Два мужа для ведьмы (СИ) - Сладкая Любовь - Страница 40

— Я тебя просто обожаю, — прохрипел Рауль, а его глаза увлажнились. Как и член, к которому я приникла губами…

Медленно пройдясь своим острым язычком по нижней стороне ствола — от мошонки и обратно, я с наслаждением вобрала в рот головку и замерла. Муж при том издал вздох наслаждения, и его член налился с новой силой. Затем я сделала языком круг, обводя им головку, и резким движением насадилась на член, погрузив его в рот наполовину. Заработав язычком, я посасывала и лизала. Рауль же смотрел на меня с высоты своего роста, и в его взгляде пылала страсть и вожделение. В один момент, когда я ощутила, как невероятная твердость запульсировала у меня во рту, он выдернул член из моих губ и приставил к моей напрягшейся груди, возбудившиеся соски которой торчали, словно вершины скал.

Рауль вдруг задергался, а его напряженный член начал толчками выплескивать из себя белесые сгустки спермы. Они попадали прямо мне на грудь, в лицо, на губы, которыми я сразу же слизывала ароматную амброзию, слаще которой не было ничего в мире.

После этого, подняв на руки и расцеловав, муж понес меня к постели, на которую и уложил, сам же пристроился сбоку и продолжил ласки. Наконец, получив и свою разрядку, я снова погрузилась в полудрему.

Очнулась, когда был глубокий вечер.

— Ну что, родная моя, так зачем мы сюда приехали? — сидя напротив меня на кресле и собственноручно лаская свой член, спросил Рауль, что я даже смутилась от его свободной и самоуверенной развязности.

— Будем искать Сицилию Амбр, — неожиданно краснея, ответила я, ощущая вновь пробудившееся возбуждение и страшась того, настолько же похотливой я стала.

— И что? Прямо сейчас отправимся в Квартал? — спросил меня мужчина, его же темно-сливовые глаза говорили мне о совершенно иных намерениях.

— Даже не знаю… может и не совсем сейчас, но… надо пойти.

— Ночью? — медленно поднимаясь с кресла и не переставая теребить член, понизил тембр Рауль.

— А что?

— Но я-то могу туда пойти: для мужчины ночью будет даже как-то логичней. А вот ты?

— Я тоже… — ощущая, как его сильные руки уверенно стягивают из меня панталоны, простонала я, даже не пытаясь контролировать возбуждение, прорастающее внутри моего женского естества.

— Ну вот это уж нет, лучше-ка прежде я сам попробую удовлетворить тебя, — без всякого сопротивления проникая головкой члена внутрь моего росящегося цветка, простонал муж, делая медленные толчки, его же руки сжимали мою грудь.

— Ах… — я извивалась под ним змеей, ощущая приближение неотвратимого.

Мокрые и утомленные, через четверть часа мы лежали в объятиях друг друга, решив отложить посещение борделя в Ла-Мало на завтра.

Итак, ранним утром следующего дня (уже третьего по счету, и я прямо-таки дрожала от страха, потому что полнолуние было в пятницу, и мне оставалось всего лишь трое суток на дорогу обратно, чтобы поспеть в нужный строк посетить избушку ведьмы), когда рабочие спешили по своим делам, а важные господа еще спали, одевшись поприличней, мы вместе с моим мужем, виконтом Раулем де Альбе двинулись в сторону Квартала продажных девиц.

Без труда найдя нужное нам место, всю дорогу расспрашивая о нем у удивленных прохожих, мы попросили показать нам дом, в котором жила управительница.

— Вон там, — указав на милый двухэтажный домик, красиво увитый плющом, верхние стебли которого доставали до черепичной крыши, полусонная девица сомнительной наружности только хмыкнула, смерив при том меня с ног до головы. Я же не поленилась в ответ скорчить ей жуткую гримасу, какую видела на роже одной из ведьм, безудержно веселящихся на недавнем шабаше.

— Спасибо, — не подозревая, отчего это девица так удивленно на меня смотрит, вежливо сказал мой муж. — А как зовут госпожу?

— Вон у нее и спрашиваете, — изумленная моим поведением девица попросту указала на меня пальцем. — Должно быть, эта кикимора ее знает.

— Почему вы так о моей жене? — набычился Рауль.

— Да ладно тебе, — потянула я его за руку, чуть было не опрокинув, так как от невнимательной неожиданности он споткнулся, зацепившись носком туфля за бордюр. — Спросим у кого-нибудь другого. Разве не видишь, девушка не выспалась сегодня? Наверное, по той же причине, что и я, — и снова, незаметно для Рауля, я скорчила ей еще более жуткую гримасу, закатив под лоб глаза и изо всех сил высунув язык (которым выразительно провела по верхней губе).

Сама не знаю, что на меня нашло, но ведьмовской азарт, по всей видимости, таки успел пустить корни в мое сознание и теперь так вот давал о себе знать.

— Пойдем, — еще раз споткнувшись и чуть было и вправду не упав, мой муж был сильно удивлен странным поведением прохожей. Я же, зажав ладонью рот, безудержно расхохоталась, не успев вовремя подавить порыв.

— Ее зовут Ружалинда, — все-таки прокричала нам вдогонку девушка, по всей видимости, приняв нас с Раулем за ненормальных.

И вот, беспрепятственно миновав деревянную калитку, мы подошли к крыльцу дома и постучались.

Потом, представившись и сказав, что нам нужно повидать госпожу Ружалинду, в сопровождении высоченного худого очкарика, проследовали по коридору и вошли в комнату, ярко освещенную лучами солнца, прорывающимися внутрь сквозь белую кружевную занавеску.

Утопая в мягком кресле, посреди комнаты сидела толстая старуха. На голове ее был чепец, а в руках мелькали спицы: женщина плела шерстяной чулок.

— Здравствуйте, госпожа Ружалинда, — галантно поклонился виконт Рауль. — Нам необходимо с вами переговорить. Простите, что потревожили в столь ранний час, но дело не терпит отлагательств. К тому же ваш слуга сказал…

— Не стоит извиняться, — взглянув на нас испод круглых очков, торчащих у нее на переносице, хрипло ответила старуха. — Как видите, я не сплю. Говорите, что надо.

— Нам нужна девушка… — несмело вмешалась я, переступая с ноги на ногу и удивляясь, что это Ружалинда не приглашает нас присесть.

— Здесь всем нужна девушка, — хмыкнула хозяйка публичного дома, — а вам-то она зачем? И кто именно? Девиц у меня много. Да, кстати, проходите и садитесь, чувствую, разговор у нас получится интересный. Георг, принеси чаю и печенье.

Через несколько минут перед нами был поставлен красивый фарфоровый сервиз, вазочка с вареньем и горка сахарного печенья, присыпанного пудрой и орехами, источавшая невероятно вкусный аромат.

— Нам нужна Сицилия Амбр, — взяв в руки чашку с чаем и принюхиваясь к аромату трав, из которого он был сделан, сказала я.

— Только и всего лишь? — старуха от удивления чуть не выронила спицы. — Зачем вам эта доходяга? Странно.

— Дело в том, что… — приободрившись от пренебрежительного тона, с которым отозвалась о девушке Ружалинда (значит, многого не затребует), я решила говорить прямо: — Мы хотим забрать ее с собой.

— Как это? Куда забрать? И надолго?

— Навсегда.

— То есть?

— Мы приехали за Сицилией по просьбе ее сестры, — подхватил нить разговора виконт Рауль. — Поэтому нам с ней нужно поговорить.

— Так не пойдет, — хитро сощурилась старуха, поняв, чего мы от нее хотим. — Эта бледная поганка — моя собственность, у нее подписан контракт, и пока она его не отработает, отсюда ни ногой.

— И какую же сумму нам следует уплатить, чтобы девушка была свободной?

— Эх, а я так сходу и не скажу, — Ружалинда даже заерзала по креслу, предвкушая выгодную сделку.

— Мы подождем.

— Долго придется ждать, так как пока я посчитаю…

— Платим вдвое больше, — Рауль произнес эту фразу настолько уверенно, что бабуля оглянулась и, пальцем поманив к себе Георгия, шепнула ему что-то на ухо.

— Ну, если так…

Через минуту парень принес и подал ей довольно-таки потрепанную бухгалтерскую книгу, в которую госпожа Ружалинда, по всей видимости, записывала свои финансовые операции. Поправив очки, она обмакнула палец в стоящую рядом вазочку с водой, а затем перевернула им несколько страниц.