Город Бессмертных. Трилогия (СИ) - Дессан Даниэль - Страница 26

Жизнь человека, быть может, опасного, но не угрожавшего непосредственно ей. Человека, который секунду назад о чем-то думал, смотрел широко распахнутыми от удивления глазами на этот мир, дышал полной грудью…

— Хороший выстрел, — одобрительно кивнул Эннареон. — Вон, еще один!

— Угу, вижу, — пробормотал Эллагир, на секунду замерев, а затем выкрикнул формулу.

Второй вражеский чародей упал мертвым на землю Румхира. Вдруг в проем, где стояли маги, ворвалась ярко-красная молния. Чудом не задев ни Альрин, ни Эллагира, она с шипением вонзилась в стену, оплавив камень.

Тангор грубо выругался.

— На пол! — проревел эльф, сам следуя своей команде.

Один метатель замешкался, и, получив следующую огненную стрелу прямо в грудь, упал. Альрин кинулась было на помощь, но Эллагир успел перехватить ее за запястье и утянуть вниз. Там, где только что была голова девушки, пролетело очередное заклятье.

— Плохо дело, — сказал Тангор, подползая к упавшему гному. — Он без сознания.

— Как могли чары подействовать на гнома? — удивленно приподнял голову Эннареон.

— Доспех, — коротко ответила Альрин. — Кольчуга приняла удар каким-то заклинанием Огня и в мгновение раскалилась. Бедняга потерял сознание от боли.

— Еще горячий! — воскликнул Тангор, стаскивая с лежащего доспех и обнажая жуткий ожог, — Нам теперь голыми биться?

— Это — идея! — фыркнул Эллагир, в свою очередь подползая к раненому. — Никогда не видел гнома без штанов.

— Я тебе и так покажу, — парировал гном, — если останемся живы. Убедишься, что наши расы гораздо более схожи, чем ты думаешь.

— Ловлю на слове, — усмехнулся маг, кладя руку прямо на обожженную, в волдырях и пепле от волос, грудь. — Yerrha equillia!

Волдыри тут же исчезли, но кожа осталась ярко-рубиновой. Гном со стоном пошевелился.

— Нет, ты уж полежи пока, — пробормотал Эллагир, снова сосредотачиваясь на заклинании.

Исцеление Йерры было произнесено второй раз. Камнеметатель открыл глаза и шумно вздохнул.

— Все, приятель, за остальным — к лекарям, — проворчал маг, восстанавливая силы ментальным упражнением.

— А сейчас почему чары сработали? — спросил вдруг Эннареон.

Повисло недоуменное молчание.

— Книга! — наконец, воскликнула Альрин. — Другого объяснения нет. Она дает тебе какую-то особенную силу.

— Интересно, хорошо это или плохо, — проговорил эльф.

— Магический труд, написанный великим мастером, дарит мне свое могущество, — потер ладони Эллагир. — Что за вопрос? Конечно, это — хорошо!

— Дарит?.. — Эннареон на мгновение задумался. — Или, может, продает? И, если так, то какую цену он потребует однажды?

Чародей не успел ответить. Неожиданно раздался низкий гул, и стены крепости содрогнулись от страшного удара. Будто какой-то невообразимый великан, для которого весь Румхир — не больше булыжника, что валяется под ногами, залепил по нему хороший пинок. Все замерли в оцепенении.

— Что это, во имя Троара, было? — выдохнул Тангор.

Раздался еще один удар. С потолка пещеры посыпались мелкие камешки.

— Пора в семь-най, — сказал Эннареон. — Бьют по Вратам. Куда?! — воскликнул он, видя, что гномы вознамерились встать. — Ползком!

Они двинулись, собирая с пола пыль и ругая, на чем свет стоит, тоддмерцев.

— Виданное ли дело, чтобы гном ползал на брюхе у себя дома? — кипел гневом Тангор, перемежая речь эмоциональными фразами на своем языке.

Наконец, помещение с окнами покинул последний гном, и все двинулись к заветному коридору. Снизу доносились звуки сражения, усиленные эхом пещер.

— Врата пали, — горько вздохнул Тангор, идя во главе маленького отряда бок о бок с эльфом. — Судя по тому, что я слышу, бой идет в Первом Чертоге.

Они повернули, и внезапно оказались перед небольшой группой тоддмерцев. Те, видимо, пробились сквозь оборону, и теперь не знали, что делать дальше: продвигаться вглубь Румхира в отрыве от своих — убийственно опасно, а возвращаться назад, вроде бы, глупо.

Их было четверо. Двое постарше, а двое — совсем юных воинов, выглядевших едва ли на двадцать лет. Один из них стоял, сильно накренясь на левый бок. Ближайший тоддмерец с клинком наголо ринулся на Эннареона, но вдруг упал с коротким всхлипом. Эльф, не отряхивая крови с меча, волшебным образом появившегося в руке, направил острие на оставшихся:

— Сдавайтесь, или будете убиты.

Моментальная расправа над товарищем, подействовала на тех, как ледяной душ. На мгновение тоддмерцы замерли.

— Какие гарантии, что нам сохранят жизнь? — задал, наконец, вопрос старший по виду боец.

Говорил он на Общем Слове со странным акцентом, но вполне разборчиво.

— Никаких, — отрезал Эннареон. — Вашу судьбу решит совет Старейшин сообразно здешним законам.

— Значит, так и так — смерть, — хрипло усмехнулся тоддмерец и неожиданно, без замаха, ткнул мечом в эльфа.

Но вопреки его ожиданиям, меч не почувствовал сопротивления плоти и пронзил лишь воздух. Воин несказанно удивился. Его пятнадцать лет учили таким ударам, которые невозможно блокировать, и от которых нельзя увернуться. Но это была его последняя мысль: тоддмерец рухнул мертвым, даже не успев толком понять, откуда пришелся удар эльфийского клинка.

— Сдаемся! — вдруг выкрикнул один из юнцов. — Мы сдаемся, только помогите нам. Деера ранена, — он кивком головы указал на скособочившегося воина. — Ей нужен целитель!

— Ха! — воскликнул Тангор. — Вы пришли сюда убивать, а теперь просите о помощи?

— Если Вам так хочется чьей-нибудь смерти, — рванулся к нему юноша, — убейте меня, прямо здесь и сейчас! Но спасите ее, умоляю Вас!

— Нет! — хотела прокричать девушка, о которой шел разговор, но у нее вырвался только слабый хрип.

Растратив на это последние силы, она сползла по стене. Альрин решительно шагнула вперед:

— Довольно! Отказать в помощи я не могу, это — против моих правил… И против правил моего Ордена, если уж на то пошло.

Юноша кинулся к ней:

— Удар пришелся слева, под ребро…

Альрин кивнула: она уже разглядела глубокую резаную рану. Секира воина-гнома рассекла и доспех, и живую плоть под ним.

— Зачем же вы отправились воевать? — вздохнула чародейка, пытаясь стащить кольчужную рубаху с раненой девушки.

Она вдруг ощутила себя намного старше и мудрее, чем эта странная пара, хотя в действительности разница составляла от силы год-два.

— У нас не было выбора, — тихо и печально ответил тоддмерец, помогая справиться с ремнями доспеха. — Вы сможете ей помочь? Она выживет? — с полным надежды и мольбы взглядом спросил он Альрин.

— Хочу в это верить, — коротко отозвалась та, сосредотачиваясь на заклинании.

— Уму непостижимо! — хмыкнул Тангор. — Мы занимаемся спасением собственных врагов!

— Yerrha equillia! — провозгласила Альрин, не обращая внимание на происходящее вокруг.

Левую руку она положила прямо на рану, из которой все текла и текла густая темно-алая кровь, а правую сложила в Символ Йерры. Как и всегда бывает при наведении чар, мир для нее сузился до размеров мысли о заклинании. Которое должно сработать, и точка.

— Милая, очнись, ну же! — юноша похлопал лежащую без сознания девушку по щекам.

— Эл, ты мне нужен! — неестественно громким голосом сказала Альрин, не поворачивая головы. — Она уходит.

Чародей пробрался через небольшой строй гномов, выглядевших не то возмущенно, не то удивленно, и без разговоров опустился на колени рядом с девушкой. Его ладонь мягко накрыла руку Альрин.

— Yerrha equillia! — в два голоса прозвучала формула.

Деера открыла глаза и слабо застонала. Страшная рана на боку почти затянулась, но по краям все еще выступала кровь.

— Паршивый вид у нее, — заметил Тангор. — Может и не выживет.

— Она будет жить, — возразила Альрин негромко, чувствуя, как возвращается сила.

Удивительное дело, она восстанавливалась гораздо быстрей, чем раньше.

“Благодаря Эллагиру и его странной книге?” — подумала чародейка.