Мара из Троеречья (СИ) - Gradiva Gala - Страница 93

В сопровождении стражника-усача, умывшись и наспех заплетя косу, девочка спустилась в сад, где уже ждал ее Роланд. Вороной конь умиротворенно щипал траву, не отходя далеко от хозяина, то и дело, с хищным интересом поглядывая на цветущие розы.

Окинув спутницу придирчивым взглядом, Роланд нахмурился — в новой одежде девочка казалась не важной гостьей княжеского дворца, а незадачливой воришкой, укравшей барское тряпье не по размеру. Он вздохнул, но смолчал.

Искусно отороченную серым заячьим мехом накидку из свертка Марушка, брезгливо удерживая двумя пальцами, молча сунула воину. И та, вместе со старым платьем, отправилась в седельную сумку.

— Где Лис? Я без него не поеду, — пробурчала Марушка, оглядываясь.

— Мне донесли, что твой хорёк ушел кутить на всю ночь, а теперь спит у ворот, — пожал Роланд плечами. — Я помню твое условие — коня ему сейчас приведут. А пока можешь сходить, проверить и разбудить его заодно.

В этом не было особой нужды, но Роланду, измотанному переговорами с княгиней, захотелось дать девчонке хотя бы видимость свободы — за воротами дежурили с ночи его люди, и дальше аршина, вздумай она снова бежать, ступить бы не дали. Впрочем, пока та искала в его словах подвох, стражник-усач решил выслужиться — и вскоре, привел, схватив за плечо пыльного, заспанного Лиса.

— Я больше не буду тебя лечить! — возмутилась Марушка, разглядывая рыжего в сумерках — рядом с проходящим, буро-желтым пятном, расплывшимся от виска до переносицы, чернел свежий синяк. Точно под глазом.

— Это я уже слыхал, — Лис стряхнул руку стражника, потянулся, хрустнув суставами, и наклонился к Марушке: — А еще про башню, — едва слышно сказал он, щекоча губами ее ухо. — Никуда мы с ним не поедем. Сбежим по дороге, как удобный случай выдастся. Пусть сам свой ключ на остров Мудрецов тащит. Только виду не подавай. Поняла?

Марушка растерянно кивнула, и собралась было выпытать у Лиса, откуда он знает про остров и дальнейшие планы Роланда, но тот уже отошел в сторону, делая вид, что увлеченно изучает ползущую по яблоневой ветке волосатую гусеницу. «Если они в сговоре, зачем Лис предложил мне бежать?» — Марушка тряхнула головой, и неуверенно ступила к Роланду:

— Я ключ оставила в башне, — шепнула она, дернув его за рукав. — Ты нашел его?

Роланд, затягивавший тесемку на сумке, отвлекся и растерянно посмотрел на девочку:

— Что?

— Я оставила ключ в башне, — медленно, едва ли не по слогам, повторила она.

— А, точно, — Роланд попытался улыбнуться, но вышло неважно — Марушка, на всякий случай, отступила в сторону. — Эй, хорь, — повернулся он к Лису. — Видишь белую башню?

Лис, скучая в ожидании, обрывал махровые лепестки белой розы и наблюдал, как причудливо кружат они, падая на землю. Застигнутый врасплох, он сунул лепесток в карман, неожиданно для себя наткнувшись пальцами на бархатный мешок. Рассеянно посмотрел в указанном направлении и поспешно, виновато кивнул.

— Сбегай-ка, принеси оттуда ключ, — попросил воин.

— Тебе, видно, сильно досталось в битве с костяным уродцем, да? — сощурился Лис, не спеша уходить. — Ты меня за ключом посылаешь? А если я свалю с ним? Суну в карман и поминай, как звали?

— Это мой жест доверия, — рявкнул Роланд, отвернувшись и с остервенением завязывая тесемку тугим узлом.

Марушка заметила не только усталость, разлившуюся темными кругами под глазами воина, но и разительную перемену в его отношении к ней и Лису. Впрочем, связать происходящее ни с чем не получалось — разве что, матушка Заря откликнулась на ее молитвы, и подменила ее похитителя на кого-то добрее. Марушка так и стояла, разинув рот, пытаясь прожечь пытливым взглядом дыру в спине Роланда, пока тот, подняв длинную веревку, сматывал ее и прятал в карман куртки.

Лис зевнул и побрел к башне. Ключ он нашел быстро, но возвращаться не спешил. Остановившись в укромном месте, у поросшей белесыми грибами сливы, сел на землю и выудил из кармана бархатный мешочек. Все завертелось — костяное чудище, бесславная гибель Кайдала, Марушка, которая не загордилась во дворце, а сидела взаперти в пропахшей пылью и плесенью комнатушке высокой башни, а затем вышибала в «Хромом Коне», предупрежденный, что предателя Лиса на порог пускать не стоит, за то, что с дворцовой стражей якшается… Вот Лис и забыл о срезанной с пояса чародея добыче.

Он взвесил мешочек на ладони, предвкушая если не сокровища внутри, то хотя бы пару драгоценных камней — уж больно тот оказался легким.

Оглянувшись по сторонам, Лис развязал шнурок и тряхнул добычу, подставив ладонь. Содержимое заставило его брезгливо поморщиться.

— Холера!

Из мешочка просыпались синие и желтые перья да тонкие птичьи кости. Маленькие лапы с острыми коготками царапнули ладонь. Высушенная голова синицы выкатилась последней, темнотой пустых глазниц с укором глядя на Лиса.

— Эй, парень, поди-ка сюда! — устало прохрипел смутно-знакомый голос сзади. — Все утро тебя ищу…

Лис вскочил и попытался втоптать просыпанные кости в рыхлую землю.

— Слышишь меня? — воевода Тихомир подошел сзади и подивился Лисовым попыткам носком сапога зарыть мертвую синицу: — Это что еще такое?

— Пичугу нашел, — пояснил Лис, собираясь спешно ретироваться, — Марь расстраивается, если мертвечину не похоронить… — развел он руками.

Тихомир задумчиво кивнул.

— Я чего предложить хотел, — прокашлялся он, — ты парень хитрый, вертлявый… но вроде неплохой. Толк из тебя может выйти. Не хочешь ко мне в обучение пойти? — предложил воевода и, даже заметив кривую ухмылку Лиса, продолжил, как ни в чем не бывало: — Подумай. Оружием снабдим. Потом, может и коня найдем… То, что денег у тебя нет — не переживай, выкрутимся. А останешься в дружине, какое-никакое жалование выбьем….

— Спасибо, старик, но мне ехать надо, — Лис потоптался по горке земли, скрывшей синичьи кости. — Видал, Роланд там уже коня запряг?

— Так потом, — согласился воевода. — Дело решите, вернетесь. Девчонку коли себе возьмешь, ее прокормить надо будет, так?

Лис, преодолевший с десяток шагов, дернул плечом и остановился.

— Слушай, дед, — оскалился он, обернувшись, — у тебя уже есть преемник, ему и вешай свою лапшу, понял? Мы с Марью сюда не вернемся, даже если с неба начнут падать камни. Гостеприимством вашим наелись досыта, — закончил Лис, указав сначала на темнеющее окно башни, а затем на свежий синяк у себя на лице.

— Как знаешь, — махнул Тихомир ему вслед. — Вдруг передумаешь — приходи. Я возьмусь тебя учить.

Лис саркастично фыркнул, удаляясь. Воевода, поглаживая бороду, с сожалением провожал его взглядом.

* * *

Радмила пришла без сопровождения, и Марушка даже прослезилась от напряжения, высматривая в кустах затаившихся воинов. Всего несколько напутственных слов княгиня шепнула Роланду, а возле Марушки неожиданно опустилась на одно колено и, отпустив подол платья, взяла ее руки в свои теплые ладони.

«На Федору как похожа, — вдруг дернулась Марушка, несмело глянув на княгиню, — только моложавей сильно. И Федора седая вся была…»

Радмила улыбнулась ей и убрала руки. Что-то круглое и горячее осталось в кулаке у Марушки.

— Носи и не снимай, — мягко приказала Радмила.

Марушка, дождавшись, когда та встанет и отойдет, раскрыла ладонь — в руку ей княгиня вложила яркую бусину, покрытую рыжей эмалью с нарисованным синим глазком. Продетая сквозь массивную бусину белая лета отливала золотистой вышивкой.

Девочка не мешкая, повесила ее на шею — и бусина заиграла огненными отблесками на светлом сарафане в первых лучах восходящего солнца.

— Вас сопроводят до тракта — дальше, как ты и хотел, — на прощание бросила Радмила Роланду и добавила тихо: — Сделай все, как должен.

Княгиня покинула их, когда Лис, насвистывая и подкидывая ключ на ладони, дошел до места сборов. Строптивая, белая в яблоках лошадь уже ждала его.

Марушка опасливо разглядывала коней, предвкушая полную тряски поездку: «В повозке ехать всяко безопаснее… и ближе до земли» — грустно решила она, поправив ленту на шее — бусина ощущалась чем-то чужеродным, тяжёлым и, смешиваясь с лучами солнца, казалось, на самом деле обжигала грудь. Только слова Радмилы не позволяли ей стянуть украшение и запрятать в сумку с пожитками — ну, как княгиня с волшбой знакома, и может наблюдать за нею?