Человек, которого не было (СИ) - Кросс Элис - Страница 39

Из Ривельхейма по-прежнему не было никаких вестей. Чародейка надеялась закончить до того дня, пока за ней не пришлют кого-нибудь, чтобы лишний раз не ходить пешком в такую даль — конь-то своим ходом отправился домой; Алексии его держать было негде, да и кормить тоже нечем.

Когда же у неё, наконец, получилось воплотить задумку в жизнь, та самодовольно ухмыльнулась и решила передохнуть пару минут, не отходя от стола. На улице уже стояла глухая ночь, глаза тихонько щурились, устав от яркого света, излучаемого тремя свечами. Почему-то Алексии было уютнее, когда горели именно свечи, а не сфера. Последняя излучала какой-то «мёртвый», холодный свет, в то время как свечи сияли живым пламенем, подрагивающим в такт дыханию, создавая всё новые и новые тени, шевелившиеся в пустой комнате. Словно чародейка сидела вовсе не в одиночестве. Очередная иллюзия, но какая приятная… Устало скрестив руки на столе, Алексия уложила на них голову и прикрыла веки, впоследствии не заметив, как провалилась в сон…

Проснувшись утром, она еле-еле смогла разогнуться. Шея противилась и не хотела поворачиваться, спина ныла, а ноги затекли… Кое-как поднявшись, она долго ещё стонала, потирая беспокойные мышцы, а затем наскоро перехватила пару яблок.

Камень с воспоминаниями не сразу отыскался среди десятков других, пустых. Чародейка, к сожалению, не запомнила, куда положила его вчера, и от этого слегка растерялась. Однако, этот камешек, пусть и не так заметно, но всё же выделялся. Лёгкое, тусклое свечение, похожее на дымку, гуляло внутри аметиста, словно тот был совсем полым. Как Алексия ни старалась, она не могла вспомнить, какое воспоминание в нём хранилось, даже отдалённо. Однако, это и был нужный исход. Забытое быстро уместилось в карман.

Сегодня, при удачном стечении обстоятельств, она планировала вычистить весь второй этаж, до которого пока руки так и не дошли. К ассоциациям, влекущим за собой воспоминания о беспечном прошлом, обитающим на первом этаже, она уже как-то привыкла… Каждый день они были одними и теми же, и совсем редко вспоминалось что-то новое, но вот поход на второй этаж… Он означал лишь новый поток болезненных воспоминаний, бесконтрольно всплывающих в памяти от самых банальных вещей, вплоть до щепочки, отколовшейся от доски, а то и от скрипа пола… Странная вещь — «ассоциации». Никогда не знаешь, какая незначительная мелочь заставит тебя с головой уйти в воспоминания, восстанавливая картинки прошлого до мельчайших деталей… И, как правило, в самый неожиданный момент…

Чернильное пятно нехотя рассталось с полом. Кипы бумаг, разбросанные по комнате, вернулись на привычное место в виде начисто протёртого стола. Среди пустых листков попадались выписки из книг, чаще научных или философских; чужие письма, привычно содержащие ответы на вопросы в области алхимии или же рекомендации… Алексия удивленно подняла брови, когда бегло просмотрела множество страниц, которые, к сожалению, были ужасно перепутаны: неужели Уиллар правда во всём этом разбирался, всё это умел?

Вскоре очередь дошла до кладовки. С мокрой тряпкой на лице, служившей защитой, чародейка до самого вечера возилась в кромешной пылище, а слово «кромешная» тут, как нельзя, уместно, ибо стоило неосторожно подвинуть какую-нибудь книжку, как тут же выяснялось, что она там стояла не просто так, а была неотъемлемой (если не сказать, «несущей») частью конструкции под названием «полка», а затем всё её содержимое обрушивалось на пол, не забыв прихватить с собой ещё парочку «подружек по несчастью», и поднималось такое облако пыли, что не спасала даже «маска»!

В конечном итоге, всё было собрано обратно, протёрто, вымыто и отчищено, даже окно выглядело, как новенькое. Однако, внимание чародейки вскоре привлек выглядывающий из-за шкафа уголок картинной рамки, который ранее оставался незамеченным. Любопытство взяло верх, и вскоре картина увидела дневной свет.

С портрета смотрела молодая черноволосая девушка с живым, алым румянцем и выразительными голубыми глазами. Она мило улыбалась, отчего на щеках красовались смешные ямочки. Алексии эта особа чем-то напомнила Эрмеску. Возможно, из-за таких же ненатурально завитых иссиня-чёрных кудрей. Интересно, кто эта девушка? Почему Уилл спрятал её портрет?

Чародейка осторожно разместила картину у стола и, закончив с кладовой, решила покончить с последней оставшейся на этом этаже комнатой — лабораторией. Прежде она ни разу в ней не бывала. Раньше Алексии было интересно, что там, но теперь же стало всё равно. Быть может, тогда её интерес вызывал запрет. Ей строго-настрого запрещали входить туда, а теперь ей ничего не мешало, вот и интрига, сопровождаемая риском, сопровождаемая игрой, всего лишь исчерпала себя. Так всегда бывает: если ты можешь просто взять то, что хочешь, не прилагая никаких усилий, интерес к этому никогда не загорится.

К огромному удивлению, дверь не поддалась. На ней не было ни замочной скважины, ни замка, но она была заперта. Должно быть, тем же заклинанием, что и входная дверь. Оно работало по принципу: «Пускаю тех, кого разрешили, кого не разрешили — не пускаю». На этом моменте Алексия невольно задумалась, ведь зачем закрывать от неё эту дверь, если Уиллар планировал жить тут один, бросив чародейку в Авельхейме? Да и входная дверь признала её хозяйкой и отворилась… Уилл просто забыл о заклятьях или же всё-таки знал, что Алексия вернётся, ожидал этого? Но в таком случае зачем?

Спускаясь с лестницы, девушка продолжила развивать мысль:

«Уилл оставил меня в Авельхейме и исчез… Затем он какое-то время пробыл дома, может, он ждал меня? Тогда выходит, что он покинул его, чтобы разыскать меня, это же объясняет тот факт, что ищейки встретили его именно под Авельхеймом, но… почему так поздно? Столько месяцев прошло, а он так и бродил там вокруг да около? Нет, бред какой-то… Постойте-ка… Если Уиллар действительно был так силён, о чём свидетельствуют слова Эрмески и мои нынешние наблюдения, то какого же чёрта он позволил себя утопить? Ну конечно! Он позволил себя утопить! А если он преследовал какую-то цель? Он знал, что его будут искать, поэтому специально попался отряду ищеек, ведь вряд ли эта ситуация была случайностью, зная Картера… Может, он сделал это, чтобы показать, что на Севере орудуют охотники? Инсценировал свою смерть? Зачем? Но, если он жив, где же он?..»

От осознания, что Уиллар Картер мог быть всё ещё жив, хоть эта догадка и была притянута за уши, Алексия воспрянула духом, но ненадолго. Не дойдя всего четыре ступени, голова закружилась, а затем девушка полетела с лестницы, лицом встретившись с дальней стеной, и темнота…

Громкий и настойчивый стук в дверь был услышан где-то на задворках сознания. Казалось, в доме было уже светло… Чародейка открыла глаза и попыталась подняться, вскоре поморщившись от боли. Коснувшись левой брови и издав шипящее «Ай!», на пальцах она увидела кровь.

— Лис, ты там живая?! — раздалось с улицы. «Лис» её мог назвать только один человек — Кай Сайке, и не сказать, что Алексия была не рада ему. Поделиться с ним своими догадками, придумать что-нибудь вместе было бы очень кстати.

— Да… Иду! — крикнула она, наконец встав на ноги. Чуть прикрыв рукой часть лица, она всё ещё ходила с недовольной гримасой. Хорошо прилетело, ничего не скажешь…

— Что случилось? — казалось, обеспокоенно спросил друг, когда дверь наконец открылась.

— Да лестница мокрая была, скользкая, вот и не уследила. Не переживай. Проходи, — она сама не поняла, почему соврала. Может, не хотела лишних волнений, а может, вопросов.

Оказавшись на кухне, чародейка поставила чайник, а Кай расселся за столом, как-то взволнованно перебирая пальцами, будто сам не понимал, зачем пришёл и о чём хочет говорить.

— Что-то случилось? — поинтересовалась девушка, заметив его поведение.

— Нет. Пока нет.

— Пока?

— Ну… Ничего не случилось в общем. Совсем. И, кажется, не собирается. А, не бери в голову.

— Кай, я думаю, что Уиллар жив, — наконец озвучила ему главную догадку девушка.