Человек, которого не было (СИ) - Кросс Элис - Страница 136

— Тебя бы скорее там убили, если бы узнали, кто ты.

— А может, нет. У меня была ценная информация.

— Численность армии?

— А ещё, например, что король мёртв. Расскажи я это тогда, войну бы ещё можно было остановить, но теперь уже поздно. Это наше заявление воспримут как попытку саботажа.

— Король по-прежнему на троне.

— Это, вероятно, не он. Архиепископ владеет магией иллюзии, он умеет менять лица.

— Почему ты так уверена, что король мёртв?

— Потому что я убила его.

— Как?

— Не спрашивай.

— Н-да… Всё интереснее и интереснее…

Чародейка отошла от него и упёрлась рукой в подоконник. Почему-то ей было легче, если под рукой что-то было, словно это прибавляло ей уверенности. И когда Уиллар был рядом ей отчего-то тоже было спокойнее. Она хотела его коснуться. Хотела бы, чтобы он сказал ей, что делать, как поступить. Чтобы он просто был рядом…

— Давай проясним ещё один момент, — предложил он, глядя в спину чародейки. — Ты сказала, что любишь меня.

— Ты о том, что было в лесу?

— Да.

— Да, я это сказала.

— Это всё ещё так?

Чародейка, приоткрыв рот, сделала глубокий вдох и было хотела что-то сказать, но, по видимому, передумала, выгнав воздух обратно. Она ненадолго замолчала, но затем тихо начала нагрянувшие размышления:

— Я уже произносила эти слова. До тебя. Я сказала ровно то же самое другому и не раз. И я была уверена, что это правда. — Она сильнее вцепилась край подоконника и стала взволнованно впиваться в шероховатый камень ногтями. — Он дал мне цель. Дал мне мечту. И я была готова пойти на всё ради этой мечты. И сам всё отнял… Он оставил меня — сказал, что «такая» любовь ему не нужна. После всего… Я уже столько прошла, стольким пожертвовала, столько сделала… Ужасные вещи… Я изменилась ради него. Через силу, через боль, через страх и вину… Он принимал меня такой, какая я есть, но потом… Потом он не смог смириться с тем, какой я стала. И я не уверена, любила ли его или мечту, которую он подарил… Поэтому… Нет, я не люблю тебя, Уиллар.

Маг чуть сильнее стиснул зубы, но промолчал. Ему нечего было ответить — она уже всё сказала. Он хотел ответ и получил его. Впрочем, иной исход вряд ли бы устроил его. Уиллар понимал, что ничем не лучше того, о ком она только что рассказывала, то и дело ломая голос и хмурясь. Он сам совершал поступки, которые нельзя забыть или простить, и знал это.

— Но, — вновь отозвалась чародейка и выпрямила спину, разворачиваясь к собеседнику. Её взгляд не смягчился — он был полон какой-то суровой, жестокой искренности, но лёгок как никогда, — я верю тебе. Я нуждаюсь в тебе. Я готова убить за тебя и умереть за тебя, для тебя, если пожелаешь, — речь её была сумбурной, но честной. — Я говорила другому, что люблю его и верила в это, но чувства к нему и к тебе… разные. С ним я забывала, как дышать. С тобой… я вспоминаю, зачем я дышу. — Она вновь замолчала, внимательно всматриваясь в меняющиеся выражение лица Уиллара, но не дав ему ответить, продолжила: — Ты не моя любовь, Уиллар. Ты — моя жизнь.

Он несколько секунд пристально смотрел на неё, а взгляд его был крайне удивлённым. Чародейка даже стало откровенно стыдно за только что сказанные слова, и она подумала, что ей вовсе не стоило этого говорить. Но слов обратно не вернуть, да и глупо было бы говорить что-то вроде «Забудь». Однако дальше произошло то, чего она никак не ожидала. Уиллар молча поднялся и вышел из комнаты, закрыв дверь с другой стороны, так и не проронив ни слова.

«Наверное, это прозвучало ужасно… Но он ведь хотел знать ответ, так? Я не виновата, что он такой…», — подумала она в надежде оправдаться, но всё же прикрыла рот ладонью.

Сердце бешено стучало в рёбра, а щёки буквально горели. Ей было крайне неловко, особенно учитывая, что её слова получили столь странный ответ. Или в нём не было ничего странного? Зато мысли чародейки теперь были далеки от прежних переживаний. Она совсем не думала о том, что так сильно беспокоило её ещё несколько минут назад.

Однако дверь комнаты снова открылась и звучно закрылась. Уиллар выглядел также странно, будто бы очень взволнованно, но быстро прошёл вглубь комнаты и почему-то встал так, чтобы между ним и чародейкой стояла кровать. Словно не хотел подходить.

— Ты осознаёшь, что сказала, правда? — спросил он серьёзным тоном, точно собрался ругать.

— Да.

Уиллар потёр лоб, а затем и вовсе сжал переносицу, сильно зажмурившись.

— Тебе не обязательно как-то реагировать на это, — поспешила успокоить чародейка. — Я ничего не требую. Даже то, что было раньше… Тебе не обязательно это «повторять». Мы тогда оба просто развлекались, это ничего не значит сейчас.

— Ты не права, — уверенно возразил маг. — Это не просто развлечение. Развлечься я мог бы и с… другими женщинами.

— Я не понимаю…

— Так, — отрезал он и попытался собраться с мыслями. — Во-первых, ты невыносимо глупая, — зло добавил маг. — Ты ничерта обо мне не знаешь, а то, что тебе известно должно было тебя оттолкнуть, но ты говоришь об обратном.

— Ничерта о тебе не знаю? — вспылила и она. — Да, ты прав. Я ничерта о тебе не знаю. Я понятия не имею, что ты думаешь, что чувствуешь, и всё, чем ты занимался на протяжении того времени, что мы знакомы: пытался меня убить. Это правда.

— Так какого чёрта?!

— Идиот! Ты что, в самом деле ничего не понимаешь? Мне плевать, что ты хотел моей смерти! Ты дал мне всё, чего я хотела! Я верила тебе и продолжаю верить, даже зная правду. Ты действительно защищал меня и пытался помочь, пусть сначала это и было игрой. Ты слушал меня, пытался понять, и ты делаешь это прямо сейчас! Ты давал мне самой выбирать, как поступать! И сейчас, когда я хотя бы могу вспомнить то, что было раньше, я действительно могу это ценить… И я знаю тебя намного лучше, чем тебе кажется.

— И что же ты обо мне знаешь?

— Ты никогда ничего не делаешь просто так, и даже то, что ты спросил меня об этом сейчас тоже имеет смысл. Тебя постоянно гложет вина, и теперь я могу понять, за что. Ты даже находишься в этом замке неспроста… Ты знаешь, что мы все поляжем в грядущей битве и всё равно идёшь туда, потому что жить для тебя куда сложнее, чем подписаться на верную смерть! Давай! Скажи мне, что я не права!

Он промолчал.

— Чего ты так боишься? — спросила она, понимая, что ответа не будет. — В самом деле — жить? Все бояться! И я, и Кай, и Шерл — все до единого! Никому из нас не жилось легко и никому из тех, кто на другой стороне — тоже. Мы все теряли, ошибались и страдали, и не тебе одному так тяжело. Может, я и не знаю, о чём ты думаешь прямо сейчас, что ты чувствуешь… Но, знаешь, если бы ты хотел смерти, ты бы уже умер. Если бы тебе было настолько тяжело, как ты строишь, то и дело напиваясь и погружаясь в работу, чтобы не думать, ты бы уже умер! — повторилась она, повысив тон. — Хочешь умереть? Иди — выпрыгни из окна! Там высоко, ты умрёшь! Но ты не сделаешь этого. Ты не сделал и не сделаешь… Ты хочешь жить. Если бы тебе было всё равно, если бы ты в самом деле считал меня тупейшим созданием в мире, ты бы не стоят сейчас на этот самом месте и не пытался выяснить у меня всё это. Поэтому не смей говорить, что я тебя не знаю!.. Я такая же, как ты. Но я поняла, что хочу жить, когда была уже поздно… И ты поймёшь, когда будет поздно, когда ты упустишь все шансы… Пойми сейчас!

Он снова ничего не ответил, хотя его вид заметно смягчился. А затем он почему-то громко рассмеялся, что окончательно сбило чародейку с толку. Она свела брови и выразительно смотрела на Уиллара до тех пор, пока он не прекратил смеяться, а затем раздражённо выдохнула, отведя взгляд в сторону.

— Я не знаю, почему так отношусь к тебе, — заключила она уже спокойно. — У меня сложилось впечатление, что я тебя знаю. Не в том смысле, который ты в это вкладывал, а… будто я знаю тебя. Уже очень давно. Как будто всегда могла достать до тебя рукой, просто не делала этого, — закончив говорить, она демонстративно протянула руку вперёд и сжала кисть, как будто до чего-то дотронулась, продолжая смотреть в сторону. — Трудно объяснить.