Ловушка разума (СИ) - Печурина Мария - Страница 47

Я сползаю с коленей мужа. Он нехотя отпускает, но стоит мне встать на ноги, как хватает за руку.

— И в наших с тобой отношениях мы тоже разберемся, маленькая, — произносит хрипло, поглаживая мое запястье.

— Конечно, — робко улыбаюсь, и, чтобы хоть как-то скрыть накатившую на меня растерянность, я показываю в сторону двери. — Пойду… приму душ.

— Хорошо, — кивает Рей и выпускает мою руку. Почему-то чувствую себя какой-то потерянной из-за этого. Да что со мной твориться?

Только прижавшись спиной к двери ванной, я могу чуть расслабиться и понять, что мои ноги едва держат меня. Однозначно стоит побыть сейчас наедине с собою. Нужно собраться, взять себя в руки. Показаться Рейгану теперь жутко стыдно. Все-таки с завязанными глазами было проще. Рядом с мужем я однозначно становлюсь сама не своя. Что причина этому? Наша связь? Тогда я в большой беде, потому что внезапно проснувшиеся чувства совершенно не то, что я хотела бы перед ним обнажать. «Чувства…» С каких пор я так спокойно отношусь к происходящему между нами? А может я действительно влюблена в него? «О, Боже. Неужели это действительно так?». Хотя, чего я удивляюсь, если он не мог внушить любить себя, то значит я просто… просто… «Да нет же. Сейчас я немного устала». Последние события выбили меня из привычного ритма. Столько эмоций, впечатлений. Не удивительно, что я вцепилась в Рейгана, как в спасательный круг. А ведь хорошо все продумали. Родители уехали, оставив меня на попечение мужа, которого, хотела я этого или нет, мне пришлось воспринять, как безопасную гавань. Ха-ха. Я даже начинаю говорить егословами.

Стоя под душем, наконец-то осознаю, что я наговорила Рейгану. Вода омывает все тело, стекает по волосам, убегает вниз. Прижимаюсь лбом к стене, облизываю губы, собирая с них влагу. Понемногу прихожу в себя, хотя голова все еще тяжелая от мрачных мыслей.

Из сложившейся ситуации получается сделать лишь один вывод — мне нужно время, чтобы переварить все случившееся и особенно рассказанное Рейганом. И переваривать я должна вдали от мужа. Убеждаю себя, что время, проведенное вместе, ничего не изменило. Лгу себе, знаю, но продолжаю бороться за свою свободу. И не зря.

— Шерри, — начинает Рей, когда я выхожу из ванной, — ты не будешь против, если мы поживем в квартире несколько дней?

— Мы? — растерянно переспрашиваю.

— Дом должны привести в порядок… — муж останавливается, замечая, как я кривлюсь от его слов.

— Я собираюсь вернуться к родителям, Рей, — спокойно произношу и чувствую, как сил что-либо доказывать и убеждать в верности своего решения нет. Я устала. Чертовски сильно устала. Плюхаюсь в кресло и прикрываю глаза.

— Милая, теперь нет смысла жить раздельно.

— Ты же только недавно говорил, что подождешь три года, — едва слышно произношу я.

— Да, говорил, — кивает, тяжело вздохнув. — И я собираюсь сдержать свое обещание, но мы можем жить вместе, в одном доме… — и добавляет, наблюдая за мной. — В разных комнатах.

— Я не могу.

— Ты не можешь жить все три года с родителями, Шер, — приводит он новые аргументы. Я с ним даже согласна, но только ему об этом не скажу.

— Они меня не гонят.

— Ты моя жена, милая. Мой долг обеспечивать тебя всем необходимым, — он поднимает руки, показывая, что сдается. — Ладно. Не хочешь жить со мной в одном доме, но тогда переезжай в квартиру или в дом.

— Мы это уже обсуждали, Рей.

— Я не могу без тебя, — выпаливает он. И вместо привычного властного порой даже жесткого вампира я вижу абсолютно растерянного парня. «Не поддавайся».

— Ты сам… сам себя на это обрек, — выдавливаю. — Ты держал меня под внушением. Тебе было так удобно? Ты струсил. Теперь за это расплачиваешься. Вместо того, чтобы попытаться ухаживать, ты пошел по простому пути — забрать и подчинить. Мне даже цветы дарят совершенно незнакомые мужчины!

Я вскакиваю с кресла и подхожу к шторам. Видеть за плотной тканью я ничего не вижу, но хочется просто быть подальше от Рейгана, до которого кажется стал доходить смысл сказанного мной.

— Что? — рыкает он. — Цветы?!

Зря. Очень зря я это сказала. И ведь я подсознательно была уверена, что красивый букет от Рейгана.

— Представь себе, — язвительно произношу я. Он начинает хохотать, качая головой.

— Представь себе, — я оборачиваюсь, в тот миг, когда его лицо искажается яростью, — эти цветы были от меня!

Он еще пару секунд ожидает моей реакции, но я стоически выдерживаю его острый как бритва взгляд. Рей уходит. От хлопка двери я даже вздрагиваю.

Призрачная надежда, что все стало налаживаться между нами, ускользает вместе с моими слезами.

Рейган не появляется ни через час, ни даже когда на особняк опускаются сумерки. Я нервничаю и мучаюсь чувством вины. Да-да, как бы это не смешно звучало, но мне стыдно за свое отношение к мужу. Если еще рассматривать это в контексте нашей связи, то выходит, что я своими же руками рушу наши отношения.

Я рассматриваю территорию короля уже добрый час. Наконец-то хоть какое-то движение на улице. Перед особняком собираются вампиры. Я с любопытством наблюдаю за ними. Вот из дома выходит король. Его-то трудно не узнать — высокий рост, широкий разворот плеч и темные волосы, собранные в короткий хвостик. Но скорей всего даже не внешние данные играют здесь главную роль, а его уверенные движения и реакция вампиров, при его появлении тут же умолкнувших и подтянувшихся.

— Ты готова? — раздается за спиной. Я вздрагиваю от неожиданности и резко оборачиваюсь.

Рей не смотрит на меня, забирая свои часы с прикроватной тумбочки. Я долгое время держала их в руках, не могла отпустить… ну да ладно. Я же не настолько помешанная. Правда?

— Рей, я… — сжимаюсь под безразличным взглядом, который пронзает сердце. Мне становится зябко. Обхватываю себя руками, но мурашки волной бегают по спине, по ногам.

— Готова? — повторяет свой вопрос муж. Теперь у меня еще и руки дрожат.

— П-прости меня, — наверное лучше стоит смотреть куда-то, но только не на Рейгана. Стоит, но я не могу отвести от него взгляда. Выглядит он все таким же уставшим, и это убеждает меня в неправильности моего поведения. — Я… мне не стоило говорить тебе… я догадывалась, что цветы от тебя. Я не… не знаю, зачем сказала те слова.

— Это все? — все так же прохладно уточняет Рей. Я мотаю головой. Он изгибает бровь, мол, ну же, скажи мне. А что я еще могу ему сказать? Вместо слов, я подхожу к нему, встаю на носочки и, потянув на себя, вынуждаю склониться. Его губы сухие и мягкие, горячие словно нагретый на солнце песок. И они не отвечают на мой поцелуй. Я отстраняюсь, не веря в происходящее. «Это просто не могло не сработать!» В полной мере осознаю, что значит быть отвергнутой.

— Не стоило себя так утруждать, Шерри, — слышу над собой злой голос мужа. — Если ты закончила, я отвезу тебя к родителям.

Не домой, а именно к родителям. Специально подчеркнул это.

Становится тоскливей вдвойне. Я могу только кивнуть, боясь теперь вообще смотреть на вампира.

Особняк мы покидаем в спешке. Я вскользь прощаюсь с королевской четой и Роксаной. И очень надеюсь, что они списали мой подавленный вид на состояние здоровья.

Вся дорога домой проходит в молчании. Я варюсь в агонии собственной тоски и безысходности. Стараюсь, как могу сдерживать дрожь, которая охватывает тело.

— Спасибо, — сипло произношу, когда машина останавливается перед воротами родного дома. Рейган ничего не отвечает.

Все как в тумане. Я еще даже не дохожу до калитки, как автомобиль, свистя шинами срывается прочь. Охранники смотрят на меня удивленно. Я, кажется, выдавливаю из себя улыбку.

— Шерри? — восклицает мама, спускаясь со второго этажа. Она явно не ожидала меня увидеть сегодня. — А где Рейган?

От этого вопроса плотину, до этого державшуюся на честном слове, срывает. Губы начинают дрожать, как и все тело. Слезы обжигают щеки. Я кидаюсь к маме и рыдаю у нее на плече.