Ходячее сокровище (СИ) - Каменистый Артем - Страница 72

– Даже не пытайся. Не получится у тебя ничего. Видишь Блокадника? Знаешь, почему мы его так называем? Потому что он блокирует интерфейс. Тяжело это делать, вон, бедолага весь потный, так старается. Что там у тебя с инвентарём? Ты ведь такой герой, небось, много места прокачал, да? А вот достать ничего не сможешь, пока Блокадник не разрешит. Если у тебя были какие-то великие идеи насчет умение боевое показать, или что-то нехорошее достать, засунь эти идеи сам знаешь куда.

А вот это плохие новости. Очень плохие. Читер, наконец, понял, почему чаты с Мартом, а потом, под конец поездки, с Клоуном, не работали. Но радость от этого знания не испытал.

Чёртов Трубач и правда расстарался заграбастать к себе в команду игроков с самыми незаурядными умениями. Возможно, не всегда полезными для одиночной игры, зато в большой организации – просто имбовые. Ловить людей и полностью блокировать им интерфейс – это нечто. Читер впервые о таком слышит.

Кольт прав, по поводу умений кое-какие планы намечались. И теперь их срочно придётся пересматривать, потому как доступ к активации перекрыт.

Да уж. Сложно выкрутиться из столь нехорошей ситуации, будучи, по сути, обычным человеком. Ни одного туза в рукаве, разве что физические параметры завышены.

Дверь распахнулась. Показался кваз, который перед этим вывешивал Клоуна «сушиться». Заявился он не один, а в сопровождении примечательной личности, которую чуть ли не на руках притащил.

Мужчина со столь характерной внешностью, что таких за порог дурдома от рождения до смерти выпускать не принято. Сгорбленная фигура, нездорово-белёсая кожа, шаркающая походка. Голова хаотично покачивается из стороны в сторону, при этом то вдаваясь в плечи, то вытягиваясь. Глаза без малейшего намёка на разум, а из уголка безвольно приоткрытого рта свисает нить слюны. Одет в подобие белого рубища, более подходящего слова для этого убогого костюмчика Читер подобрать не смог.

Может смирительная рубаха? Нет, не очень-то похоже, но что-то в этом есть.

Кольт заговорил почти дружелюбным голосом:

– Почему Блокадника мы называем Блокадником, ты уже понял. А теперь угадай, какое прозвище мы дали этому парню.

Палец указал на обладателя белого рубища. Умалишённый прямо в этот момент решил опустошить мочевой пузырь, никого при этом не предупредив и даже не дёрнувшись о себе позаботиться.

Читер, глядя, как по светлой ткани расползается мокрое пятно, брезгливо поморщился и предположил:

– Прозвище? Ну… даже не знаю… Высший Разум? Сверхмозг?

Кваз, брезгливо косящийся на подопечного, не выдержал и расхохотался, будто медведь, в котором проснулось чувство юмора.

Кольт тоже засмеялся. Шутка ему понравилась.

Но затем покачал головой:

– Нет Читер, ты не угадал. Мы называем его Чесноком. Нет, не потому что от него вечно воняет из-за того, что он любит делать все дела в штаны. Чеснок, это от Честность. Не всем избранным везёт на старте. Система слишком сильно бьёт по нашим мозгам. Помнишь, наверное, каким дураком был? Ну да, все мы не гении, когда начинаем игру. Некоторые быстро в себя приходят, некоторые нет. Бывает, у человека навсегда ломается характер, он становится совсем другим. А у Чеснока поломался сам разум. Система ничего с этим поделать не смогла. Но она, как это иногда бывает, попыталась компенсировать. Своего разума у него теперь нет, но он умеет использовать чужие. Такой вот уникальный парнишка. Мы не злые, мы пытались его вылечить, даже качали маленько. Но на десятом уровне ничего не изменилось. Ну да ничего страшного, Трубачу он и такой нравится. Умение у него очень полезное, если надо на человека повлиять. Прикажет тебе нос почесать, и ты почешешь. Или маму свою обидишь нехорошими словами. Но это всё, конечно, несерьёзно. Главное, это то, что Чеснок может делать людей честными и послушными. Мы их немного мучаем, но это только для начала. Как бы, затравка. Как совсем больно становится, так сразу подключается Чеснок. Когда у ищущего разум корёжит от боли, он слабину даёт. И Чеснок бьёт в эту слабину, расширяет. Иногда ломает, и получаются такие же, как он. Печальное зрелище. Но, обычно, всё заканчивается не так плохо. Человек становится кристально-честным и послушным. И на всё готовым. Очень рад выполнять то, что ему говорят. Показывает инвентарь, снимает привязки, рассказывает обо всём, что знает. Главное, правильные вопросы при этом задавать. А вот с этим мы не всегда угадываем. Ты подумай, как для тебя будет лучше: или под нашим контролем делаешь то, что говорим; или контролировать станет Чеснок. Лично я за второй вариант. Люблю, когда такие, как ты, типа крутые парни, жрут своё дерьмо и говорят, что в жизни ничего вкуснее не пробовали. А ты будешь его жрать. И будешь умолять меня, чтобы я вместе с Чесноком трахнул девку, к которой тебя так тянет. Деньги нам станешь за это обещать. Большие деньги. Ты за Чеснока не переживай, он только с виду такой плохой. Половая функция у него работает о-го-го. Впрочем, только она у него и работает. В общем, мы тут неплохо можем с тобой повеселиться, если тебе так захочется. Трубач дал тебе право выбора, а я объяснил, как это будет. Теперь сам думай. Тридцать секунд тебе хватит? Я думаю, что хватит. Засекай по таймеру. Как время выйдет, мы тебе веки отрежем. Это чтобы ты глаза не закрывал. Для Чеснока удобнее, когда у клиента глаза нараспашку.

– Тридцать секунд? – переспросил Читер. – Хорошо, уговорил, я подумаю. И раз уж тема секса всплыла, можешь пока с Чесноком друг друга порадовать. Вы ребята быстрые, тридцати секунд вам должно хватить.

Кольт усмехнулся:

– А ты я смотрю, весёлый.

– Ага, одна знакомая тебе женщина по утрам тоже так говорила, – подтвердил Читер.

– Что за женщина? – нехорошо сузив глаза, поинтересовался Кольт.

– Извини, не могу сказать. Мой друг советовал эту тему не поднимать.

Кольт нехорошо оскалился, после чего Читер схлопотал третий удар под дых.

Да уж. Клоун прав, зря он по больной мозоли протоптался. Про маму здесь даже намекать нежелательно.

Ну а куда деваться, если надо как-то вывести мучителей из себя, пока они не взялись за свою работу всерьёз. Разозлившийся человек редко дружит с мозгами, и это можно использовать.

Дверь распахнулась, будто её взрывной волной двинуло. Но это оказалась не волна, а человек. Тот не влетел, а быстро вошёл, окинув одновременно всех брезгливо-надменным взглядом, под которым Читер едва зубами не заскрежетал.

Да уж, планы, похоже, снова придётся переигрывать. А ведь он их составлять не успевает.

Как стремительно всё меняется. Новое действующее лицо вносит серьёзнейший перекос в расстановку сил. Только что Читер прикидывал, как будет расправляться с Кольтом, квазом, блокадником и возможно с Чесноком. Выглядело не очень-то просто, но кое-какие варианты просматривались.

А теперь все эти варианты дружно помахали ручками. Потому как вошедший, скорее всего, превосходит всю эту четвёрку вместе взятую.

Ромео. Один из самых старых игроков Континента. Опытный, с высоким уровнем, с множеством умений и богатейшей практикой по их применению.

– Ты кто такой?.. – неуверенно спросил Кольт, поглаживая ладонью рукоять пистолета.

– Я тот, кто в жизни не видел столько придурков собранных в одном месте, – холодно заявил Ромео.

– Эй, полегче. Ты, вообще-то, тоже тут. Так кто ты такой? Тут допрос, сюда нельзя посторонним.

– Это кто тут посторонний? Я? И как бы я сюда прошёл, если посторонний? Ты его видишь, – Ромео указал на Читера. – Этого парня вы взяли по моему приказу. Он мой. Полностью мой. Это что вы тут вытворяете? Кто вам дал право к нему прикасаться?

Кольт скривился:

– Так бы сразу и сказал. У нас приказ от Трубача. Мы должны выбить у него всё из инвентаря и узнать, где остальное спрятано.

Ромео покачал головой:

– Узнаю Трубача. Всё тот же крохобор рогатый. Удавиться готов за лишний споран. Так, вот этого пальцем не трогать. С Трубачом я сейчас вопрос решу.