Потомки джиннов - Гамильтон Элвин - Страница 22

«Ему известно имя нашего с Нуршемом отца, а значит, и моё настоящее имя!» Я невольно окинула взглядом комнату в поисках бронзовых доспехов. Нет, чисто и пусто, прямо как в молельне. Тамид всегда мечтал стать святым отцом.

— К сожалению, — продолжал султан, — мы того демджи упустили… однако наш юный Тамид придумал, как сделать, чтобы такое больше не повторилось.

Он кивнул на моего бывшего друга, и тот отвёл взгляд. Только теперь я поняла, что за раны у меня под бинтами.

— Вы зашили металл мне под кожу! — С моим настоящим именем, доставшимся от отца-джинна, тем же, что у Нуршема. — Бронзу?

— И железо.

«Железо!» У меня упало сердце. Разрезали, нашпиговали металлом и зашили. Вот почему я не ощущаю своей силы!

«Но… как же теперь султан будет использовать меня? Бронза — одно дело, но железо… За что же он так щедро наградил мою подлую тётку?»

— Гадаешь, зачем? — усмехнулся он, и я невольно поморщилась. «Ну почему по моему лицу всё так легко прочитать?» — В прошлый раз я переоценил возможность управлять демджи. Слишком уж вы хитры, умеете найти лазейки в моих словах и истолковать их на свой лад. Возможность тебя использовать не стоит риска, что магическая сила демджи обратится против нас. Это хуже, чем дать тебе разгуливать по дворцу с револьвером.

Я вздрогнула, услышав последнее слово. «Знает про Синеглазого Бандита? Не может быть, иначе беседа не проходила бы так мирно».

— Вот наш святой отец и сообразил… он вообще приносит много пользы. Кстати, тоже приехал из вашего Захолустья — напомни, любезный, откуда точно?

— Из Садзи.

Вот кто умеет лгать, не моргнув глазом! Садзи и в самом деле в наших краях, но достаточно далеко, и я никогда там не бывала, пока не приехала с Жинем. В Садзи вырос Нуршем, а не Тамид. Оттуда пришёл к нам в Пыль-Тропу отряд тысячника Нагиба. Просто Тамид не стал выдавать нашего с ним знакомства. «Ненавидит меня за то, что бросила, нашпиговал железом и бронзой, но под петлю подводить всё же не хочет?»

Я попыталась поймать его взгляд, но безуспешно. Мой бывший друг угрюмо уставился в пол.

«Нет, показалось. Глупо надеяться, что у него остались добрые чувства ко мне. Я его предала, а не он меня. Многое изменилось с тех пор, но Тамид этого не знает».

— В дальних уголках песков ещё помнят то, что остальные давно забыли, — продолжал тем временем султан.

— Но зачем вам демджи, лишённый силы? — Я поспешно отвела взгляд от Тамида.

Султан загадочно улыбнулся:

— Иди за мной и узнаешь.

И снова ноги задвигались против моей воли. Прежде чем дверь закрылась за нами, я успела лишь оглянуться через плечо и на этот раз встретила взгляд Тамида, на лице которого ясно читалось беспокойство.

Глава 14

Султан велел следовать за ним, но не приказывал молчать.

— Куда мы идём? — спросила я. Молчание в ответ. Лишь гулкое эхо прокатилось по гладким мраморным стенам, словно передразнивая. — Куда вы меня ведёте?

Сколько я ни окликала, петляя по запутанным дворцовым переходам, султан так ни разу и не ответил. Наконец он остановился посреди коридора и повернулся к стене. За спиной у нас возвышалась арка в два моих роста, за которой виднелся небольшой сад, где бродили павлины, а напротив — очерченное светом из арки мозаичное панно с изображением принцессы Хавы. Широко раскинув руки, она стояла на крепостной стене — должно быть, Сарамотая — на фоне восходящего солнца и смотрела прямо на нас ярко-синими глазами, в точности как у статуи за городскими воротами.

Шагнув вперёд, султан нажал на ладонь принцессы. Послышался щелчок, часть стены с мозаикой поддалась и распахнулась, словно дверь, открывая за собой лестницу, которая спускалась в темноту.

Последний часовой остался далеко позади, других поблизости я не заметила. Очевидно, здесь секретное крыло дворца.

— Что там внизу? — Каменные ступени отразили мой голос зловещим эхом.

— То, чего Всевышнему лучше не видеть, — буркнул султан. — Говорили, что Разрушительница явилась из подземной тьмы, куда не проникал свет Всевышнего. — Иди вперёд!

Придерживаясь рукой за стену, я считала ступени. Тридцать три — священное число. Ровно столько собралось джиннов, чтобы вылепить из земли, воды и ветра первого смертного и направить против Разрушительницы.

В самом конце лестницы я всё-таки споткнулась, но султан, шедший следом, успел меня поддержать, обхватив за талию. На какой-то миг показалось, что я снова в лагере мятежников, с Жинем. «Держу тебя!» — вспомнила я… и поспешно отстранилась.

Здесь, внизу, всё было по-другому. Вместо полированного мрамора стен — грубо отёсанный чёрный камень. Мощные своды опирались на толстые колонны, которые строй за строем уходили во тьму, словно шеренги древних солдат. Единственный свет падал из отверстия в потолке, позволяя с трудом рассмотреть каменную резьбу, полустёртую за долгие столетия — или тысячелетия? Должно быть, эти колонны стоят здесь с самого сотворения мира. Время скрыло их глубоко под землёй, но не смогло уничтожить.

Я ощущала себя как на дне колодца. Солнечное пятнышко над головой казалось блестящей монеткой в пол-лаузи. Босая нога вдруг наткнулась на что-то холодное, и в круге света на полу я заметила блеск металла. Кованое железо образовывало правильный узорчатый круг диаметром в человеческий рост, неподалёку виднелся ещё такой же, а за ним другие, заросшие пылью и грязью.

— Что это? — спросила я, невольно отпрянув.

— Ты же из Захолустья, сама должна догадываться, — поднял брови султан. — Твои предки-кочевники в песках сохранили в своих сказках многое о древних временах, когда джинны появлялись среди нас открыто и даже любили некоторых… — Он лукаво взглянул на меня. — Ты сама живое свидетельство того, что такое изредка случается и в наши дни. Однако было время, когда мои предки правили песками с помощью джиннов. Даже султимские состязания когда-то затеяли джинны, чтобы выбирать из принцев самых достойных — не то что нынешние дурацкие поединки, только ожесточающие людей.

«Ну конечно, дурацкие, — хихикнула я про себя, — раз победил наш Ахмед».

— В те дни принцы в одиночку покоряли горные вершины, летали верхом на гигантских птицах рухх и приносили в доказательство их перья, пили живую воду под недремлющим оком Вечного странника. Совершали настоящие подвиги. Мы чтим древние традиции, но времена достойных принцев давно позади, как и те, когда джинны приходили сюда по доброй воле, смиряя свою власть, а султаны откладывали в сторону своё оружие и принимали их советы.

Я задумчиво провела пальцем ноги по железной кромке. Такие истории мне приходилось слышать. Джиннов вызывали их тайным именем, а затем отпускали с миром. Наверное, и железных кругов здесь ровно тридцать три.

— Ты призовёшь сюда джинна, Амани.

Я удивлённо вскинула голову. Ладно буракки, нетопыри и гули, хоть они тоже древние, созданные прежде смертных. Но джинны — другое дело. Они не просто легендарные существа, а наши создатели. Нынче джинна так просто не встретишь. Правда, кто-то в Пыль-Тропе хвастался, что нашёл одного в запаянном глиняном кувшине… да и матери моей повезло.

— Всё так плохо, что вашему величеству необходим совет? — усмехнулась я, но султан будто не заметил.

— В сказках всё выглядит проще некуда, — продолжал он, — если знаешь, как джинна зовут. — И правда, герои и героини, будь то нищие или цари, вначале совершали какой-нибудь достойный поступок, получали в награду знание имени, а затем просили о помощи. — На самом деле, во-первых, говорить надо на языке древних… — Он достал из кармана листок бумаги с надписью. — А во-вторых… Сама догадаешься?

Я опасливо покосилась на листок, ощущая горечь во рту.

— Ну, наверное… звать должен демджи?

«Вот почему я ценилась на вес золота! Для того и железо под кожей. Не нужна ему моя сила, нужен только джинн!»

Джинны в сказках часто сражались на стороне людей. Адиль Завоеватель покорил с помощью пленённого джинна множество городов, пока не столкнулся с Серым принцем. Другой джинн возвёл стены Измана всего за одну ночь в подарок своей возлюбленной. Способности демджи не шли ни в какое сравнение с могуществом их отцов.