Диплом по некромантии, или Как воскресить дракона (СИ) - Лайм Сильвия - Страница 77

С такой скоростью его обед мог закончиться гораздо раньше, чем ее, поэтому Диара поспешила догонять некроманта.

— Что ж, — проговорила она, пожав плечами, — так и быть, в свете новых фактов, думаю, что смогу пережить повышенное внимание к тебе особ женского пола. В конце концов, главное, чтобы ты этим не слишком-то наслаждался. А остальное — ерунда.

— Не наслаждался? — ухмыльнулся мужчина и отставил тарелку. Он все же доел быстрее нее. — Прямо ножом по сердцу, Диара! Должны же быть хоть какие-то плюсы от того, что я был драконом!

— Плюсы, значит, тебе нужны? — фыркнула девушка, уперев локти в столешницу и наклонившись так, что взгляд Лютера упал наконец-то туда, куда должен был — в ее собственное декольте, которое, по мнению Диары, было куда эффектнее, чем у той пышногрудой нахалки. Хоть и поменьше размером.

Взгляд некроманта подернулся темной дымкой. И когда он вновь взглянул на нее, в его глазах уже не было веселья, только острое внимание, пронзающее насквозь, заставляющее загораться каждый сантиметр ее тела.

Да… На нее тоже действовал его животный, огненный магнетизм. И с этим ничего нельзя было поделать. Рядом с некромантом Диара всегда чувствовала себя так, словно кровь в венах превратилась в шампанское.

Ей это нравилось. Все в нем нравилось…

Она тихо выдохнула, шумно сглотнув.

— Что ж, я согласна оставить тебе твои драконьи привилегии, — проговорила она. — Мне-то что? — добавила, притворно безразлично взмахнула рукой и посмотрела в окно таверны, за которым ярко светило солнце. — Как думаешь, мы Элиаса еще встретим?

Лютер мгновенно напрягся.

— Зачем тебе этот кровосос? — мрачно проговорил он и даже вилку отложил, которую уже успел воткнуть в мягкое, сочащееся соком жаркое из утки. Все же кормили в этом трактире просто великолепно. — Встречу его еще раз — убью. И не посмотрю на то, что на кладбище освободил меня от наручников. Грязный манипулятор и мерзавец.

— Ой, а мне показалось, что он не так уж и плох, — пожала плечами Диара, скрывая улыбку и отправляя в рот ложку с салатом из огурцов с чесночным маслом. — Знаешь, в этом вампире как будто вовсе не было кровожадности нежити. Ты слышал, поговаривают, что некоторые высшие мертвецы не слишком отличаются от людей!

— Это миф, — выдохнул Лютер и даже подался вперед.

— С чего бы? — округлила глаза Диара. — Ты сам, в смысле Бьельндевир, был именно такой нежитью. Пока… ну… не стал тобой.

— Диара, ты издеваешься? — ахнул некромант. — Бьельн был иллишарином! Темным богом. Какого демона ты сравниваешь… Ты что, сравниваешь меня и этого… — возмутился мужчина. — Только попробуй сказать мне, что тебе понравился этот упырь!

Диара засмеялась.

— Успокойся, я просто шучу.

Лютер нахмурился.

— Ты целовалась с ним, — упрямо проговорил он.

Девушке стало еще веселее.

Ну и правильно, что, ему можно над ней издеваться, а ей — нет?

И все же она примирительно проговорила, коснувшись его руки:

— Лютер, я с кем только за свою жизнь не целовалась…

Некромант вскинул голову и взглянул на нее горящими голубыми глазами, ответив:

— Отлично, Диара, я сейчас прямо успокоился.

— Ладно, — выдохнула она. — Забудь, я просто пошутила. Ты знаешь, что мне не нужен никто другой, правда ведь. А разговоры про девушек, которые вокруг тебя вьются, мне тоже неприятны. Особенно когда ты делаешь вид, что тебе это нравится.

Некромант внимательно посмотрел на нее и внезапно успокоился. Затем встал из-за стола, обошел его и, подняв, крепко ее обнял.

— Я тебя понял, Диара Бриан Торре-Леонд, — ответил он серьезно. — Как насчет того, чтобы побыстрее поесть и отправиться в путь? Если поторопимся, будем дома еще до захода солнца.

Затем он сделал паузу и на выдохе добавил:

— Я не был там уже так давно…

Диара прикусила губу, заметив, как изменилось его лицо. Кожей чувствуя его переживания.

Каково это — возвращаться в дом, в котором не был пятнадцать лет? К родителям, которых только недавно вспомнил.

Чтобы отвлечь некроманта от грустных и нервных мыслей, она спросила:

— Кстати, я все забываю поинтересоваться, как мне теперь тебя звать? Лютер или Лаэрт?

Некромант ухмыльнулся и сел обратно за стол.

— Как тебе больше нравится, я имею в виду, — немного замялась Диара. Ведь с момента, когда ее названый брат снова обрел самого себя, прошла уже почти неделя, а ей пришло в голову задать этот вопрос только сейчас. — Я все это время называла тебя Лютером, но, может быть, тебе это неприятно?

— Не думаю, что есть большая разница, — проговорил некромант, пожав плечами. — Фактически мне близки оба имени. Однако, учитывая, что последние полтора десятка лет меня звали Лютером, этот вариант все же предпочтительнее. Так что ты ни в чем не ошиблась.

Диара вздохнула, не уверенная в том, что это правильно.

— Родителям вряд ли захочется называть тебя так. Для них ты — Лаэрт, — ответила она.

— И это тоже не страшно, — ответил мужчина. — Главное, чтобы им было удобно.

Девушка прищурилась, проследив взглядом за некромантом и заметив, что он слегка нахмурился, глядя в тарелку и не поднимая глаз.

Похоже, он довольно сильно переживал, когда задумывался о встрече с отцом и матерью. Ведь они запомнили его маленьким мальчиком. Возможно, он считал, что, увидев взрослого мужчину, они его просто-напросто не примут. Взрослый Лаэрт мог стать для них чужим человеком.

Диара понимала его беспокойство, хотя и прекрасно знала, что не было в мире людей, которые ждали бы Лаэрта сильнее, чем их родители. После всех прошедших лет, сотен бессонных ночей и бесконечных бесплодных поисков Диара знала, что Лютер боялся напрасно.

Но ему еще предстояло это понять.

Когда этим же вечером почтовый экипаж привез их к воротам большого старого особняка, сердце Диары сжалось. Она покинула дом всего месяц назад, перед тем как поступать в аспирантуру ЦИАНИДа, но уже успела соскучиться. Ей казалось, что с того момента прошла целая жизнь.

Однако сердце в груди бешено колотилось вовсе не по этой причине. Просто, сжимая мужскую ладонь, она чувствовала все то, что так тщательно скрывал Лютер-Лаэрт за маской внешней невозмутимости.

Открыв ворота ключом, который всегда носила при себе, Диара потянула замершего некроманта за собой.

Вокруг было тихо. Солнце уже клонилось к горизонту, и, похоже, отец с матерью были дома. В это время они обычно сидели у камина и играли в карты, иногда тренировали магию в зале или занимались своими делами. Например, Леора Бриан Торре-Леонд любила выращивать колдовские мхи, светящиеся в темноте и обладающие различными волшебными свойствами. Специально для этого Тайрел пристроил к дому небольшую комнату с раздвижной крышей. Днем она была наглухо закрыта, а с заходом солнца открывалась вручную, чтобы свет луны падал на волшебные растения. Сам Тайрел в это время, как правило, отдыхал, его любимое занятие — уход за собственным зверинцем — уже становилось неактуально. Большинство магических животных ночью предпочитали спать.

— Волнуешься? — спросила Диара, поднявшись на крыльцо и постучав огромным дверным молоточком в форме головы виверны, издавая громкий звук, способный разбудить полдома.

— Вот еще, — буркнул Лютер, но, как только Диара повернула к нему голову, приподняв бровь, он вдруг сжал ее руку. Просто сжал, но это было похлеще любого признания.

Ждать пришлось недолго. Внутри дома раздались тихие шаги. В неторопливых, немного шаркающих звуках Диара узнала поступь матери, передвигающейся в любимых тапках.

— Кто там? — прозвучал ее удивленный голос.

Похоже, вечером выходного дня чета Брианов не ждала случайных гостей.

— Мама, это я! — ответила девушка, не в силах скрыть счастливую улыбку. — И я не одна!

— Диара?! — раздался беспокойный голос за дверью. — Сейчас открою!

Несколько томительных секунд, скрип проворачиваемого замка, и дверь распахнулась. На пороге очутилась худенькая красивая женщина неопределенного возраста с тонким шрамом на щеке и длинными, сумеречно-белыми волосами, спускающимися по плечам.