Бабочка для Украины (СИ) - Воронцов Александр Евгеньевич - Страница 21

— Слушаюсь. Так вот, после той бойни нашему Косте-Японцу — кстати, это его, так сказать, кликуха в Ростове — поступила предъява от местной воровской общины. Потому что там в той компании были двое воров, вышли прогуляться, ну, заиграла кровь молодая… Короче, мальчику попытались высказать претензии в мягкой форме, мол, пацан еще, 13 лет. Но наш подросток предъявщиков послал далеко, причем, обоим вломил таких… по первое число, в общем, выписал. И тогда решили пионера наказать уже серьезно, мол, не по чину, молодой да ранний, серьезных дядек парафинит, кровушку проливает. Собрались мальца проучить, пришли к нему домой — а семья этих японцев в частном секторе живет. Ну и как пришли, так и ушли, причем, из шестерых троих пришлось уносить потом… на кладбище.

— Мда, серьезный такой мальчик, — хмыкнул Колесниченко.

— Куда серьезнее нашего Зверева. Семь трупов за три дня. А потом еще двое — когда попытались тихо парня удавить в парке вечером. Тот по вечерам занимался в парке, ну двое сзади пытались удавку набросить. Там и остались… висеть. Милиция утром нашла. Доказать не доказали, но все следы к этому малолетнему японцу…

— А кроме смертоубийства что-то еще этот Токугава умеет делать? — спросил внезапно Сафонов.

— Как оказалось, мальчик прекрасный спортсмен, по крайней мере, отличный гимнаст и акробат. В школе блистает. Ну и в местную секцию по гимнастике ходит, выполнил первый разряд. И еще рисует очень хорошо. Правда, не удалось выяснить, были ли у него эти таланты раньше — с родителями еще беседу не провели, только предварительно наши сотрудники беседовали. Но, судя по рапортам сотрудников милиции, раньше этот Костя вел себя очень скромно. И снова один нюанс — изменения произошли после того, как этот мальчик попал в серьезную аварию.

— А что именно произошло? — заинтересовался уже и Кустов.

— Этот Костя-Японец — я буду так называть его для удобства, имя уж больно непривычное, да и оперативный псевдоним уже за ним закрепился — так вот, Костя этот какую-то девочку спасал, та выбежала на проезжую часть прямо под автобус. Мальчик прыгнул, девочку успел толкнуть на тротуар, а сам был сбит автобусом. Хорошо еще, что водитель успел руль повернуть и удар пришелся вскользь. Но пацану и этого хватило, в больницу доставили быстро, но он неделю был в коме. Ну а потом… сами понимаете… — Шардин виновато улыбнулся, будто он лично виноват в том, что произошло в Ростове.

— А в Одессе что? — спросил Леонов.

— В Одессе-маме то же самое, что и в Ростове-папе. Только там не японец, а еврей. Одесский еврей Миша Филькенштейн по кличке Филин.

— И что это Филин? Многих поклевал? — усмехнулся Валерий Кустов.

— Да есть пострадавшие, — Шардин бегло просмотрел несколько документов из своей папки. — Просто ситуация один в один — скромный еврейский мальчик, скрипка, отличная учеба в школе… И вдруг — бац — скрипку забрасывает, школу тоже, и становится грозой Молдаванки. Райончик, кстати, самый бандитский еще со времен описываемого Бабелем Миши Япончика.

— Да, уж, нашего япончика бы туда, — скаламбурил Колесниченко.

— Не дай бог! Там и так такого этот наш скрипач натворил… Похоже, этот еврейчик попытался там чем-то торговать, его "кинули", он стал разбираться… В результате — три трупа и на Молдаванке этот малец стал просто-таки самым центровым.

— А каким образом действует этот милый мальчик? Тоже холодное оружие? — поинтересовался Колесниченко.

— Нет, этот действует тоже в основном приемами рукопашного боя, правда, на каратэ или что-то подобное его приемы не похожи, специалисты утверждают, что такой борьбы вообще нет. Какой-то набор непонятных движений, но, тем не менее, система эта очень эффективна, причем, даже против вооруженного противника. Именно этот факт меня сразу насторожил, и я дал команду изучить дело Филькенштейна очень тщательно, а все материалы по делу собрать и отправить мне копии.

— Вы, товарищ майор, решили, что это наш случай, только потому, что приемы были неизвестные, или потому, что возраст этого "героя" был слишком мал? — спросил Кустов.

— И то, и это. А еще — точно так же этот Миша Филькенштейн побывал в коме. После выхода из которой он резко поменял свои наклонности — вместо скрипки взял в руки карты, стал торговать, ну а потом стал ручками своими музыкальными убивать людей, — ответил Шардин.

— Ну, слава Богу, он убивал не людей, а преступников, я правильно понимаю? — спросил Леонов.

— Так точно, товарищ генерал, все трое, кого этот Миша убил — рецидивисты, известные в Одессе воры. За то и предъява этому юноше была, ему уже 14 лет, взрослый практически. Вот и решили мальчика на место поставить. А мальчик сам местную босоту построил, сначала к авторитетам пришел и за полчаса развел их, как младенцев.

— То есть? Это как? — Леонов даже встал со своего кресла.

— Да очень просто. Этот Миша Филькенштейн обосновал свою правоту и сам, в свою очередь, сделал предъяву авторитетным ворам, причем, по всем, так сказать, правилам воровского этикета. Перечислил все воровские законы, все "косяки", которые были допущены ворами в отношении его. В общем, чтобы не терять лицо, местные авторитеты мальчика отпустили на все четыре стороны. И теперь он, как говорится, "банкует" на Молдаванке.

— А что милиция? — поинтересовался генерал КГБ.

— А что милиция? Вспомните Бабеля — "где заканчивается полиция и начинается Беня?" Так и там. Это ж Одесса. За трупы мальчику предъявить было нечего — самооборона, ребенок от преступников защищался, а за его криминальные таланты — карты, торговля — так в Одессе это даже криминалом не считается. Ну, фарцует пацан, но так масштабы невелики, для себя, для родственников, он же не цеховик какой, не торгаш. Так что не трогали этого скрипача, а теперь я дал команду не трогать, — Шардин закрыл папку.

— Получается, только Ростов, Одесса, Волгоград и Ленинград? Четверо? — Леонов как бы подвел итог.

— Так точно, товарищ генерал. Миша Филькенштейн, он же Филин из Одессы, боец неизвестного стиля борьбы, Кёсиро Токугава, он же Костя-Японец из Ростова, тоже боец, но еще и гимнаст, а также имеет навыки диверсанта, Иван Громов из Волгограда, снайпер уровня спецподразделения госохраны и Виктор Уткин из Ленинграда, боксер и поэт-песенник. Все четверо, похоже, прибыли к нам по тому же пути, что и опекаемый нами Максим Зверев.

— Так, понятно, будет разрабатывать эту "великолепную четверку". У тебя все, майор? — спросил Леонов у Шардина.

— Почти, товарищ генерал.

— А что еще осталось?

— У меня есть версия, товарищ генерал, того, почему они попали к нам и откуда, — Шаридн встал со своего стула.

— Да ты сиди, сиди, майор. Так что за версия? — Леонов встал и подошёл к Шардину.

— Поскольку все наши пионеры изменились после попадания в кому, я предполагаю, что все они одновременно попали к нам примерно в одно и то же время, что и Зверев, с разницей в месяц-два потому, что там, откуда они прибыли, идут боевые действия. Проще говоря, идет война. О которой и пытался нас предупредить Максим Зверев… — Шардин посмотрел на всех в комнате совещаний каким-то другим, совершенно отрешенным взглядом.

— То есть, ты полагаешь, майор, что в нашем будущем Советский Союз все-таки вступил в войну с империалистами? — генерал Леонов отошел к стене и повернулся к Шардину и всем, кто сидел за столом совещаний.

Но ему неожиданно ответил Валерий Кустов.

— Боюсь, товарищ генерал, что в будущем нашем нас уже не будет. Я имею в виду, не будет Советского Союза, как государства. И война будет не одна…

Начальник информационно-аналитического управления внешней разведки КГБ СССР генерал-майор Николай Леонов молча снова подошел к своему столу, сел в кресло, и только потом, открыв свой блокнот и черкнув там что-то, поднял голову и произнес:

— Ну, что ж. Вы все, здесь собравшиеся, вплотную подошли к самой серьезной государственной тайне СССР, которую я, генерал-майор Комитета государственной безопасности, могу вам открыть. Я не буду брать с вас никаких подписок, потому что даже если вы решитесь кому-то об этом рассказать, то вам поверят только в одном учреждении — психиатрической больнице. Поэтому обойдемся без формальностей…