Ведьма Севера (СИ) - Герас Татьяна - Страница 103

— Не отвлекайся на мысли о них, Селения. Ты ведь все равно не властна над этим? Так делай то, что можешь!

Хочется рычать и топать ногами, или рыдать от бессилия. Зеленые глаза костара светятся, как у кошки, отражая мои светляки. Арли величественно взлетает и пристраивается на естественный выступ в скале, почти у самого верха свода и ближе к образовавшемуся выходу.

Что ж, делать что могу, значит? Ладно, пусть будет ритуал. Посмотрим, оценит ли Мора мои откровения.

Начинаю снимать с себя одежду. оставаясь полностью обнаженной — таковы требования призыва богини. Температура в святилище значительно выше чем снаружи, но все равно холодно. Ничего, сейчас начну двигаться и согреюсь. Стены, что когда-то были расписаны фресками, сейчас лишь в осыпающихся неясных узорах. Но несколько чаш, в которые в незапамятные времена наливалось ароматическое масло и поджигались фитили, оказались вполне целыми. Нет, я не привезла с собой столь изысканного подношения богине, а просто прошептала заклинание и в каждой из чаш вспыхнул огонь, поддерживаемый моей силой, которую я щедро плеснула в пламя.

Огонь заметался по серой с белыми прожилками породе. из которой состояли своды пещеры, отбрасывая причудливые тени, мечущиеся по стенам от каждого моего движения.

Итак, танец для Моры. Танец моей души, в котором я должна показать всю глубину нужды в своей покровительнице. Открыть все тайны и попросить о помощи. Танец просьба, танец воспоминание.

Мне не нужна музыка, она рождается от игры пламени с тенями.

Они тоже танцуют. Со мной.

Я делаю шаг, и внутри вспыхивают картинки из детства… Поместье в Волозии, тира Криг, осознание наличия печати.

Поворот, ещё поворот, взмах руками — море, магия Огня.

Припадаю на колени, изгибаясь всем телом — Резия, учеба, Нелин…

Подъем, прогиб и разворот — Весегония, форт, дозоры, игры со смертью…

А теперь кувырок назад и легкое приземление через голову — да я и так могу, гибкостью меня боги не обидели. Сейчас мой рассказ сам потребовал этих пируэтов, потому что в воспоминаниях я уже Таарская, заменила сестру и играю в игры Севера.

А теперь кружиться как можно быстрее, чтобы искры из глаз и захватывало дух, потому что теперь я рассказываю о нём…

Я падаю обессилено перед алтарем, оседая разгоряченным танцем телом на холодный камень и опускаю голову. Почти не верю, что дождусь ответа.

Но она приходит. Приходит, когда отчаяние уже накатывает удушливой волной.

Алтарь заливает молочным светом ночного светила, и я вижу прямо перед глазами край сотканного из лучей подола платья.

— Пришла, значит, — голос звучит, то ли в моей голове, то ли наяву. Вот только нотки и интонация кажутся мне до боли знакомыми. Язвительные, с элементами превосходства и немного усталости, — Долго же до вас Таарских доходило, — саркастически выдает Белая Мора, голосом так похожим на тиру Криг.

Меня так и тянет поднять голову и ляпнуть что-нибудь ироничное в ответ. Можно подумать это я довела страну и устроила весь этот бардак. Но молчу, даже язык прикусила для верности.

— Ладно, уже можешь не изображать скромницу, ведьма, — Мора явно смягчилась. — Поднимись, Селения.

Я встаю с пола и поднимаю глаза к алтарю. Да чтоб меня, Дева-пуна действительно очень похожа лицом на свои статуи. Только чаще всего они изображали обнаженную богиню, а передо мной сейчас образ девушки весь сотканный из сияния, но черты лица прекрасно прослеживаются. Волосы скрывает свободный капюшон плаща. Её серебристые глаза внимательно изучают меня, тонкая рука поднимается вверх и пальцы почти невесомо берут меня за подбородок.

— Селения Таарская… Хм, ты знала, что твое имя обозначает — Лунная? — изящные губы богини изгибаются в полуулыбке.

— Не знала, покровительница, — говорю, спокойно глядя в глаза.

— Причудливы переплетения линий крови, — она по-прежнему изучает мое лицо, — Так о чем ты просишь, ведьма? И готова ли платить за вмешательство в судьбу?

— А к этому можно быть готовой? — все же не удерживаюсь от иронии я. Но тут же вскидываю глаза и говорю. Чего уж тянуть, раз пришла, — Помоги, спасти Север, справедливая! — я опускаю глаза и добавляю. — И моих друзей… Пожалуйста, спаси его! — голос все же предательски дрожит.

Мора молчит, слегка щуря свои нереальные глаза из расплавленного серебра. А мое сердце отсчитывает удары, чувствуя. как уходит время. А с ним возможно и жизни тех, кто мне дорог.

— Готова расстаться с мечтами, Таарская? — звучит надо мною.

Я сглатываю горечь, догадываясь, что мои сны и чаяния тоже не остались тайной.

Готова ли я? Нет, но разве есть выбор?

— Выполни мою просьбу, и я с честью приму то, что должно, во имя равновесия, — шепчу в ответ.

Мора отпускает мое лицо и растягивает губы в улыбке.

— Ты прошла трудный путь, и я тебя выслушала. И ты готова к моей воле. Ну что же, так тому и быть. Как я и говорила, Селения, твоим мечтам не суждено сбыться. Не будет тихой жизни в уютном доме — это не для тебя, — очередная пауза, выматывающая и пугающая неопределенностью, — Ты станешь Ведьмой Севера!

Тебе, как и твоим детям, я поручаю беречь не только Север, но и мир на всем Шалионе. Пора поставить культистов на место, коли Темнейшему угомонить их недосуг, — Она кладет ладонь мне на лоб, и я вскрикиваю от ощущения той силы, что вливается в меня. — Отныне ты Убивающая Словом. Распоряжайся мудро, не во вред и по злобе, а лишь по необходимости. — Мора указывает на девиз на алтаре. — Запомни эти слова, ведьма, хорошенько запомни!

— А как же Корния, Благая дева? И как мне сейчас управлять даром без… мужа? — голос меня подводит на последнем слове.

Богиня хмурится, но отвечает.

— Корния, как и ее предшественницы сами навлекли на себя и страну многие беды.

Она виновна, но я не судья ее делам. Путь ведающих — хранить Шалион. Хотя они об этом слишком часто забывают. Вы мои дети и я призвала вас в этот мир, чтобы помогать мне нести бремя равновесия. Сильнейшим из вас я посылаю своих костаров. Они ваша поддержка и мои глаза. Но фамильяры и сами обладают собственной волей, да и выбор кому из волшебных птиц идти к ведьме принимают тоже сами. Вот Арли нашла тебя. — Мора повернулась в сторону притихшего костара и послала ей улыбку, — А твоя мать, Селения, заигралась и чуть не угробила окончательно Север. Ее уже не вернуть.

Я при этих словах все же вздрагиваю и ощущаю укол в сердце от жалости. Нет, Корния безусловно для меня так и осталась чужой, но ребенок, что жил где-то глубоко внутри меня, плакал от мысли, что так и не узнал ее, как мать. И не простил.

— Не печалься, Ния, — в голосе богине прозвучало сочувствие, — я попрошу для нее у моей Светлейшей сестры легкого перерождения. Потому что счастливой ее судьбу тоже не назвать, — Мора делает шаг назад и будто становится более прозрачной.

— Стой! — кричу я в панике и бросаюсь к алтарю, словно могу ее удержать, — Так как же мне быть с Даром? И мой… То есть, мои друзья?

— А ты хочешь пользоваться силой супруга-мага? — спрашивает меня богиня вздернув вопросительно бровь.

— В смысле, хочу? Нет, конечно, — Недоумеваю я. — А что, можно как-то иначе? — я даже брови свожу и поджимаю губы от волнения.

— Разумеется, можно, девочка, — раздается смех. — Я когда-то предложила этот способ Эзире, потому что она испугалась, что слаба и Дар ее убьет. Это была моя проверка, Ния. А она согласилась. С радостью согласилась. А позже винила во всем меня. Бойся своих желаний, чародейка! У тебя есть возможность самой контролировать Дар и иссушать лишь саму себя, свои силы, зная и помня собственные пределы. Ну и колечко мое, — Мора показала на мои руку, где красовался перстень, — оно тебе вовремя подскажет, когда пора остановиться. И если ты думаешь, что у твоих предшественниц не было такого же выбора, то зря.

Не моя вина, что Эзира солгала вам, да и мне тоже — та ещё тварь трусливая.

Натворила дел, и вы столько лет были лишены полноценной связи со мной. — Мора покачала головой. — Проще переложить исправление своих грехов на кого-то, кто может вообще не появиться. Ведь силу стихий я и вправду в сердцах отобрала у всех ведьм. А первая из Великих Ведьм была и последней чародейкой, что доверила свою тайну о святилище именно Таарской владеющей двумя силами, запечатав ларец своей кровью. И не сотвори твоя мать с тобой такого, да и не родись ты дочерью именно Лерна, то наша история могла быть совсем иной, — Она посмотрела на меня лукаво, — А муж, конечно, может и поделиться силой при случае, для этого вовсе не надо никаких связующих ритуалов, а только единение душ. Полное, Ния, и безоговорочное. Так что тут все просто и сложно. Ведь не всем повезет отыскать такую любовь! Впрочем, тебе ли волноваться, ведь у тебя она уже есть, — она искренне рассмеялась моему глупому виду.