Служанка-леди (СИ) - Стрельникова Кира - Страница 218

Ох, да, предстоящий прием. И приезд родителей Эрсанна. И… и собственно сама церемония. Несомненно, приятнее, чем ловить неуловимых заговорщиков с опасными знаниями.

— Так, ладно, я пошла, — Эрис обвела нас повеселевшим взглядом. — Хорошо вам отдохнуть, на Охоте увидимся.

— Если что… — начал было Лорес, но леди Солерн самым неприличным образом его прервала.

— Если что, справимся, — помощница Лора направилась к выходу. — За один день тут ничего не рухнет, господин начальник, неделю без тебя, помнится, прожили, — ехидно добавила она. — А отдыхать надо даже тебе, Лор. Все, всем до послезавтра.

В кабинете на несколько секунд повисла тишина, потом я рассмеялась.

— Ну и кто говорил, что я вредная? — выгнула бровь, посмотрела на Лореса, потом перевела взгляд на Эрсанна. — Ты уже закончил с делами, да?

— В общем да, — он с улыбкой кивнул. — Можно ехать домой. У тебя сегодня еще верховая езда, — напомнил он. — И так вчера пропустила.

Ох, ну ладно, ладно. Мы покинули департамент, я переоделась дома, и… к конюшням ехала уже на своей лошади — Эрсанн сдержал слово. Думала, будет какая-нибудь серенькая или белая, или как там масти лошадей называются, я же в них вообще не разбиралась, но не угадала. Когда увидела у крыльца тонконогую, изящную лошадку красивого угольно-черного цвета, со слегка волнистой гривой, косившую на меня тем самым лиловым глазом, воспетым в одной из песен моего мира, невольно улыбнулась. Рука сама потянулась погладить плюшевый нос. Коняшка переступила ногами, мотнула головой — я от неожиданности отдернула ладонь, но услышав тихий смех Морвейнов, сжала губы и снова поднесла руку к вороной кобылке. Кажется, мы друг другу понравились, потому что она в этот раз не отпрянула.

— У нее есть имя? — поинтересовалась я, сделав шаг в сторону и начав перебирать густую гриву.

— Назови сама, как хочешь, — отозвался Лорес, и покосившись на него, увидела, что он улыбается.

Снова посмотрела на лошадку. Черная, хорошенькая.

— Уголек, — не знаю, почему, но казалось, это имя ей очень подходило, пусть даже и в мужском роде.

Она тихонько заржала, фыркнула и я поняла, что угадала. После чего уже довольно уверенно села — к моей тайной радости, седло было обычным, не женским, — и мы поехали на манеж. Рысью я тоже более-менее умела ехать, не ощущая себя мешком с картошкой, хотя попа после каждого занятия была со мной не совсем согласна. Ну что поделать, не нарастила я, хм, мяса на филейной части, увы и ах. Урок, как обычно, продлился час, мы вернулись к ужину — поскольку Хлою предупредили, в столовой уже все стояло на столе, и переодеваться я почти бегом бежала, соблазнительные ароматы дразнили нос. Быстренько сполоснувшись и поменяв амазонку на домашнее платье, я спустилась обратно. Несмотря на насыщенный рабочий день, голову занимали совсем другие мысли: что взять в поездку, что понадобится на этой Охоте, и надо ли вещи для последней тащить с собой за город… Это ж целый экипаж придется снаряжать. А так, я и верхом могу поехать. С большим удовольствием, кстати, ездить на лошади мне совершенно неожиданно понравилось. Поразмыслив, решила все-таки, что лучше поехать завтра утром, чем сейчас наспех собираться и куда-то тащиться на ночь глядя. Лучше пораньше лечь.

После ужина занялись немного делами: прием-то не за горами, и хотя я верю в Хлою, все же хотелось быть в курсе. Сборами на завтра занималась тоже вместе с экономкой, строго-настрого наказав Морвейнам не соваться в мой будуар. Хлоя принесла один чемодан и сумку, и мы приступили к инспекции моего гардероба. В само поместье я не собиралась нагружаться вещами, ибо едем всего на один день, никого кроме нас троих там не будет, и любопытных тоже… В общем, обошлась легким домашним платьем из муслина в мелкий цветочек — всего один слой ткани, завышенная талия и довольно глубокий вырез. Но я же его дома буду носить, и никто кроме Морвейнов меня в нем не увидит. Белье… Хм. Любимые ажурные чулочки с поясом, конечно, и, пожалуй, хватит. Еще, прихватила симпатичный халатик, больше похожий на пеньюар — пусть будет. Ну и конечно, амазонка для первого дня Охоты. Остальное для нее же в чемодан. Шляпки в отдельных картонных коробках, хорошо, их всего две. Еще, пришлось взять парадное платье — в первый день вечером в своем охотничьем домике его величество устраивал ужин для избранных. Остальные веселились вне стен домика — это я успела вычитать еще, когда учила обычаи и праздники Арнедилии. Конечно, к платью — драгоценности. Когда подошла к туалетному столику, взгляд упал на нитку крупного жемчуга, свисавшую из-под крышки шкатулки. Не знаю, почему, но пальцы потянулись, и я взяла украшение — длинное, можно в несколько раз обмотать вокруг шеи.

Закончив с вещами, глянула на часы — ого, десятый час. А ведь у меня еще идея шашлыков. Про кузнеца я благополучно забыла, придется завтра утром в экстренном порядке ехать и делать шампуры хотя бы… Бог с ним, с мангалом, на месте что-нибудь придумаю. Надеюсь, на кухне осталось мясо, и желательно свинина — из нее самые вкусные и нежные получаются. Соус сбацаем на месте, из подручных материалов, раз тут ни соевого нет, ни кисло-сладкого, ни майонеза на худой конец.

— Хлоя, а есть на кухне мясо? — огорошила я экономку вопросом, получила неуверенный кивок, недоуменный взгляд и закономерный встречный вопрос.

— А тебе зачем?

Наедине Хлоя к моему счастью все-таки опускала формальности.

— Хочу сюрприз сделать, — широко улыбнулась и подошла к двери. — Пойдем, поможешь.

И мы спустились вниз. К счастью, среди запасов господина Дорберта обнаружилась свинина, и как раз шея — я принялась за разделку мяса, попутно скомандовав ошарашенной Хлое:

— Мне нужны специи для мяса и желательно какой-нибудь соус, есть?

Служанка, брови которой встали домиком от избытка любопытства, только молча кивнула и через несколько минут выставила передо мной батарею баночек и бутылочек. Путем нюханья и осторожной дегустации я выбрала те, которые на мой взгляд годились для маринада, нашла глубокую кастрюлю и сложила в нее мясо, густо пересыпав специями и залив соусом — кстати, чем-то похожем на хорошо знакомый мне кисло-сладкий. Удовлетворенно кивнув, поставила кастрюлю к остальным припасам в местный вариант холодильника — там низкая температура магией поддерживалась, — вымыла руки и поднялась наверх. Прежде, чем зайти в спальню — из-за приоткрытой двери выбивался неяркий свет, указывая, что Морвейны там, — я зашла в библиотеку, захватить почитать перед сном. Конечно, ту самую книгу по этикету, и внушительной толщины фолиант по истории рода Морвейн. С обязательным родословным древом в начале. Наверное, интересно… Поскольку в процессе сборов мы с Хлоей успели еще и обсудить предстоящий прием в неформальной обстановке, с делами на сегодня было покончено.

Ну а в спальне картина маслом: на кровати вольготно разлеглись Сола и Сильва, мои лорды — рядышком, снова с той самой сложной игрой. Я умиленно улыбнулась, тихонько вздохнула и устроилась в любимой позе, на животе, с другой стороны от кошек. Конечно, уделила им внимание, потискала пушистые тушки, насладившись музыкальным мурчанием и получив свою дозу позитива от общения с кисами. Только открыла книгу по этикету, собираясь просвещаться в плане обязанностей хозяйки дома на большом приеме, как услышала задумчивый голос Эрсанна:

— Ян, все-таки, зачем ты к кузнецу хотела? Может, можно без него обойтись в твоей очередной задумке? — он на мгновение поднял взгляд от доски и одарил мягкой улыбкой.

— Эм… — я заколебалась.

С одной стороны, не хотелось раньше времени рассказывать, с другой… Вдруг действительно кузнец не нужен.

— Хотела сделать кое-что из моего мира, — призналась все-таки. — У нас это часто готовят, когда на природу выезжают. Только нужны такие длинные стальные стержни, на них куски мяса нанизывают, а потом над углями жарят, — надеюсь, удалось описать концепт шашлыков.

И надеюсь, с пряностями и соусом угадала… Так хочется хотя бы на один день забыть о заговорах, опасной магии, недавней нашей размолвке, обязанностях светской дамы… Просто побыть втроем, не опасаясь, что кто-то нарушит наше уединение, делать, что хочется, и вести себя, как хочешь. Выслушав, Эрсанн изогнул бровь, во взгляде мелькнуло легкое недоумение.