Восхитительная ведьма (СИ) - Джейн Анна - Страница 98

Вот стерва! Неужели решила, что он ее? Наверняка милейшая бабулечка пообещала ей отдать Олега на растерзание.

— У вас рука не на месте, Элина, — громко сказала я, хотя Олег уже и сам высвободил свою ладонь. На его лице было написано недоумение.

— Эльвира, — поправила она меня с мерзкой улыбочкой.

— Какая разница, — отмахнулась я, — я все равно не запомню.

— А вы постарайтесь, — с потаенной угрозой сказала брюнетка.

— Ох, простите, мне сложно запомнить имена всех девиц, которые вешаются на моего парня, — премило улыбнулась я. — Да и ни к чему это. Лишний мусор в голове.

— Мне показалось, или вы намекнули, что я мусор? — прищурилась Эльвира.

— По-моему, я открыто это сказала, — отозвалась я крайне вежливо. И люди, сидевшие с нами за столиком, изумленно на нас уставились.

— Перестаньте, что вы устроили? — нахмурился Олег.

— Извини, — вздохнула незаметно перешедшая с ним на «ты» Эльвира. — Сама не знаю.

— Я ревную, — надулась я, решив, что Олег устроит мне выговор, но он удивил меня. Обнял у всех и погладил по щеке.

— Не стоит, малыш. Ты же знаешь — мне нужна только ты, — сказал он, и я победно взглянула на поскучневшую Эльвиру. Она нахмурилась, а я, пользуясь моментом, показала ей кончик языка. Да, это было по-детски, но как же вспыхнули ее глаза!

К этому времени банкет закончился — официанты так же одновременно унесли блюда, чтобы подать кофе и десерт. И Валентина Анатольевна, воспользовавшись паузой, снова вышла на сцену — красивая, сияющая и уверенная в себе. Она мало была похожа на бабушку в привычном понимании этого слова, настоящая бизнес-леди. Моя бабушка была совершенно другой — уютной и теплой.

Валентина Анатольевна сказала несмешную шутку, которую присутствующие поддержали вежливым смехом, и посетовала на быстролетящие годы, и снова поблагодарила гостей.

— Хочу сказать отдельное спасибо моему внуку Олегу, — сказала вдруг Валентина Анатольевна и ее взгляд устремился к нашему столику. — Моему наследнику. Не думала, что он из маленького мальчика станет настоящим мужчиной.

Гости снова зааплодировали. К Олегу подскочил метрдотель и повел его на сцену. Сопротивляться он не мог — слишком многие в этот момент на него смотрели. Олегу вручили микрофон, и попросили сказать слова поздравления. Я видела, что он растерян — о выступлении его явно не предупредили, а импровизацию Олег, привыкший действовать четко по плану, терпеть не мог.

— Наследник — это слишком громкое слово, — начал он своим хорошо поставленным преподавательским голосом. — Но я рад тому, что сегодня все вы собрались здесь, чтобы поприветствовать мою бабушку. Годы идут, но она остается такой же, какой я запомнил ее в детстве. Ухоженная, уверенная, привыкшая все решать сама. Иногда мне кажется, что вы взвалили на свои плечи слишком многое. Я хочу пожелать вам крепкого здоровья и гармонии.

Я улыбнулась. Олег не стал лебезить перед своей властной бабушкой, называя лучшей в мире и придумывая нелепые эпитеты. Нашел правильные слова и тонко намекнул на то, что она пытается решить за него.

Выслушав внука до конца, Валентина Анатольевна обняла его, и мне показалось, что это был ее искренний порыв. Я даже вдруг подумала, что, возможно, она так хочет устроить личную жизнь внуку, потому что действительно беспокоиться о нем, хоть и не принимала участия в его воспитании. В преклонных годах даже самые жесткие люди часто становятся сентиментальными и понимают, насколько неправы когда-то неправы.

Когда я решила про себя, что Валентина Анатольевна может быть не такой мегерой, какой казалось, как она громко сказала:

— Также я хочу поблагодарить дочь своей давней подруги, которая стала мне как родная. Эльвира, прошу, выйди к нам.

Гости вновь зааплодировали, и Эльвира, довольно улыбаясь, поднялась на ноги.

— Наивная дура, — тихо сказала она мне, проходя мимо. и устроилась к сцене стремительной походкой. Я едва сдержалась, чтобы не ответить ей. Вот же стерва! И Валентина Анатольевна хороша — она специально позвала на сцену Олега и чертову Эльвиру. И, встав между ними, обняла обоих.

— Мои внук и внучка, — сказала она со смехом. — Прекрасная пара, верно?

Гости ее поддержали, а грузный мужчина хмыкнул:

— Я же говорил.

Однако продолжить ему не дала жена, за что я была ей благодарна.

Да, со стороны действительно казалось, будто Олег и Эльвира — пара. Думаю, на это Валентина Анатольевна и рассчитывала. Видимо, у нее действительно были серьезные намерения относительно Эльвиры, Олег не зря беспокоился.

Сияющая Эльвира вернулась за стол первой, и, проходя мимо, она «случайно» задела мой бокал с водой, которая мгновенно оказалась на моем платье. Вышло это у нее так ловко, что даже я мысленно восхитилась — никто даже и не заметил, кроме меня, разумеется.

— Упс, прости, — положила она мне руку на плечо, думая, что я начну истерику. Наверняка хотела вывести меня из равновесия. Это отличная тактика, чтобы показать кого-то в плохом свете. Однако я не собиралась доставлять ей такого удовольствия, хотя мне хотелось вскочить и, как следует, оттаскать ее за волосы.

— Бог простит, — философски заметила я и улыбнулась Эльвире. — Не переживай, я заранее испачкала тебе соусом стул.

Я поднялась и, спросив у официанта, где находится туалет, ушла, краем глаза заметив, что, прежде чем сесть, Эльвира рассматривает свое место. Поверила, идиотка.

Глава 53

На черном не было видно пятна, и именно это меня спасло от лишних взглядов, однако весь подол был мокрым — мне пришлось долго сушить его в туалете. Сказать, что я была зла — не сказать ничего. Эльвира раздражала меня до кровавых зайчиков в глазах, но я держалась. Девушка Олега должна быть гордой и преисполненной чувства собственного достоинства. Да и вообще, чем меньше обращаешь внимания на всяких шавок, тем крепче нервы.

Я почти высушила платье, когда Эльвира появилась в туалете, и кроме нас двоих в нем никого больше не было. Она увидела меня и криво улыбнулась. Эльвира больше не была веселой и милой, как в разговоре с Олегом — показала свое истинное лицо.

— Что, все-таки сели на соус? — спросила я с усмешкой.

— Девочка, ты многое на себя берешь, — сухо сказала она, встав рядом, и достав пудреницу.

— Это вы берете. Чужое. Вернее, чужого мужчину, — добавила я, чувствуя, как поднимается изнутри ярость. Волна за волной. Глубокая, но холодная. — Мой Олег так вам понравился?

— Не выдумывай. Он не твой, — фыркнула она, приходясь спонжем по ровной загорелой коже. — И ты это знаешь.

— Это вам его бабушка сказала? Эрина, вы не находите, что это странно — считать мужчину своим, потому что его бабушка разрешила? Мы все-таки взрослые люди, особенно вы, — не могла я не намекнуть на то, что она старше. — И должны понимать, что людей нельзя делить, как формочки в песочнице.

— А ты смешная, малышка. Ты ведь младше его? Не могу упрекнуть Олега, что он любит молоденьких девушек, — хмыкнула Эльвира, пропустив мимо ушей «Эрину». — Но такие, как ты, у таких, как он, на одну ночь. Если повезет, на две или три.

— А таких, как вы, у него вообще нет, — закончила сушить платье я. Чего только мне стоило вести диалог нормально, не опускаясь до оскорблений. Я держалась изо всех сил.

— Ловко, — улыбнулась она. — Но так наивно. Надеяться с ним на что-то. Знаешь, я не люблю разборок — это так утомительно, — вздохнула Эльвира, с щелчком закрывая пудреницу. — Пусть этим занимается быдло. Я люблю договариваться. Поэтому давай договоримся — ты просто уходишь, без лишних неприятностей. И получаешь приятный бонус.

— Какой? Вашу бесконечно прекрасную улыбку? — хмыкнула я. — Пожалуй, откажусь.

— Деньги.

Ее слова прозвучали словно выстрел. И сначала я даже решила, что мне послышалось.

— Что?

— Получишь от меня деньги. И оставишь его в покое. Хочу решить этот вопрос сразу, чтобы не терять времени. — Голос Эльвиры стал деловым.

— Вы что, полюбили моего парня с первого взгляда? — всплеснула я руками, поражаясь ее наглости. Нужно будет срочно придумать план, как нейтрализовать протеже Валентины Анатольевны. Я должна оставаться милой и желательно несчастной, а ее выставить в плохом свете. Но как? Сделать вид, что она ударила меня? Заплакать? Притвориться, что согласна, а на сделку привести Олега?