Человек, которого не было (СИ) - Кросс Элис - Страница 96

Жизнь дала крутой поворот, и в одночасье всё начало рушиться. Она ничего не знала о себе и о людях, которые её окружали. Отец продал в качестве жены первому встречному богатею, а родные люди, которые всегда считались близкими, не сделали ничего — они не пришли за ней, не вернули домой. Семья ли это? А магия… Морриган не знала, была ли та у неё с рождения или появилась в момент, но она настораживала. Девушка не знала, на что способно это пламя и как его контролировать. Будто бы внутри появилось что-то… живое. Риган отчётливо ощущала, что магия, которой она владеет, сильнее, чем сама Риган. И боялась этой силы.

А теперь тюрьма королевского дворца и испытания на прочность. Морриган подумала, что экзекуторы смогут сделать её сильнее, смогут научить владеть силой, которой она владеет, сражаться. И ещё Морриган подумала, что убивать она уже умеет. Ей необходимо остаться здесь, бороться. Борьба — тоже часть испытания.

— Мне не нужно просто не умереть, — прошептала девушка, — я должна бороться и победить.

Морриган долго наблюдала, как в крошечной прорехе меняет краски небо. Эти цвета были так нежны и приятны, что пленница позабыла о всех тягостях и печалях, полностью растворившись в умиротворении предрассветной тиши. Почему-то на ум приходили нелепые идеи и том, чтобы стать маленькой птичкой, взлететь к потолку и, чирикнув Калему на прощание, вылететь из этой тесной тюрьмы на восток — туда, где встаёт солнце. Мысль эту спугнули громкие шаги, сопровождаемые тяжёлым металлическим звоном.

Двое стражников, лица которых скрывали шлемы, пришли куда раньше, чем обычно. От этого тут же проснулся Калем. На его лице отразилось много эмоций: от полусонного непонимания до удивления, и наконец проявился страх. Морриган видела, как он быстро и бесконтрольно отдёрнулся от пригретого лежбища и чертыхнулся в угол клетки, да только зря — стражник подбирал ключ к камере его соседки.

Девушка признаков беспокойства не проявляла. Она неспеша поднялась на ноги, не забыв попытаться расправить неисправимо помятый подол «нового» платья — скорее она делала это из-за ещё не выветрившейся привычки, и смиренно встала у решетки, ожидая, когда калитку отопрут. Морриган было любопытно, что такого её может ожидать, чего так боится Калем, поэтому страх, терзавший прежде, куда-то испарился. С задворок сознания этом донеслось новое предостережение человека из камеры напротив. «Я и не собиралась быть слабой» — мысленно ответила девушка.

Снова одинаковые коридоры, снова серые стены, снова витиеватые лестницы и закрытые двери. Морриган казалось, что её ведут по подвалам, потому как вокруг не было ли окон, ни ковров, ни знамён. В конечном итоге перед ней оказалась крупная деревянная дверь, которая тотчас оказалась открытой вторым стражем сопровождения. Внутри нового помещения было достаточно светло, будто в большие окна лился рассеянный дневной свет, но позже оказалось, что источником освещения была интересная сфера, парящая под самым потолком. В свете этой сферы стоял некто иной как уже знакомый придворный маг.

«У Сайкера постоянно были какие-то дела, а этот что, совсем ничем не занимается? Приходить в такую рань общаться с пленниками, которых целая куча, — его святой долг, что ли?» — подумала Морриган, которая всё-таки надеялась не увидеться с ним сегодня, не беря в расчёт слова Калема.

Двое стражников расположились у двери, оставляя приведённую пленницу перед собой, и встали в караул, ожидая дальнейших приказов мага. Сам Гвин молча рассматривал вошедшую девушку с такой вовлеченностью, будто бы искал изъян, а затем как-то обречённо выдохнул и наконец изрёк:

— Как твоё имя?

— Морриган.

— Ты знаешь, кто я?

— Я пока ещё в своём уме, передумаю — предупрежу. Зачем спрашивать одно и то же?

— Регламент, — сухо ответил маг, а после обратился к стражникам: — Начинаем.

Морриган схватили под руки и потащили куда-то вглубь комнаты, игнорируя попытки девушки освободиться и пойти самостоятельно. Острые наперстки их перчаток больно впивались в кожу, а хватка оказалась такой крепкой, что синяков было не миновать. Сфера двигалась по потолку вслед за ними, освещая всё больше и больше площади, пока наконец не осветила прочный деревянный стул с широким сиденьем и высокой спинкой. Его поверхность была щедро украшена разносортными кожаными ремнями…

На этот стул уже яростно сопротивляющуюся девушку усадили насильно. Один сопровождающий держал брыкающуюся пленницу, а второй застёгивал крепления на её руках. Вскоре Риган оставила своё бесполезное занятие, понимая, что ей не вырваться, сколько бы она не пыталась, и стала сидеть смирно, позволяя экзекуторам продолжать работу. В конце концов свободной оставили только шею. Ноги, руки, пояс и плечи было намертво прикованы к злосчастному стулу.

— Закончили? — послышался откуда-то голос Гвина.

— Да, господин Велниб! — хором ответили стражники.

— Хорошо. Тогда прогуляйтесь до моего кабинета и принесите ящик со стола.

— Есть!

Маг появился, едва за конвоирами закрылась дверь. Он успел переодеться во что-то очень простецкое, даже простолюдинское и повязал на шею какой-то странный шарф. В руках у него красовался чем-то наполненный рулон блестящей свиной кожи. Гвин плюхнул его на стол, отчего раздался приглушенный звон, и тихо выдохнул, оперевшись руками на дубовую поверхность.

— Я хочу задать три вопроса, — разрядила обстановку Морриган, пытаясь ёрзать на стуле.

— Задавай.

— Это место… — протянула она, будто бы подбирала слова, но Гвин продолжил самостоятельно.

— Пыточная.

— А ты, стало быть…

— Да.

— Ясно.

— У тебя остался ещё один вопрос.

— Разве? — наигранно удивилась Морриган. — Но я же ещё не задала ни одного!

— Ах ты… — усмехнулся маг, казалось, по-доброму. — Быстро учишься.

Руки, упрятанные в перчатки ловко схватились за край мотка кожи и, резко потянув тот вверх, раскатили его по столу внутренней стороной наверх. Инструменты ярко блеснули на свету и, с лязгом ударяясь друг о друга, рухнули на стол. Некоторые, впрочем, на пол, но маг даже не собирался их поднимать. Он молча смотрел на них, то и дело отводя взгляд в сторону, а потом спросил:

— С чего начнём? — Морриган подумала, что он спрашивает сам себя, однако по затяжному бездействию стало ясно, что Гвин ждёт ответ.

«Мне не страшно. Мне совсем не страшно»

— Я не вижу, что там есть, — честно ответила девушка, стараясь не выдать дрожания голоса. — Выбери на своё усмотрение.

— Ты снова подозрительно спокойна.

— В отличие от тебя, — заметила она. Гвин излишне много говорил, медлил.

— Ты права. Никак не могу привыкнуть к новой… должности.

— Почему людей пытает придворный маг?

— Потому что придворный маг придумал эту систему обучения.

— Тебя заставили быть и исполнителем?

— Приказы Хельма Грэйкасла не поддаются обсуждению

— Я так понимаю, бесполезно говорить: «Если не хочешь — не делай»? — улыбнулась Морриган. Как бы ей не хотелось оттянуть момент, она понимала его неизбежность.

— Бесполезно, — улыбнулся и Гвин. — Хм… Обычно я не разговариваю с… вами.

— И не начинай. Лучше займись делом, — перебарывая себя, произнесла девушка, зная, что запустила необратимый процесс.

— Знай, что это не доставляет мне удовольствия, — сказал маг, осторожно взяв в руку маленький нож на длинной ручке. — Начнём с этого…

Гвин натянул на лицо тот самый странный шарф, который превратился в плотную маску, и развернулся к Морриган. Золотые кудри заправились за уши, чтобы не мешать обзору, когда маг наклонился. Его лица не было видно, но взгляд был не такими, как раньше, он не был равнодушно-холодным. На секунду брови нахмурились, а глаза приобрели брезгливый прищур. Наконец он вздохнул и присел перед Риган на одно колено, обхватив свободной рукой её запястье и приставил лезвие к бледной коже. «Я не боюсь. Мне не страшно»

Девушка сжала руки в кулак и напрягла спину, пытаясь выровнять тяжёлое дыхание. Она продолжала упорно убеждать себя, что всё в порядке, будто бы, если позволит себе признаться в истинном положении вещей, тут же закричит и начнёт умолять Гвина остановиться. Этого нельзя допустить.