Шанс на счастье (СИ) - Гром Александра - Страница 37

Домработница, присматривающая за столичной квартирой Стефана, понравилась Адель с первого взгляда, и эта приязнь, оказалась взаимной, однако девушке не хотелось лишний раз утруждать женщину. «Моя дорогая госпожа ла Сови, — частенько говорила она Адель, прибавляя к официальному обращению вполне приятельское, — вы слишком долго были предоставлены самой себе.

Самостоятельность — прекрасное качество, но не в тех ситуациях, когда вам по статусу положен целый штат прислуги. Вы смущаете людей и даже ставите их в неловкое положение, ведь создается впечатление, будто вы не доверяете их профессионализму!»

С такой точки зрения Адель собственное поведение никогда не рассматривала. Она искала поддержки у супруга, но тот делал вид, будто не слышит наставлений госпожи Деко и вообще полностью погружен в собственные дела или мысли. Однажды за завтраком девушка не выдержала и, взглянув на Стефана, громко фыркнула, посоветовав перевернуть газету, поскольку это, несомненно, облегчило бы процесс чтения. В целом посягательства на самостоятельность оказались единственным минусом, но к ним следовало менять отношение, поскольку госпожа Деко в чем-то была права.

После каждого нового визита лекарь из госпиталя уходил все более довольным. Адель полагала, что вскоре услышит долгожданное: «Поздравляю, госпожа ла Сови! Вы абсолютно здоровы!». В противном случае старичок должен был просто лопнуть от счастья.

Большую часть дня Адель проводила с сестрой, помогая ей в меру сил. По организационным делам барышни посещали разные места, где встречались с разными людьми. Адель внимательно наблюдала за младшей родственницей и запоминала, как та себя ведет, поскольку заученный некогда образ чопорной барышни давно вышел из моды.

Спустя неделю таких совместных походов Александрин радостно заявила, что если Адель не похоронит себя в поместье, то вполне может окунуться с головой в светскую жизнь: высшее общество примет ее с распростертыми объятьями!

Стефан по-прежнему половину дня, а то и больше, пропадал в госпитале. За неимением личного парка, господин ла Сови перенес свои прогулки в большой городской. Однако это вовсе не означало, что мужчина стал меньше внимания уделять Адель. Супруги частенько прогуливались вместе, правда, в светлое время суток. Они еще раз наведались в «Роз», а пару дней спустя для сравнения — в более простое заведение и сошлись во мнении, что главная беда дорогого кафе — атмосфера.

Как-то раз Стефан пригласил Адель на ужин в свои любимые «Колонны Арте». Этот поход вызывал опасения у девушки. Если уж в «Роз» ей не понравилось, то чего же ожидать от визита в один из самых престижных ресторанов Розеля?! Однако вечер прошел весьма приятно, хотя Стефан заказал не отдельный кабинет, а отдал предпочтение столику в общем зале. Все это были развлечения для двоих и для их обоюдного удовольствия, однако были и другие.

Как ни старался супруг оттягивать появление Адель в домах представителей высшего света, у него ничего не получилось. От нескольких приглашений отказаться не удалось. Молодым супругам пришлось посетить один музыкальный вечер и два званых ужина. Адель отнеслась к ним, как к боевому крещению, благо все эти мероприятия состоялись уже после «уроков» Александрин!

Жизнь Адель подобно реке в очередной раз сделала небольшой поворот, удивила новыми глубинами, но три недели спустя произошедшие изменения перестали вызывать трепет.

Сегодня мэтр Байо начал светиться с того самого момента, как переступил порог квартиры Стефана, ставшей пристанищем для молодой семьи. Адель уже боялась делать какие-то выводы. Не задавая лишних вопросов, она перенесла манипуляции лекаря, давно ставшие привычными. Девушка ни на что не рассчитывала, потому слова пожилого господина застали ее врасплох.

— Ну, что же, госпожа ла Сови! — проскрипел он. — Примите мои поздравления! Лечение окончено. Вы полностью здоровы!

— Простите? — Адель отмерла, обернулась и уставилась на довольного старичка широко раскрытыми глазами.

— Я говорю: вы здоровы! — повторил господин Байо.

— О-о-о! — то ли выдохнула, то ли тихо простонала ошеломленная и растерянная девушка. — Я… я так благодарна за ваш труд! — наконец, она нашла слова, приличествующие ситуации.

— Ну, что вы! — лекарь смутился от похвалы. — Это моя работа!

— Да, но вы столько времени на меня потратили. И даже в поместье приезжали каждый день!

— Отчего же не приезжать? — хмыкнул он, убирая нехитрые инструменты в саквояж и перечисляя: — Свежий воздух, тишина… и кухарка у вас отменная! Давно такой выпечки не пробовал, — мэтр Байо сложил пальцы щепотью и поднес к губам, выражая восторг.

Адель рассмеялась.

— Давайте я вас провожу, — предложила она.

— Благодарствую, благодарствую, — не стал отказываться старик. — Полагаю, вы своему супругу сами сообщите радостную весть? Я-то сегодня в первую смену работаю, а у него дежурство во вторую.

— Да, — Адель кивнула, — Стефан сейчас дома.

— Вот и отлично!

Девушка тепло распрощалась с лекарем и направилась в кабинет мужа. Час назад прибыл господин Вильре, и мужчины заперлись там для обсуждения дел. Впрочем, слово «заперлись», которое использовала госпожа Деко, оказалось неверным. Дверь в комнату осталась открытой, поэтому Адель удалось услышать часть беседы.

— И чего же вы от меня хотите, господин Вильре? — устало спросил Стефан.

— Я хочу, чтобы вы внимательно изучили счета и сделали соответствующие выводы.

— Мне нет никакой нужды корпеть над счетами несколько часов, я уже увидел то, что вы желали показать. На содержание столичного особняка семьи требуется прорва денег, несмотря на то, что в нем никто не живет. К счастью, я могу себе позволить подобные траты. Меня смущает другой вопрос: почему вы озаботились этим только сейчас?

Господин Вильре не стал тянуть с ответом:

— Я попросил специалистов осмотреть здание и представить отчет о проделанной работе. После ознакомления с ним я пришел к выводу, что в ближайшие месяцы эти и без того немалые суммы увеличатся вдвое, а то и в трое.

Помощник Стефана замолчал, а сам он не спешил высказываться.

— Если вы завели разговор о специалистах, причиной роста расходов станет не какой-нибудь безумный проект по налогам, который ускользнул от моего внимания, — тихо произнес супруг Адель.

— Никак нет, господин ла Сови. Причина в том, что это фамильный особняк, — Вильре сделал ударение на предпоследнем слове. — В нем должна жить семья, в противном случае дом начинает разрушаться. За последние несколько лет я неоднократно делал заявки на подобного рода проверки. До последнего времени все было в порядке, но сейчас…

— Я понял, — перебил его Стефан. — Скажите честно, вы на самом деле считаете, что мое проживание в доме что-то изменит? Или эта такая форма поддержки?

— Не понимаю. О чем вы? — помощник задал встречный вопрос, но по замороженному тону Адель догадалась: он врет.

— Все вы прекрасно понимаете, — в голосе Стефана девушке почудилась насмешка. Видимо, он придерживался такого же мнения, что и Адель. Следующие слова прозвучали уже твердо и ровно: — Обещаю сегодня же вечером наведаться в особняк и посмотреть что там и как. Если у вас на этом все, можете быть свободны.

В кабинете что-то зашуршало, потом послышался едва различимый хлопок, после раздался голос господина Вильре:

— Хорошего вам дня, господин ла Сови.

— И вам того же, господин Вильре.

Адель едва успела отскочить в сторону, чтобы не столкнуться с помощником Стефана. Тот чуть сбавил скорость, кивнул в знак приветствия и помчался дальше. Адель проводила его взглядом, пожала плечами и проскользнула в кабинет. Господин Вильре весьма кстати оставил дверь приоткрытой.

Картина, представшая ее взгляду, удручала. Стфан сидел в своем кресле. Локтями он уперся в массивную столешницу, ладони сжал в кулаки и уткнулся в них лбом. Девушка ни слова вымолвить не успела, как мужчина заговорил: