Город Бессмертных. Трилогия (СИ) - Дессан Даниэль - Страница 102

Та слегка зарделась.

— Его выучка, — девушка картинно указала на эльфа.

— Заметно… Интересно, оно съедобное? — Эллагир поддел половинку туши носком башмака.

— Фу! — скривилась Альрин. — Такую гадость!

Руки после нападения еще дрожали. Пить перехотелось, как равно и вообще приближаться к воде.

“А если это — еще детеныш, а в глубине водятся зверюги покрупнее… и побыстрее”, — размышляла она.

Русло реки оказалось довольно извилистым, поросшим по берегам ивняком. Через пяток лиг путники устроили привал, где перекусили сухарями и вяленым мясом из запасов Фавиллы.

Воду на этот раз набирал Эннареон, а остальные караулили с оружием и заклинаниями наготове, всматриваясь в блики на поверхности реки так пристально, что рябило в глазах. Обошлось: никто больше не пытался напасть.

Эльф кинул в котелок пару щепотей трав из своего мешка. Разлился знакомый аромат. Альрин вспомнила, как Эннареон приготовил такой же отвар после ранения стрелой, когда на них напал бывший хозяин Лисси.

— Да, тот самый, — кивнул с улыбкой эльф в ответ на невысказанный вопрос. — Первым пробую я! — резко осадил он Эллагира, уже тянувшегося к котелку с кружкой.

— Хм… — озадаченно протянул маг, не понимая, обижаться ему на это или нет.

— Вода из реки может оказаться ядовитой, — пояснил Эннареон уже спокойнее.

— А, ну раз так — тогда ладно, — язвительно согласился Эллагир. — Тебя-то нам не очень жалко, если что…

Лисси хмуро показала юноше кулак.

— На эльфов многие яды не действуют. По крайней мере, в нашем мире. Но их вкусы мы ощущаем.

— Бывает, что отрава не имеет вкуса, — неуверенно проговорила Альрин, отчаянно пытаясь вспомнить университетские лекции.

— Нет, — просто возразил Эннареон. — Все имеет вкус, люди просто не все могут осязать.

Пресекая дальнейшие споры, он зачерпнул из котелка и медленно отхлебнул.

— Можно пить, — через несколько секунд томительного ожидания последовал вердикт.

Чудесный отвар придал всем сил. До наступления сумерек спутники остановок больше не делали. Под ночной привал выбрали поляну поодаль, в сотне шагов от реки: мало ли, кто оттуда выбирается в темноте.

После непродолжительных раздумий, решили отказаться и от костра. Неизвестно, будет ли он защищать отряд от непрошенных гостей, или наоборот, привлечет их.

— Но полог я все-таки выставлю, — объявила Альрин. — Зубастую живность он остановит. А здешних магов мы уже и так сподобились предупредить о своем присутствии.

Она вытянула руки в стороны и пропела заклинание.

— Мы не должны его видеть? — с беспокойством проговорил Эннареон, озираясь по сторонам.

— Нет, — улыбнулась чародейка. — Все в порядке. Вижу его только я.

— И я, — неожиданно сообщила Лисси. — Локтях в тридцати от нас, верно? Такое голубоватое…

Альрин воззрилась на девушку с несказанным изумлением. Эллагир присвистнул.

— Могу поклясться, что полог виден только тому, кто его сотворил… — чародейка лихорадочно искала объяснение, но его не было.

— Давайте спать, друзья, — Эннареон бросил на траву одеяло. — Магические загадки нам потом растолкует Риллианнат.

— Если захочет!

— Если поймем!

— Если вернемся!

Три голоса прозвучали почти в унисон. Все рассмеялись.

— Мы постараемся вернуться, — посерьезнел Эннареон. — Хотя в нашей истории случались… хм… походы без особых шансов на возвращение.

— Это как? — немедленно заинтересовалась Лисси.

— В незапамятные времена у лесных эльфов был потрясающий военачальник. Точнее, была, — грустно улыбнулся Эннареон. — Аэльдиара, Серебрянозвездная. Ее имя теперь у одной из красивейших наших рек. Давным-давно, под командованием Аэльдиары мы одержали несколько выдающихся побед.

— Вы? — удивленно проговорила Альрин.

— Мой народ, — поправился эльф. — Это было задолго до моего рождения. Однажды в Иллереммине разведка донесла, что северные орки собрали многотысячное войско, и начали движение на юг. Времени было вдосталь: такая армия шла медленно, грабя и разрушая все города, попадавшиеся на пути.

— С севера в Иллереммин, — задумчиво протянул Эллагир. — Выходит, и Делор был разрушен?

— До основания Делора оставалась всего-то тысяча с небольшим лет, — усмехнулся Эннареон. — Но какие-то поселения в тех краях, конечно, были. Орки все их предали огню. Так вот, у эльфов было время уйти. Оставить дома, покинуть родную землю, но сохранить жизни. Но Аэльдиара отказалась.

— Ну и глупо, — пожал плечами маг. — Ладно бы, если идти некуда…

— В тогдашнем Совете возник раскол. Кто-то считал, как ты, — Эннареон сверкнул глазами на мгновение, но больше ничем не выдал чувств. — Кто-то поддержал Аэльдиару. Она собрала пятьсот тридцать воинов и выдвинулась к северо-востоку от королевства лесных эльфов. Зная, что не вернется: орков было около шести тысяч.

— Маловато шансов на победу, — согласно кивнула Лисси, по обыкновению оценивая ситуацию с практической стороны. — Расклад сил — больше, чем десять к одному.

— Да… — вздохнул Эннареон. — Была битва. Аэльдиара так спланировала бой, что у нас в живых осталось больше половины бойцов. У орков же — ни одного.

— А сама она… — начала Альрин, догадываясь, каким будет ответ.

— Погибла, конечно, — Эннареон сел под раскидистым вязом и облокотился спиной на узловатый ствол. — Она ведь была впереди, показывала всем пример, заражая отвагой. Позже ее прозвали Аэнн-Ари, Победоносная. А орочье отродье после этого не тревожило больше мир почти тысячу лет.

Эльф задумчиво прищурил глаза, вспоминая что-то, а затем негромко запел на Общем Слове.

Запах свежей листвы, запоздалый рассвет,

Прихотливого солнца весенняя вязь…

Через тысячи лиг, через тысячи лет

Позовешь, — мы шагнем за тобой, не страшась.

Семь сапфиров, вплетенных в ночной небосвод,

Неизбывная боль недосказанных слов…

Ты ушла на восток, ты покинула род,

Защищая от тьмы зелень наших лесов.

Невесомого лука прощальная песнь,

Алым бархатом кровь на холодных руках…

Уходя, ты оставила добрую весть,

Битва стала легендой, последней в веках.

Аэнн-Ари, Река из Серебряных Звезд,

В звонкой песне ручьев заповедных долин

Имя той, что родится из тысячи слез,

Что однажды вернется из пепла руин! 29

Эннареон умолк, и стало тихо. Только ветер легонько шелестел в кроне вяза. В темном небе одна за другой вспыхивали звезды.

— Ты красиво поешь, — негромко нарушила, наконец, молчание Лисси.

Эльф молча склонил голову, принимая похвалу.

— Только грустно, — подхватил Эллагир. — И так настроение не радужное, а теперь я думаю, что мы тоже не вернемся из нашего похода.

— Эл, надо быть оптимистичнее! — с укором заявила Альрин. — Мы же все-таки не первокурсники, впервые столкнувшиеся с магией.

— Угу, — рассеянно кивнул чародей. — А мне вдобавок сон плохой вчера снился. Интересно, — он с хрустом потянулся, — нет ли здесь, случайно, городов у подножия вулкана?

Альрин похолодела.

— И что там было? — спросила она, не узнав собственного голоса, хриплого и дрожащего одновременно.

— Да, ерунда, — отмахнулся Эллагир. — Не обращай внимания, всего лишь ночной кошмар.

Но уснуть в эту ночь Альрин так и не смогла, как ни старалась.

Делор выглядел притихшим и угрюмым. Редкие горожане жались к стенам домов, стараясь побыстрее миновать открытые места улиц и спрятаться под защиту кованых решеток и дубовых дверей. Лавки закрывались засветло, ни о какой ночной торговле речи даже не шло. Рынок опустел на три четверти: приезжие купцы начали покидать город, как только стало известно о первых жертвах. Многие местные торговцы предпочли вести дела из дома, а шатры и палатки на площади — свернуть до лучших времен.