумительной? — перебиваю я мужчину, но не останавливаюсь, позволяя вести себя дальше к кафе. — Мне казалось, что моя речь была гневной!

— Нет-нет! Я даже в первый момент так к ней не отнёсся! Я вообще не могу сердиться на женщин, а на красивых барышень и подавно! Так вот, после ваших вразумлений я обратился к сотрудникам и партнёрам за объяснениями. А они мне начала припоминать о годах совместного сотрудничества, представляете? Они открыто признавали свою вину и спрашивали при этом, чем я недоволен! Абсурд, не так ли?

— Полнейший, — признаю я, и захожу в помещение.

Краем глаза вижу, как господин Ламмейн оборачивается к Андре:

— А вас, господин полицейский, я попрошу подождать за дверью.

— Но… — неуверенно начинает мой спутник, однако его жёстко обрывают:

— Кафе ещё не открыто для посетителей!

Захлопнув дверь перед носом ошарашенного Андре, господин Ламмейн направляется к стойке делать нам кофе. Как во сне иду следом за ним, а после устраиваюсь на высоком стульчике, где по-хорошему, дамы не сидят.

Немного отойдя от шока, я начинаю воспринимать происходящее более целостно. В частности, улавливаю восхитительнейший запах свежей выпечки. К нему примешивается насыщенный аромат кофе именного той обжарки, что мне нравится более всего!

— … вот я и бросил гостиницу.

Ох! Видимо, я слишком увлеклась, смакуя запахи.

— Понимаю, — осторожно произношу я, с тайной надежной на то, что угадала с фразой.

— Да, — вздыхает мужчина, не отводя взгляда от кофе, готового вот-вот закипеть. — Поначалу многие решили остаться, когда я продал дело, но мой преемник начал драть с них в три шкуры, они и разбежались. А поставщики у него свои были. В общем-то, я счастлив, что избавился от гостиницы. Мне тут гораздо больше нравится. — Он обводит рукой помещение, по-прежнему глядя на кремовую шапку пузырьков.

— Рада, что вы нашли своё место.

— Ох, оставьте это! Я вам ещё в прошлый раз на полном серьёзе и безо всяких намёков предложил называть меня по имени.

— Я помню, Мариз.

— Вот и отлично, — бормочет он, но всё его внимание сосредоточено на кофе.

Я не решаюсь задать свой вопрос, пока он не заканчивает разливать напиток.

— Вы ведь меня пригласили на кофе не для того, чтобы пожаловаться на свои неудачи и похвастаться достижениями?

— Не для того, — Мариз пододвигает мне чашку. — Мне кажется, вы испытываете некоторые трудности с делом госпожи Амори-старшей?

— Сплетники не дремлют? — усмехнувшись, я делаю глоток кофе. Это прекрасно!

Мужчина пожимает плечами и следует моему примеру, после чего сообщает:

— У меня есть парочка знакомых в полиции, они мне вечером рассказали, что вы строчили весь день запросы, проводили опросы, но, кажется безрезультатно.

— Вы обладаете какой-то информацией?

— Как вам сказать… — Мариз задумчиво смотрит в пространство несколько секунд, а потом вновь фокусируется на моём лице. — Какое впечатление вы составили о госпоже Юдо?

Я самым вульгарным образом фыркаю.

— Святая женщина! — сарказм просто-таки сочится из этих двух слов.

— Да. С такой биографией ни одной зацепки, правильно? — Мариз подмигивает мне.

— Ну, не то чтобы ни одной…

— Верю, что вы призвали на службу закону всю свою фантазию и изобретательность! — посмеивается он.

Я не отказываю себе в удовольствии и тоже улыбаюсь. Но улыбка моя довольно быстро гаснет. Как и у господина Ламмейна.

— Что вам известно? — спрашиваю я совершенно серьёзно.

Лицо мужчины после вопроса мгновенно преображается. На губах появляется совершенно очаровательная ухмылка, а в глазах пляшут озорные огоньки.

— Лет десять назад, я был моложе, гораздо привлекательнее и меня не обделяли своим внимание прекрасные дамы, — начинает он свой рассказ. — Я брал то, что само шло мне в руки, не задумываясь о завтрашнем дне и последствиях. К счастью, несмотря на всю безалаберность, последствий мне как-то удавалось избежать! Так вот, десять лет назад на меня обратила внимание несравненная Юдо Амори.

Чувствую, как брови поднимаются против воли.

— Да-да! — Мариз искренне веселиться, глядя на моё удивление. — У нас с ней было три незабываемых свидания. После чего мы расстались.

— А почему только три?

— На этом настаивала сама Юдо. Когда всё только начиналось, я думал, мне будет мало. Это было похоже на какое-то сумасшествие! Но спустя неделю страсти угасли. И к лучшему, знаете ли!

— Вы никому раньше об этом не рассказывали?

— Нет. Юдо попросила меня молчать. Я молчал.

— Хм… это очень интересно, но…

— Я ещё не закончил, господа да Мерод, — перебивает меня Мариз. — Я был не единственным счастливчиком, осенённым внимание Юдо.

— И кто же ещё может этим похвастаться?

— Не думаю, что кто-либо будет этим хвастаться. Она перебрала всех стоящих мужчин в Фабье за исключением одного. Многие из них на тот момент были женаты.

Я замираю с поднесённой ко рту чашкой. Признание Мариза меня попросту оглушило.

— И что же это за исключение? — спрашиваю лишь ради того, чтобы не молчать.

— Разумеется, это хозяин Фабье.

— Сильвэн ла Лэкре? — уточняю на автомате.

— Именно.

— Странно, что она до него не добралась, — размышляю вслух а сама думаю: «Как эта женщина могла смотреть каждый дель в глаза жёнам тех, чьих мужей она соблазнила?».

— Полагаю, он слишком занят делами, да и в столице больший выбор развлечение.

— Вы правы, — соглашаюсь бездумно.

— Новость, конечно, шокирующая, и вы вправе мне не верить, но спросите вашего Андре, — Мариз кивает на витрину, возле которой мнётся полицейский, — о том, в каких отношениях он был с госпожой Амори.

Непременно спрошу, но…

— А вы не думаете, что это какая-то магия?

— Магия? — мужчина искренне удивлён. — Юдо не обладала магией. Обэ — да. Как раз любовной. Привороты там и всякое по мелочи. Насколько мне известно, она даже помогала сестре, когда заказчица требовала особенный крем или бальзам.

— Это запрещено законом, — возражаю на автомате.

— Если происходит без ведома одной из сторон. Юдо была на редкость толкова в делах. Думаю, она со своих покупательниц брала необходимые расписки.

Я киваю.

— Вы пейте кофе, а то совсем остынет.

— Благодарю, он вкусный.

— Мастер готовил! — шутит Мариз.

Лишь киваю, глядя на Андре.

— Госпожа да Мерод… — блеет полицейский.

— Что?! Я задала вполне конкретный вопрос, предусматривающий лишь два варианта ответа!

— Да, — выдавливает из себя Андре, — мы с Юдо были любовниками.

— Отлично! — выдыхаю в ответ на признание.

Честно говоря, лучше бы поводом для убийства служил финансовый конфликт! Если никто из приезжих с Амори-старшей не встречался, то значит, преступником является местный житель. Страшно представить в какое змеиное гнездо превратиться Фабье, когда раскроются все подробности личной жизни убитой!

Разговор с Маризом, пожалуй, — единственное толковое событие, имевшее место в первой половине дня. Визит в Управление не дал ровным счётом ничего. Хотя все заинтересованные лица несомненно старались.