Айтлин. Сделать выбор (СИ) - Зимина Ирина - Страница 29

Этой троице было совершенно плевать на всю суету, царящую в их мире, они тоже устали и в глубине души завидовали сестре, решившейся пойти против правил мироздания и творцов. Но если погибнет этот мир, новый им дадут очень и очень не скоро, четвертого ведь нет. А значит они станут наблюдателями, а это еще скучнее. Вкусив раз власть уже сложно от нее отказаться. А значит, они будут бороться до последнего, спасая свой хоть и поднадоевший, но ставший таким родным мир…

— …но есть артефакты, способные работать и в не магической зоне. К примеру, если артефакт настроен на поиск или смерть — даже отрезав владельца от магии — он сработает, — магистр Мает расхаживал по лекционному залу, рассказывая о давно несуществующих вроде бы артефактах, которые, порой, все же проявляются то там, то здесь, но, выполнив свою функцию, просто исчезают, чтобы появиться вновь уже в другом месте.

Я невидящим взглядом смотрела в окно, пытаясь прислушиваться к словам магистра, а в голове крутились совсем другие мысли.

Неделю назад мы вернулись в Академию и начались странности со всей нашей четверкой. Начнем с моего горячо любимого напарника. Как только девушки в Академии узнали, что Рэй и Оливия не стали парой, поток девушек, желающих познакомиться, поболтать и просто посмотреть на принца казался нескончаемым. Везде, где бы мы ни находились, неподалеку кружились адептки, вызывая во мне глухое раздражение. Но я лишь молча улыбалась, каждый раз замирая в душе при очередной такой встрече. А вдруг Рэй вот-вот обретет пару? Но он вел себя одинаково галантно со всеми девушками, очень напомнив мне, кстати, этим Рона, но от предложений погулять вежливо отказывался, отговариваясь срочными делами.

Со мной напарник тоже мало общался; врал, что у него дела, что он учится летать, что устал и много чего еще и я снова отстранилась. Было безумно обидно и непонятно, за что он так со мной? И я все больше приходила к мысли, что после оборота что-то произошло, и напарник стал меня ненавидеть, но старается сдерживаться. Ну а как еще объяснить его отпрыгивание, едва подходила ближе? Да он даже на тренировках был теперь с лордом Диароном, а я тренировалась с Тором. Напарник, вообще, вечно тренировался, словно с ума сошел, а вечерами, покачиваясь от усталости, полз в душ и шел спать.

Потому я тоже замкнулась. Рэй был моим солнышком, вдохновлял на поступки, которые были мне несвойственны, да и просто…я его люблю. Сначала — как друга и брата, но сейчас — все больше, как мужчину. Меня уже не пугало замужество; если с ним, то я даже бы согласилась. Наверное. Еще безумно хотелось вернуть те дни, когда мы просто были всегда вдвоем: обнимались, дрались подушками и веселились. Но, увы, все пошло не так. А почему он стал себя так вести, я не хочу проверять, не мое это дело. И нельзя использовать свои способности вот так, ради собственного любопытства. Если он так себя ведет, значит есть причины, потому я лишь усилила блок и в итоге едва не падала от усталости, причем уже с утра.

Еще я тоже все чаще сидела одна в комнате, и если бы не Курт, который интуитивно чувствовал, что мне нужна помощь, и буквально силой вытаскивал меня на вечерние прогулки, то даже не знаю, чем бы закончились мои думы.

К сожалению, не только в нашей двойке вышел разлад. Кати страдала и сильно, потому что оказалось, что у Герда очередная фаворитка. Как только прошел день выбора он уже на завтрак привел свою нынешнюю «даму сердца», а Кати тогда даже крошки не смогла проглотить и теперь совсем замкнулась. Я хотела поговорить с Тором, пояснить, что смогу ей помочь. Хотя полной уверенности не было, если это настоящая любовь, то мои песни вряд ли помогут девушке забыть Герда, а вот если очередная влюбленность, то вполне даже смогу. Но Тор, как только мы вышли из портала, направился к магистру Маету и так там и остается большую часть своего времени. А еще вечером с Рэем и Диароном учится летать. У Рэя-то уже хорошо получается, вроде; я, если честно, обижена на него за поведение и отстраненность, потому даже смотреть не хочу на их тренировки. Пусть и он пытается отчего-то оградить именно меня, как говорил, но…мне неприятна вся эта ситуация. И, кажется, что он тогда соврал.

Но в конце недели мы все собрались отправится в императорский особняк, где так и жили бабушка с дедушкой, может, там что изменится?

В предпоследний день учебы мы с Терком отправились вечером в сад на прогулку. Мой саах уже полностью поправился и ходил теперь очень гордый своим шрамом на боку, который так и не удалось заживить до конца. Я, чтоб его успокоить, сказала, что шрамы украшают настоящего воина, вот он и гордится теперь. Вообще, если б не Терк, мне много тяжелее было бы все это переживать. За два года я настолько привыкла к друзьям и что у нас всегда все хорошо и весело, что скучала бы безумно. Но Терк меня развлекал и веселил. Что он ходит много времени со мной в Академии уже никого не удивляло, связь у нас с напарником сильная, Рэй переживает, вот и просит своего защитника сопроводить на прогулке, пока он усиленно тренируется.

— Терк, когда уже все это закончится? Когда они станут прежними? — я села на траву и обняла своего кота за шею. — Мне безумно хочется вернуться в прошлое.

Терк лишь молча лизнул меня в щеку, а я продолжала гладить его по мягкой шерстке. Внезапно голова закружилась и меня повело в бок. Сквозь пелену слышала голос Терка, но в глазах все потемнело и я потеряла сознание.

— Айтлин! — голос друга дрожал от волнения. — Да очнись же ты!

Под нос сунули что-то вонючее и я, помотав головой, открыла глаза.

Рэй и Диарон, все взъерошенные, тяжело дышат, словно бежали.

— Ты как? — Напарник осторожно погладил меня по щеке. — Я сейчас отнесу тебя к целителям. Скажи, нигде ничего не болит?

— Нет. Все хорошо, Рэй, это просто магическое истощение.

— Ты что тренировалась? С чего вдруг истощение? — продолжал допрос друг, но, уже осторожно взяв на руки, понес в сторону целительского корпуса

— Да, — ответила я и сделала вид, что мне совсем плохо. Ну не рассказывать же, что это из-за него я ставлю глухую стену, потому что не готова принять его ненависть или презрение.

Пока меня осматривал целитель Рэй продолжал сидеть рядом, как и Диарон.

— Просто истощение. Девочка у тебя скоро оборот, тебе нельзя так много использовать магии. Иначе ты можешь и драконом не стать! — отчитывал меня пожилой целитель.

Нет, на вид драконы все выглядят достаточно молодо, но мудрость в глазах видна сразу.

В помещение, где я лежала вошел лорд Рантилиор, поприветствовал, и подойдя ко мне положил руку на виски, и на несколько мгновений прикрыл глаза.

— Айтлин, зачем? — покачал он головой.

Я молчала, но, похоже, мой взгляд непроизвольно метнулся в сторону напарника, и ректор, что-то поняв, выпроводил всех и приступил к допросу.

— Рассказывай!

— Лорд Рантилиор, все хорошо, честно.

— Правду! — рявкнул мужчина и я, кивнув, пояснила:

— Рэй стал отстраняться и вечно где-то ходит. Я боюсь поймать его эмоции и узнать причину, вот и усилила свой блок, а он меня быстро истощает.

— Да уж, — покачал головой ректор, — какие вы еще дети. Хорошо, я все понял. Скажу, тебе выдадут зелье. Оно безвредно, но силы, в том числе и магические, восстанавливает хорошо. Больше месяца его принимать нельзя, но тебе осталось около двух недель, так что нормально. Но, Айтлин, блок придется ослабить, иначе ты драконом еще через год станешь. Именно последний месяц происходит единение, а ты его блокируешь. Дай себе сроднится с драконом, слиться воедино, и чем скорее, тем лучше. А все остальное не так и важно, как полагаешь?

Я кивнула и с благодарностью посмотрела на лорда Рантилиора.

— Спасибо вам большое!

— Выздоравливай, — он по-отечески погладил меня по голове и вышел, а следом вошел Рэй.

— Ну как ты?

— Мне бы поспать, — я улыбнулась и закрыла глаза.

— Поспи, я посижу рядом, — услышала, уже уплывая в сон.