Арвиальская канва (СИ) - Ахметова Елена - Страница 91

— Нет, — честно призналась я. — Но с этим чудовищным субпродуктом, который тут выдают за кофе, определенно нужно что-то делать, а еще мне понадобится свой человек в районе Белых пляжей, раз уж я сама не смогу следить за ситуацией среди теневых…

Король демонстративно закатил глаза.

— Обратите внимание: замена поставщиков, кадровые перестановки, государственный переворот, захват стратегических зданий, пересмотр внешней политики… а это она еще не короновалась!

Я скромно улыбнулась. Остальные прятали глаза и усиленно давились смехом.

Сочувствовать Лансу, кажется, не спешил никто.

Эпилог

Марк попался мне по дороге на дворцовую террасу, которую Ланс так удачно приспособил для торжественных мероприятий. Собственно, одно такое и намечалось, потому я сперва списала бледную в синеву рожу эмиссара на недосып из-за спешной подготовки — но потом заметила у него в руках помятую открытку и схватила его за локоть, без лишних комментариев потащив в удачно подвернувшийся альков. Леди Вивиан проводила нас усталым взглядом, явно прикидывая список мер по восстановлению моей репутации, но комментировать не стала: ее ждали оставшиеся без присмотра фрейлины.

А я, не обращая внимания на праведное возмущение Марка, отобрала у него открытку: дешевый картон, аляповатая картинка — мирно спящий вулкан на фоне неестественно голубого неба, тонущее в зелени подножье и отблески солнца на цветных крышах молодого городка. На обороте — единственное слово: «Спасибо». Ни подписи, ни обратного адреса.

Я повертела в руках открытку. Ничего интересного не обнаружила, но цвет лица Марка говорил сам за себя.

— Давно ты ее нашел? — поинтересовалась я.

— Утром, среди прочей почты, — с безупречно выдержанной интонацией сообщил мой эмиссар и протянул руку за открыткой.

Я выразительно изогнула бровь, не спеша возвращать почту адресату.

— Если ты хотел, чтобы никто ничего не узнал, открытку нужно было сжечь сразу же после прочтения. А лучше — перед, — намекнула я. — Но ты пришел с открыткой сюда. Значит, не слишком надеялся, что удастся сохранить секретность. Так как давно ты нашел свою сестру?

Марк предпринял еще одну попытку переиграть меня в гляделки. Я бы с удовольствием продержалась еще пару раундов, но нас отвлекли: Черный Кай сунул нос за воздушные занавеси алькова.

— Его Величество велел передать, что пора начинать, — неуверенно сказал он и передернул плечами под придворным мундиром младшего служащего. Кажется, привыкнуть к нему Кай уже и не надеялся, но по наущению Витора я держалась кремнем: в моих же интересах, чтобы у парня появилась профессия понадежнее. Какая-нибудь пара-тройка лет — и я наверняка обнаружу его на одном колене перед Брианной. Не хватало еще, чтобы сестра будущей королевы вышла замуж за вора!

…вполне достаточно того, что этот номер намерена отколоть сама королева.

— Хорошо, мы скоро будем, — благосклонно кивнула я.

Кай перевел взгляд с меня на Марка. Похоже, чутье единственного ученика Томной Эвы требовало задержаться и сделать пару провокационных снимков, но служебные инструкции были против — и он все-таки неохотно скрылся за занавесью. А я повернулась к Марку и помахала у него перед носом открыткой.

Мою руку талбот перехватил. Я позволила ему забрать открытку и спрятать ее за пазуху.

— Как давно?

— Король ждет, — напомнил Марк, одернув мундир.

И вышел из алькова, паршивец этакий, так и не ответив на вопрос.

Я пулей вылетела следом, но Марк призвал на помощь разницу в росте, так что догнать его удалось только у выхода на террасу — а там я в первую же секунду напрочь забыла, что хотела выяснить.

…Он был идеален. Совершенен.

Он был настолько хорош, что в первый момент, когда он, убедившись, что все в сборе, вышел на дворцовую террасу, толпа — что в парке, что за его оградой — взорвалась дружным воплем, переходящим в безудержный восторженный визг. Я всерьез раздумывала над тем, чтобы присоединиться, но у меня имелся весомый сдерживающий фактор.

Люди видели просто породистого красавчика. Высокую фигуру, увенчанную трижды: червонным золотом волос, тяжестью фамильной короны и блеском закатного солнца. Их король сверкал широкой улыбкой, и его любили просто за то, как он светился изнутри.

Я видела две косые тени от смертоносных крыльев, уютно угнездившиеся на его спине, и чувствовала привычный запах: соль, водоросли и йод, словно мимо меня прошел не человек из плоти и крови, а морское чудовище из неизведанных глубин — и это, справедливости ради, было не так уж далеко от истины.

Только у чудовища из неизведанных глубин хватило бы выдержки спокойно переждать, пока стихнут первые вопли, и с достоинством приподнять руку, обрывая остаточные выкрики. Тот Ланс, которого знала теневая Арвиаль, был натренирован в первую очередь незаметно ускользать, а вовсе не сверкать в центре внимания.

А это чудовище насмешливо сощурилось на разгулявшееся солнышко, ласково улыбнулось и негромко произнесло:

— Друзья, как вы знаете, сейчас я должен сделать важное объявление. Но прежде, чем изложу суть, я хочу, чтобы все знали, кому обязаны, — он протянул руку, и я покорно ступила на разогретый солнцем мрамор террасы.

Тишина над площадью приобрела оттенок истерической настороженности. В хороший повод для «важного объявления», связанного с той самой Лави Ар-Фалль, никто не верил.

Над имиджем предстояло работать и работать, но Ланс, по крайней мере, делал все возможное, чтобы облегчить задачу.

— Дамы и господа, — произнес Его Величество, когда я вложила пальцы в его ладонь, — Лави Ар-Фалль, второй советник короны, героиня Годили, Столп Арвиали… королева моего сердца.

Толпа диковато сверкала глазами. Ликовать никто не спешил: все помнили, за что меня прозвали Столпом Арвиали. После суток повальных арестов по всей стране и десятка смертных приговоров каждая собака в Далеон-Таре знала, что Лави Ар-Фалль выточена из камня — и на ее сердце пришелся самый холодный кусок.

— Должно быть, вы слышали о том, что я отсутствовал последние три дня, — продолжал Ланс. Судя по настороженным лицам, об этом слышали — и уже не слишком-то чаяли увидеть его живым. — Я наносил визит князьям фейри, чтобы обратиться к ним с просьбой пересмотреть договор о даровании магии.

В паузе между его фразами тишина становилась оглушительной.

— Как вам известно, до сих пор каждый князь мог даровать магию любому, кто не обещан в святилище и не взят под покровительство, — проговорил Ланс. — Исключением были семьи, где уже есть три одновременно живущих мага, и первые три поколения их потомков. Основываясь на печальном опыте моего отца, Лави предложила мне добиться пересмотра условий, и я это сделал.

Он обвел взглядом площадь. Люди молчали.

— К сожалению, я ничего не смог сделать для тех, кто уже обещан фейри или находится на монастырской земле. Но отныне и впредь, пока престол Далеон-Тара принадлежит моей крови, князья-покровители даруют магию лишь тем, кто сам придет в их святилища с просьбой, — негромко сказал король. — Без ограничений по числу магов в семье. Плата останется прежней.

Тишина висела над площадью еще три мучительно долгие секунды.

Потом толпа взорвалась ликующими воплями и смехом, и я с удивлением услышала в общем потоке сознание свое собственное имя — впервые за последние недели выкрикнутое без страха и ненависти. Ланс позволил журналистам сделать несколько снимков, на которых король и будущая королева внимали людскому восторгу с благосклонной улыбкой, и с нескрываемым облегчением утащил меня под защиту дворцовых стен. Основной удар репортерского интереса должна была принять на себя глава дворцовой пресс-службы.

— Ты долго, — заметил Ланс — хрипловато, будто короткая речь выпила из него все силы. — Только не говори, что снова пыталась контролировать подготовку к…

— Кстати, о контроле! — встрепенулась я и выпустила его руку.

Марк перехватил мой взгляд и попытался скрыться среди королевской свиты. На сей раз ему не повезло: дамы в пышных юбках перекрыли коридор в обе стороны, не позволяя двигаться быстрее них.