Право на выбор (СИ) - Михеева Рина "Пушися" - Страница 23

— Леяна враг. Грон — предатель, — почти выкрикнула она, но Ярон, так хорошо слышавший шепот любви, только нахмурился непонимающе.

— Что? — прошептал он. — Что ты говоришь?

— Предатель… Грон — предатель.

— Я предатель? — беспомощно переспросил Ярон и побледнел.

В его вопросе не было протеста. Он был готов в это поверить. Его чувство вины играло с ним в игры, которые сейчас могли слишком дорого стоить.

— Нет, — Райяна чувствовала, как ее сон, видение или что это было такое, истончается, как отдаляется от нее желанное тепло Ярона, жар его рук, яростное пламя его глаз. Она догадалась помотать головой, и лицо князя просветлело. Как же объяснить ему?

— Грон, — выкрикнула она и… очнулась. Рядом тихонько сопела Талиса.

Ярон стиснул подушку так, что прорвал ткань и наружу полезли пух и перья. Он уткнулся лицом в растерзанную ткань и на миг ему показалось, что от нее пахнет Райяной.

Неужели это был сон? Настолько реальный, настолько… До боли, до крика, до невыносимости реальный. Ее сильное, горячее, гибкое тело в его руках, ее дрожь и стон, ее глаза… И пламенная, и нежная синь, ставшая его личным небом, в котором хотелось раствориться и потеряться навсегда. В котором можно летать — даже волку.

И что она пыталась ему сказать? Он разобрал слово "предатель"… Но это она не о нем. Тогда о ком? И может ли быть, что все это всего лишь мираж? Игра сознания, бунт слишком долго подавляемых чувств? Или, не приведи Тена, Ночной Морок. Говорят, к одиноким оборотням может повадиться и пить их силы ночами, принимая облик тех, кто им дорог.

Ярон тяжело вздохнул и прикрыл глаза. Нет… он не мог поверить, что это был Ночной Морок — мерзкая низшая сущность, рабыня Шешхата. Нет… Сердце говорило ему, что это была Райяна. Где же она и что с ней?.. Но если подобное повторится, надо будет обратиться к Муфре. Шаманка может изгнать Ночной Морок. Райяна…

На глазах вскипели слезы, но он не позволил им пролиться, и осталась только жгучая, разрывающая боль. Райяна…

ГЛАВА 18. На той стороне

Мир по другую сторону портала был совсем другим — более темным и мрачным, но в то же время сама эта мрачность казалась чистой и искренней, какой-то освежающей и почти родной. Рядом послышался деловитый стук дятла, которому издали вторило нежное "ку-ку". Полина вдохнула лесной мшистый и хвойный запах, улыбнулась и неожиданно ощутила, что вернулась домой. Теновия была ей роднее и ближе — тоже опасная, но не фальшивая, похожая на дремучий лес, но не на обманчивую зеленую трясину, которую так приятно освещает солнышко, а сделай шаг — и можешь никогда больше не выбраться.

Полина, Верен и Сай стояли на узкой проселочной дороге, ведущей через лес — не слишком густой, но все равно не очень приветливый. Разлапистые высокие ели простирали колючие лапы, норовя "приласкать" по шее зазевавшегося путника. Центральная часть дороги поросла невысокой травкой, по краям — колеи, как от телег. Впервые Полина задумалась о том, как здесь перемещаются с места на место, — помимо ног, лап и крыльев.

— А лошади у вас есть? — спросила она, вызывав изумление в невозмутимых темных глазах Верена.

Да, такого вопроса он не ожидал. Его удивление развеселило Полину, и она мысленно хихикнула.

— У людей есть. Оборотни редко ими пользуются. Отчасти — это дело привычки. Оборотни привыкли полагаться на себя, на скорость лап или крыльев. Отчасти — проблема в том, что лошади не любят оборотней. Нужно вложить немало труда и потратить немало времени, чтобы приучить их.

— Понятно, — Полина задумчиво кивнула.

Пожалуй, это для нее скорее плюс — она все равно верхом ездить не умеет, а из романов отлично знает, что путешествие на лошади для неподготовленного человека — "удовольствие" незабываемое.

— А как еще вы перемещаетесь? Ярон доставил меня в замок каким-то… порталом.

— Портальные и перемещающие кристаллы, — кивнул Верен. — Это дорогое удовольствие, а главное — редкое. Сейчас ими почти не торгуют, потому что время такое… Ярон бережет их на случай войны, нападений и прочего, использует только, чтобы настигнуть мраков. Даже сам в замок потом часто возвращается своим ходом. Кристаллы можно зарядить только в местах силы, а самое большое место силы, доступное для нас — святилище Тены, где ты пробуждала дух. В общем, нам их взять неоткуда, придется полагаться на ноги, лапы, крылья или, в крайнем случае, лошадей. Их можно купить у людей — это не проблема, проблема в том, чтобы ими… воспользоваться. Сегодня ты вряд ли способна на большой перелет, тебе нужен отдых, — прибавил он.

— Надеюсь, это и правда уже Теновия, — пробормотал Сай, озираясь.

Верен тоже осматривался — прищуренные глаза и словно сжатая пружина глубоко внутри — кажется, что он стоит расслабленно, но по уловимым лишь для подсознания и животного чутья приметам ясно: в любой момент его неподвижность может перетечь в стремительное движение.

— А мне Лума карту Светании дала, — вспомнил Сай. — Теперь не пригодится, выходит… Сказала — хорошая.

— На кристалле? — заинтересовался Верен.

— Ага. Я таких и не видел раньше.

— Зато я видел, — Верен протянул руку. — Давай сюда.

Енот недовольно нахмурился, но полез в поясной кошель и достал кристалл, положил на ладонь ворона.

— Зайдем в лес, — бросил Верен, сходя в дороги и углубляясь в быстро густеющий ельник, — а то тут увидеть могут. Если это и правда хорошая карта, а плохие на кристалл не записывают, то там должна быть не только Светания, — пояснил он.

— Да-да, — оживилась фея. — На кристалл можно записать сколько угодно большую карту, поэтому обычно записывают все земли, о которых известно. И еще она показывает, где находится ее владелец.

— Здорово, — улыбнулась Полина. — Волшебный джипиэс навигатор прямо.

— Чего? — удивился Сай.

А Верен ничего не спросил — понял, что это что-то из ее мира, из прошлой жизни, как понял и то, что она пошутила. Он глянул на нее, и в его взгляде скользнула стремительная, почти неуловимая улыбка, от которой сразу стало тепло на душе.

— Да так, — Поля махнула рукой. — Это из моего мира. Из моего прежнего мира…

Наконец Верен счел, что они отошли достаточно далеко, остановился под огромной елью и вытянул руку с кристаллом, одновременно раскрывая ладонь и касаясь серебристого камня одним пальцем.

Полина и Сай ахнули, Фая взлетела, восторженно трепеща крылышками. Прямо в воздухе развернулась объемная полупрозрачная карта, где текли миниатюрные реки, поднимались горы высотой почти в мизинец, обширные леса топорщились крохотными деревцами, похожие на кусочки бархата. На все это великолепие была накинута тонкая сеточка — серая, почти незаметная, но стоило прикоснуться к ней — она проявлялась отчетливо, а следом и надписи проступали — "Светания", "Теновия", "клан рысей", "клан белок", "поселение Тихий Пруд", "город Равнинный". Верен ткнул пальцем себя в грудь и снова в изображение — показался маленький огонек.

— Мы здесь, — сказал он. — Как и обещала Хранительница, мы на земле Теновии, но граница Светании близко, вот она. Рядом Тигорд — довольно большой город, центр торговли.

— Ничего себе, технологии… — потрясенно прошептала Полина, наблюдая, как ворон приближает и увеличивает интересующие его части карты.

— Действительно, здесь нанесено почти все, что нам известно. Даже море и острова. Говорят, что Хранитель Теновии живет именно там — на одном из островов. А вот и святилище Лориша, которое нам нужно. Оно… находится на территории клана Воронов, — губы Верена сжались в твердую линию.

Такое расположение святилища его явно не радовало.

— Наверное, это хорошо, — полувопросительно произнесла Полина.

— Надеюсь, — Верен вздохнул. — Надеюсь.

Фея, летавшая над чудесной картой и даже несколько раз нырнувшая прямо в нее — внутрь объемного изображения, что вызвало легкую рябь, подлетела к Полине и посмотрела на Верена с непонятным упреком.