Человек, которого не было (СИ) - Кросс Элис - Страница 81

      Крепко прижав дверь, Морриган оперлась на неё спиной, тяжело дыша. Взгляд наткнулся на капли дождя, что застыли на изгибах кованной решетки. Утром шёл дождь, который отчего-то очень симпатизировал девушке. Всё вокруг тогда стало серым и безликим, а единственный звук, заглушающий мысли — мерный звон холодных капель, что бились в стекло рамы. Наверное, такая же погода стояла и у Риган на душе. Солнце ей опротивело.

      Вскоре, казалось, прямо по позвоночнику прошёлся робкий стук. Морриган не заметила, сколько простояла у двери, но быстро пришла в себя. Девушка отошла, а затем неуверенно приоткрыла дверь, словно с опаской — вдруг Хевинг, но затем облегчённо выдохнула. На пороге стояла Верея со странным выражением лица: оно не было радостным или грустным, а может, было и таким, и таким одновременно…

— Что-то случилось? — после долгих переглядок спросила леди.

— Миледи, в-вы за-замуж в-выходите!

— Когда?..

— С-сегодня!

— Что? — недолго помолчав, спросила Морриган, удивлённо подняв брови.

— Лорд только ч-что д-дал распо-поряжение о п-подготовке к обряду. В-вечером обряд!

— А моя семья? А организация свадьбы? — продолжала спрашивать девушка, надеясь ещё хоть как-то оттянуть время.

— Я не-не знаю…

— А ну-ка входи! — распахнула дверь леди. — Расскажешь всё, что слышала!

      Верея услышала немного, однако и это «немного» уже не сулило ничего хорошего. Риган металась по комнате из угла в угол, сложив руки за спиной, но ничего вразумительного так и не придумала. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, девушку бил озноб. Она несколько раз останавливалась, громко выдыхая, надув губы, а затем продолжала свои нервные хождения. Ровно до тех пор, пока в дверь не постучали снова.

— У меня что тут, проходной двор? — сорвалась Риган на стучащего, но затем смягчилась: — Входите!

      На пороге появился молоденький паренёк с такими же испуганными глазами, как у Вереи в первый визит. Он замялся на пороге, едва держа в руках громоздкий сундук, который весил немногим меньше, чем сам вошедший.

— Да поставь ты его, надорвёшься! — скомандовала леди. — Ты лучше скажи, что в замке слышно?

— Ми-миледи…

— Неужто и ты заикаешься?

— Нет, простите… Я не ожидал. Поздравляю со свадьбой… — выдавил юноша, но вскоре виновато опустил глаза, ведь заметил, что выражение лица Морриган предвещало его скорые побои. — Вам прислали платья. Тут много — на выбор…

— Поставь и уходи! И ты, Верея, тоже выйди!

— Н-но, госпожа, я не-не могу в-вас оставить! — воспротивилась девушка, тут же оторопев от собственной смелости.

— «Нет, всё-таки они какие-то забитые…» — подумала Риган, но затем изрекла: — Сходи в бани и скажи, чтобы мне принесли ванну в покои. Не в таком же виде венчаться?

— В-вы согласитесь на предложение? — глаза Вереи засверкали.

— А у меня есть выбор? Беги скорее! Я пока платья посмотрю! У нас времени в обрез!

      Верея, никогда прежде не гулявшая на свадьбах, радостная, выскочила из комнаты, пребывая в эфемерном предвкушении праздника. Паренёк же ушёл ещё быстрее, напоследок поклонившись. Морриган проводила их взглядом, после чего открыла сундук. Платья, конечно, красоты неземной… Но вместо того, чтобы с трепетом ласкать их взором, девушка принялась безжалостно их разрывать, приговаривая: «Согласилась, ага! Два раза! Берите меня в жёны, кто хотите! Я же скотина безропотная! Куда стегнули — туда и побрела!»

      Покончив с последним, леди поднялась, выдохнула, поправила подол своего неброского наряда и выпрямила спину. То, что она задумала, требовало особой решимости. Беспрекословной, не терпящих никаких сомнений. Она быстро подошла к кровати и стянула из-под низа белую простыню, которую вскоре, не без помощи зубов, порвала на три одинаковых отрезка. На удивление, руки перестали дрожать, а мысли пришли в порядок. Это не оставило Морриган сомнений в правильности принятого решения: всё так, как должно быть.

      У леди получилось длинное подобие верёвки, к одному концу которой она привязала подсвечник. Он был нужен грузилом, иначе через толстую потолочную балку эти лоскуты на за что не перекинуть. Риган бросала и бросала, надеясь, что у неё вот-вот получится. Не видя результата, она вновь и вновь поднимала с пола погнутый подсвечник и снова целилась, рассчитывая траекторию. С каждый секундой былая уверенность покидала девушку, подступала паника: услышат, заметят… Шестая попытка увенчалась успехом! Оба конца «верёвки» почти ровнёхонько свисали с обоих краев балки. Риган тут же взгромоздилась на стул и быстро связала их между собой так высоко, как могла. Конечно, она и не надеялась провернуть всё «как положено», для этого у неё не было ни роста, ни навыков, но поводом сдаться эти погрешности не стали.

      Самозатягивающиеся узлы девушка тоже завязывать не умела. Ей никогда не требовалось это умение, хотя она уже тихонько жалела, что никого не попросила её научить. Но и это было не так важно. Она придумала альтернативу: туго завязать верёвку уже на шее, а затем выбить стул. Иного выхода у Риган не было… По крайней мере, она его не видела. Девушка прекрасно помнила свои слова о том, что ни за что не допустит своей помолвки, никогда не станет чужой женой. Во что бы то ни стало, пусть даже такой ценой. Леди чувствовала, что поступает правильно. И страх ушёл.

      Два обыкновенных узла стянулись на шее, девушка выдохнула тот воздух, что ещё теснился в лёгких, надеясь, что так она промучается ещё меньше. Стул, качнувшись, завалился на бок, а Риган рухнула вниз, невольно дёргаясь. Она уже не могла описать свои чувства, да и не думала о них вовсе. Часть сознания пыталась вырвать тело из смертельной ловушки — сорваться, выпутаться; а другая часть, в эту ловушку добровольно угодившая, старалась усмирить первую. Неразделимая вязь боли и всё наступающего облегчения заливалась в тело и сознание, уводила в чертоги разума…

      Кто-то схватил девушку за колени, поднимая в воздухе. Тело уже не слушалось, поэтому Морриган лишь бессильно отклонилась в сторону, продолжая находиться подвешенной за шею. Путы ослабли — «верёвка» разрезана. Лёжа на полу, девушка дышала, пытаясь справиться с огнём, охватившим горло, и бездумно смотрела куда-то в потолок. Из сознательного забытья её вырвал приглушенный утробный смех. Она повернула голову и увидела перед собой Хевинга, что стоял на одном колене.

— Вот так ты со мной, значит? — спросил он, не рассчитывая получить ответ. — Я понял тебя… Знаешь, мне стало ещё интереснее. Так, — он сделал акцент на этом слове, — меня ещё никто не отвергал. Милая, ты не перестаёшь меня удивлять.

      Морриган разобрала его слова, но не смогла ничего ответить. Или не хотела. Сделав ещё пару жадных вздохов, она не смогла справиться к подступившей дремотой и закрыла тяжёлые веки. Желание было лишь одно — не проснуться.

      Нынешнее освещение не резало болезненно приоткрытых глаз. Девушка быстро поняла, что находилась в незнакомом месте, но замка так и не покинула. Комната была обставлена куда богаче прочих, встречающихся Риган. За приоткрытым окном листвой шелестели сумерки, а помещение освещалось лишь двумя зажжёнными свечами, стоявшими в канделябре. При попытке повернуть шею, та отдала отяжеляющей болью и двинулась так туго и топорно, будто давно заржавевшая деталь. Её тут же захотелось потереть рукой, но девушка не смогла этого сделать. Руки оказались туго связанными за спиной.

      Тут Риган уже не на шутку забеспокоилась. Она проворачивала запястья, что больно «стирались» о шероховатую верёвку, но это ничего не дало. Путы нисколько не ослабели, а кожа теперь только горячо ныла. Девушка попыталась протиснуться через петли вязаных оков снова, более яростно, но вновь осталась ни с чем. Связывали на совесть. Прочие попытки освободиться самостоятельно предпринимались лишь от нежелания бездействовать, однако одна привела к кое-чему другому… Неожиданно большой палец упёрся во что-то жёсткое и холодное на безымянном пальце другой руки. Обручальное кольцо, которое не было возможности увидеть, совершенно точно теперь красовалось на правой кисти леди. Девушка, как ни старалась, не могла вспомнить, при каких обстоятельствах оно там оказалось. Какой гнилой поступок — женить силой, без согласия, воспользовавшись бессознательностью избранницы. Куда смотрел священник? Как позволил? Ответов не было.