Игра Мелины Мерод. Дилогия (СИ) - Гром Александра - Страница 94

— Я не могу выс выписать, — безразличным тоном вещает мужчина. — Согласно распоряжению господина Килье никто не вправе покидать город без его личного на то разрешения.

— Да кто такой этот Килье?!

Тут я теряю нить разговора, если так можно назвать концерт незнакомки, потому что мне под ноги бросается мелкая собачонка с весьма вредным выражением на мордашке и отвратительным гигантским бантом лимонного цвета, повязанным вокруг шеи. Наверное из-за того, что каприз хозяйки так не идёт к её рыжей шёрстки, у бедняжки такое скверное расположение духа.

Андре везёт меньше моего. Он сталкивается с молоденькой служанкой, подбежавшей к нам, чтобы изловить животное.

— Ох, простите! — извиняется он перед девушкой, и, наклонившись, успевает схватить конец поводка. — Вот!

Андре вручает его девушки. Раскрасневшаяся то ли от погони, то ли от смущения, она принимает неожиданный подарок и скомкано произносит слова благодарности.

Столкновение возле дверей привлекает внимание администратора. Увидев Андре он оживляется, а когда до него доходит, кто же такая я…

— Прошу прощения! — служащий твёрдым голосом перебивает нервную клиентку. — Вот перед вами двое представителей правопорядка. Можете задать им все интересующие вопросы касательно сроков пребывания в Фабье.

Дама разворачивается и угрожающей поступью движется на нас. Её взгляд придирчиво изучает сначала Андре, поскольку он в форме, потом меня. К тому моменту как она останавливается, выбор следующей жертвы уже сделан.

— Вы! — возвещает женщина громогласно и беспардонно тыкает пальцем в мою сторону. — Да вы знаете…

— Не знаю, — отвечаю тихо, но спокойно. Такой тон заставляет истеричную особу закрыть рот он неожиданности, что даёт мне возможность взять ситуацию под контроль. — Я понятия не имею ни кто вы такая, ни каковы ваши связи, исходя их чего, могу смело отбросить всю эту чепуху в сторону. Я твёрдо знаю лишь одно: я и господин Килье представляю закон, и пока ведутся следственные действия, никто не покинет Фабье.

— Закон! — фыркает она. — Да что мне ваш закон! Я буду жаловаться!

— Отличная мысль! — моя поддержка опять заставляет женщину умолкнуть. — Начините с господина ла Лэкре, именно по его настоянию меня сюда прислали.

В вестибюле повисает гнетущая тишина. Кем бы ни была дама, и кем бы ни были её влиятельные друзья, предъявить претензии хозяину Фабье они не смогу.

— У вас есть ещё какие-нибудь вопросы?

— Люси! — бросает она отрывисто и резко разворачивается, направляясь к лестнице.

Девушка и собачкой на руках послушно семенит вслед за своей хозяйкой.

На лестничном марше происходит заминка: дамы вынуждены замедлить шаг, потому как по ступеням спускается ещё один постоялец.

— Агата! Так я и знал, что именно твой нежный голос услаждает слух всех путешественников, нашедших приют в этом славном месте!

— С дороги, Менси, — шипит женщина.

Мужчина посмеивается над реакцией вздорной особы, но в сторону всё же отходит.

Заметив мой взгляд, господин Менси склоняет голову.

— Желаете со мной побеседовать? — интересуется он, оказавшись рядом, и щёлкает пальцами, будто что-то вспомнил. — Ваше имя госпожа да… простите! Утром услышал за завтраком и был уверен в том, что запомню! Оно ведь очень редкое!

— Мелина да Мерод. Следователь по особо важным делам, — представляюсь, как положено.

— Точно! Прошу простить мою забывчивость, — господин Менси улыбается, но не льстиво или с каким-то намёком на флирт, а как-то грустно. — Так вы не желаете задать мне несколько вопросов. Именно так, по-моему, у вас принято выражаться.

— Знаете, вы уже второй человек за сегодняшнее утро, который строит гипотезы относительно поведения следователей.

— Вот как? И кто из нас оказался ближе к истине?

— Никто. С чего вы вообще взяли, будто я пришла беседовать лично с вами?

— Неужто здешние ветра так медленно разливают звон по окрестностям? — удивляется он.

И я удивляюсь, потому что сама за завтраком вспоминала старую поговорку.

— Внезапный развод без причины и потеря большей части состояния. Вот и все ваши грехи, насколько мне известно. Или же вы желаете покаяться в иных? — я вопросительно изгибаю брови, но мой собеседник лишь смеётся.

— Нет-нет, что вы! Раз вам всё уже известно и вы способны понять состояние человека, попавшего в такое положение, нам с вами действительно больше не о чем разговаривать. Просто в некоторых местных жителей моё нелюдимое поведение вселяет суеверный ужас.

— Нелюдимое? — я тонко намекаю на его весёлость, и господин Менси намёк понимает:

— Ах, это! Меня просто позабавило выступление Агаты. Никак не могу придти в себя. Появление этой дамы… освежает любое общество!

— Понятно.

— Рад слышать! В таком случае я могу быть свободен?

Отступаю в сторону.

— Благодарю.

— И куда он направился, как вы думаете? — тихонько спрашивает Андре, глядя на удаляющуюся спину странного господина.

Я понятия не имею, что ему ответить, но это знает управляющий:

— На прогулку. Сейчас немного отойдёт от утреннего шоу и опять нацепит хмурую маску, так пугающую местных.

— Благодарю за объяснения, — я учтиво киваю мужчине. — А вы не могли бы организовать мне встречу с вашими постояльцами.

Администратор бросает короткий взгляд на часы:

— Так без четверти двенадцать все соберутся в большой гостиной, как и распорядился господин Килье!

Эти слова заставляют меня обернуться к Андре:

— Я тебя внимательно слушаю!

В ожидании массового сборища я устроила себе второй завтрак. Пожалуй, это единственное полезное событие, имевшее место на территории гостиницы. Поскольку все приезжие предоставили вполне убедительные аргументы своему пребыванию в Фабье именно сейчас.

Я поверила в правдивость каждого рассказа, но на всякий случай отдала распоряжение Андре, чтобы он настроил кристалл — хорошо, хоть его он не забыл! — на запись беседы, чтобы её потом ещё рас просмотрели специалисты господина Сакре.

Кандидата на роль убийцы не появилось. Из вредности можно было бы проявить особый интерес к Агате да Нилле, но это было бы слишком мелочно с моей стороны. К тому встречаться с этой особой повторно совершенно не хотелось.

— Куда мы теперь отправимся? — Андре задаёт свой фирменный вопрос.

— Это вы мне скажите, — не удерживаюсь от шпильки. — Вдруг господин Килье уже расстарался ради нас?

Полицейский краснеет. Как девица, честное слово!

— Простите, больше такого не повторится, — выдавливает он из себя.

— Надеюсь, — хмуро бросаю в ответ. — Если ни у вас, ни у господина Килье нет никаких идей, то сходим-ка мы в лавку Амори.

— Как скажете! — Андре поддерживает мою идею с энтузиазмом. Он уже понял: сердится на него, у меня нет времени.

Даже не знаю, чего я ожидала от визита в лавку Амори. Конечно, надежда на то, что сегодня со мной станут вежливо общаться была. Однако реальность оказалась даже лучше! Госпожа Обэ явно ожидала новой встречи и настроилась на конструктивную беседу.

— Господин Андре! Куда же вы? — спрашивает она чуть насмешливо и немного кокетливо, заметив, что доблестный полицейский спешит к выходу из магазина.

Наверное, считает свой долг выполненным: до нужного места проводил, а дальше сама, госпожа следователь!

— Подышать свежим воздухом, — бурчит он себе под нос и выходит-таки на улицу.

— Мужчины! — фыркает госпожа Обэ, всплеснув руками. — Чуть только учуют в помещении приятный аромат, так сразу же ломятся прочь, будто волки из объятого пожаром леса. Не приведи Создатель, пропахнуть чем-то кроме табака или набивших оскомину гвоздики и лавра.

Отчасти я вынуждена согласиться с ней. В лавке действительно приятно пахнет. Но запах какой-то травяной, горьковатый. Не сказать, что женский.

— Вам виднее, — замечаю тактично.

— Уж поверьте! — вздыхает женщина и без предисловий выпаливает: — Наверное, мне стоит извиниться за своё вчерашнее поведение. Бываю такие дни, когда кажется: мир ополчился против тебя. Убийство Юдо стало последней каплей.