Время кенгуру. Книга 2 (СИ) - Эм Михаил - Страница 49

Андрей: Можно ли что-нибудь предпринять?

Григорий: Можно. Озерецкий мне уже предложил, собственно. Возглавить защиту Теночтитлана от испанских конкистадоров. В армии я пользуюсь определенной популярностью, поэтому предложение имеет некоторый смысл.

Андрей: Какой смысл? Историю Южной Америки не перепишешь.

Григорий: На самом деле мы вполне можем ее переписать.

Андрей: Нам бы вселенную спасти.

Григорий: Совершенно верно. Поэтому я собираюсь возглавить инское сопротивление до вечера. Несколько часов у меня есть. Распоряжусь выстроить на мостах баррикады, это задержит конкистадоров на некоторое время. Плавучих средств у испанцев нет.

Андрей: Могут конфисковать лодки у крестьян.

Григорий: Лодки пригоним к городу.

Андрей: Не забудь обернуться до заката, иначе останешься здесь навсегда.

Григорий: Договорились.

Андрей: Погоди. Если у меня получится, тебя назначат официальным командиром сопротивления.

Григорий: Неплохо бы. Но каким образом? Великий инка пленен. Наиболее авторитетным политиком в настоящий момент является Верховный жрец Урумбо. Ты хочешь сказать, что договоришься с Урумбой о моем назначении?

Андрей: Не совсем чтобы договориться. Но одна мыслишка на этот счет у меня имеется.

Григорий: Тогда действуй.

Они распрощались, и Орловский побежал обратно во дворец, где рассчитывал найти Портальто, Араульто и Атасиу.

Я, сразу после

После разговора с Орловским я добежал до храма и прошел внутрь, в свою комнату. То, что я задумал, следовало предпринять немедленно, однако для исполнения требовалось отсутствие людей в молельной.

Служители молились солнечному богу Виракоче в одно время, а высшие жрецы, к которым принадлежал я, — в другое. Скоро должно было наступить время молитвы, этим я и хотел воспользоваться.

Придя в молельню с остальными высшими жрецами, я выполнил стандартный обряд, к которому успел привыкнуть, и дождался окончания церемонии.

— Все свободны, — провозгласил Урумбо.

Верховный жрец лично руководил молитвами. Жрецы молча направились к выходу. Я затесался в хвост толпы и, дождавшись, когда все удалятся, скользнул в темный угол, откуда, как надеялся, не буду заметен оставшемуся в молельне Верховному жрецу.

Мой расчет оказался верным — Урумбо меня не заметил. Слившись с тенью, я наблюдал, как Верховный жрец отпирает решетку, ограждающую световую дугу от помещения, затем запирает ее с внутренней стороны.

Оглянувшись, Урумбо слился с солнечной дугой и начал опускать вниз. Я знал, что это такое, но на человека, не посвященного в механизм протечки во времени, подобное слияние произвело бы впечатление чуда.

Как я и рассчитывал, через некоторое время мрукси в моем ухе заговорило голосом Верховного жреца:

«Внимание всем почитателям солнечного божества! Я, солнечный бог Виракочи, предупреждаю о том, что к Теночтитлану приближаются вооруженные пришлецы. Инкам надлежит оставаться в своих домах до последующих распоряжений. Повторяю, все остаются в домах до последующих моих распоряжений.»

Как видно, Верховный жрец решил договориться с испанцами полюбовно. Однако, медлить было нельзя.

Я метнулся к золотой ограде и в мгновение ока перемахнул через нее. Затем слился с солнечной дугой и провалился вниз. Опасаясь, что Урумбо начнет подниматься по лестнице, я не воспользовался ей, а предпочел прыжок, однажды уже выполненный.

Урумбо не успел подойти к лестнице, а находился рядом с транслятором, которым только что воспользовался. Я, приземлившись на пол в сгруппированном положении, молниеносно распрямился и бросился к Верховному жрецу. В принципе, мы с Урумбо находились в подвальном помещении одни, нас никто не услышать, но я не хотел рисковать, нарвавшись на какие-нибудь неизвестные мне жреческие штучки. Джеб в подбородок, и Урумбо отключается. Я вытаскиваю заблаговременно принесенную веревку и связываю Верховного жреца. После этого вырываю изрядный клок от одежды Урумбо и запихиваю ему в рот в качестве кляпа, затем продеваю кусок веревки в рот, наподобие уздечки, и завязываю на затылке. Так кляп не выпадет.

В принципе, время до заката в моем распоряжении. Теперь нужно помочь графу Орловскому оказать сопротивление наступающим конкистадорам. Мой голос не похож на голос Верховного жреца, но если постараться…

Я включаю транслятор и говорю в него, старательно подражая выговору Урумбо:

«Внимание всем инкам! Я, солнечный бог Виракоча, меняю свое решение. Повелеваю защищать Теночтитлан, как это только возможно. Главнокомандующим назначаю графа Орловского. Ему известны военные хитрости пришлецов, поэтому он станет лучшим вашим командиром на время осады. Все на защиту отечества от иноземных завоевателей, включая служителей моего храма! Повторяю, служители храма Виракочи должны немедленно покинуть храм и присоединиться к защитникам города. Это моя воля, солнечного божества Виракочи.»

Я выключил транслятор и перевел дух. Надеюсь, я все сделал правильно, тем самым выгадал время. Оставалось ждать.

Я проверил, дышит ли Верховный жрец и не развязались ли веревки. Все было в порядке.

После этого, оставив Верховного жреца в его потайном помещении, я выбрался наверх, на несколько секунд слившись с солнечной дугой. На этот раз перелезать через золотую ограду я не стал, а воспользовался ключом, позаимствованным в кармане Урумбо.

Григорий Орловский, сразу после

Граф Орловский как раз добежал до дворца, где обнаружил Портальто, Араульто и Атасиу. Начал совещаться с ними, кого из военачальников лучше привлечь для организации сопротивления наступающим испанцам.

В этот момент по мрукси объявили:

«Внимание всем инкам! Я, солнечный бог Виракоча, меняю свое решение. Повелеваю защищать Теночтитлан, как это только возможно. Главнокомандующим назначаю графа Орловского. Ему известны военные хитрости пришлецов, поэтому он станет лучшим вашим командиром на время осады. Все на защиту отечества от иноземных завоевателей, включая служителей моего храма! Повторяю, служители храма Виракочи должны немедленно покинуть храм и присоединиться к защитникам города. Это моя воля, солнечного божества Виракочи.»

Туземцы несколько ошалело посмотрели на графа Орловского и заулыбались. Орловский понял, что у Андрея все получилось, и улыбнулся в ответ.

Вопрос с Портальто, Араульто и Атасиу мигом разрешился: троица, получив от нового главнокомандующего соответствующие полномочия, разбежалась по военачальникам, координировать строительство баррикад. Орловский собирался руководить возведением баррикад лично, но перед эти забежал еще раз пообщаться с Иваном Платоновичем.

Озерецкий сидел в дворцовом кабинете, где Орловский не так давно его оставил, и продолжал заниматься кипу.

— Слышали? — спросил Орловский, заглядывая в кабинет.

— Вы имеете в виду ваше назначение инкским главнокомандующим? Да, слышал. Хорошая работа. Как вам это удалось?

— Понятия не имею.

— А, ну да, это же князь Андрей! Разумеется.

— Я предложил бы вам, Иван Платонович, перебраться поближе к храму.

— Почему? Здесь пока безопасно.

— Для сдерживания противника мне придется выстроить баррикады на всех мостах, ведущих в город. Скоро горожане окажутся отрезаны от храма. Я бы рекомендовал взять женщин и, не дожидаясь заката, идти в храм. Пока баррикады еще не выстроены. Потом может оказаться поздно.

— Вы не знаете, князь Андрей предупредил Люси о том, что мы убываем?

— Да, предупредил. Но Люсьена не в курсе того, что здесь вскорости начнется.

Иван Платонович с сожалением оторвался от кипу.

— Вы правы. Я немедленно иду за женщинами. Мы пойдем к храму солнечного божества. Однако, граф, я не вполне понимаю ваших намерений. Если вы, как планируете, соорудите баррикады на всех городских мостах, каким образом вы сами попадете в храм Виракочи?