Восхитительная ведьма (СИ) - Джейн Анна - Страница 77

— В университете, — сообщила Таня, накручивая на палец прядь волос.

— Не собираюсь, — отрезал он. Перспектива поцеловать Ведьмину его привлекала, но вот делать это на людях ему не хотелось. Он вообще не привык показывать своих чувств.

— Что значит — не собираешься?!

— Я разделяю личное с работой. Я же сказал — не хочу, чтобы коллеги что-то знали. Да и не нужно, чтобы твои одногруппники об этом знали.

— Да-да-да, разделяешь, как же! А кто зажимал Васеньку в углу корпуса, где ремонт идет? — прищурилась девушка.

— Это был порыв, — отмахнулся Олег. — К тому же там никого не было.

— Ах, какой порывистый, вы посмотрите! — издевательски воскликнула Таня. — И что ты предлагаешь? Будем демонстративно целоваться у нее под окнами?!

— Тебе точно это нужно? Если честно, звучит бредово.

— Точно! Я столько тебя добивалась, чтобы отказаться от своей мечты? — воскликнула Таня с возмущением. — Ну уж нет. Или поцелуй, или никакого похода на праздник. Выбирай, мой милый.

— Хорошо. Сделаем это там, где Василина часто бывает, — нехотя согласился Олег, отпив обжигающий кофе. — Ты ведь преследуешь ее — должна знать расписание.

— Что значит преследую?! Просто собираю информацию на конкурента, — повела плечиком девушка и, чуть поразмыслив, сказала: — Завтра после пар она поедет в фитнес-клуб. Он находится в торговом центре на Николаевской — мы там несколько раз пересекались. Окладникова ведь постоянно за мной повторяет, — возмущенно поделилась с Олегом Таня. — Факультет, платья, помада, цвет волос, фитнес-клуб. Не удивлюсь, если скоро трусы одной расцветки и одной фирмы покупать будем. Так, любимый, завтра сможешь в пять?

— Что? — переспросил Олег, рассматривая ее красивое лицо. На него падал неожиданно теплый для ноября солнечный свет, и она смешно щурилась и прикрывала глаза ладонью. В каждом движении девушки было столько изящества, что Олег невольно любовался ею. А ее неожиданные слова выбили его из колеи.

— Завтра, в пять, говорю.

— Что ты сказала до этого?

— Про трусы говорила. Так и знала, — всплеснул руками Таня. — Тебя только про них информация и заинтересовала!

— Ты сказала «любимый», — напомнил Олег.

— А, ну да. А что? Я тренируюсь быть твоей девушкой, — хихикнула Ведьмина и послала ему воздушный поцелуй. — Эй, что ты как статуя! Надо было ловить.

— Что ловить? Твое безумие? — нахмурился Олег.

— Воздушные поцелуи, — оскорбилась Таня и подула в кружку с какао. — Слушай, ты как будто деревянный. Так будешь свободным или нет?

— Буду.

Они договорились о встрече, Таня стала болтать о чем-то другом, а Олег все еще думал о том, что она так просто назвала его любимым. К нему вдруг пришло странное, легкое, как дуновение ветра понимание, что ему нравится это. Нравится это обращение, сказанное так легко и невзначай.

Она безумно ему нравилась.

— Кстати, а с Алиевым ты часто фотографируешься? — зачем-то спросил Олег.

— Каждый день, по расписанию, — фыркнула Таня. — Ну сами подумайте, вы же умный. Редко, конечно же. Сегодня на него нашла какая-то новая фаза безумия. И вообще, давайте исправим ситуацию. Посадите меня к себе на колени, Олег Владимирович, — капризно сказала Таня.

— И песню спеть? — поинтересовался Олег.

— Нет, сделаем селфи. Как будто бы мы действительно пара. И не бойтесь, ваше чудесное личико я нигде не засвечу, — хищно пообещала девушка и, вскочив со своего места, устроилась у него на коленях. Так же, как и в прошлый раз, в первую их встречу в клубе. Она обхватила его за шею одной рукой, а другую вытянула, чтобы сделать снимок.

Олег со вздохом обнял Таню — вышло уже как-то совершенно привычно, но, тем не менее, волнительно. И перехватил телефон — ему делать селфи было гораздо удобнее.

Они принялись позировать. Вернее, позировала Таня, а Олег хмуро смотрел в камеру, борясь с желанием либо поцеловать ее, либо согнать.

— Сделай вид, что целуешь меня в щеку, — попросила девушка, которой явно было очень удобно на его коленях. — А то у тебя такой вид, будто бы я держу у твоего виска дуло пистолета.

Олегу пришлось подчиниться. Он коснулся губами до нежной чистой кожи и прикрыл глаза, вдыхая аромат свежести. Таня замерла, и Олег услышал, как она коротко выдохнула, почти не слышно.

— Ты помнишь меня? — прошептал он, проводя губами по ее скуле.

— Что? — не поняла Таня, приподнимая голову — так, что их губы почти соприкоснулись. Она специально сделала это и остановилась. Дразнила. Знала, что он с ума сходит, когда она так близко к нему. Играла.

— Помнишь нашу первую встречу? — Пальцы Олега прошлись по ее лицу.

— Ну Олег Владимирович, ну что за подкаты? — ухмыльнулась Таня. — Сейчас я услышу дивную шутку о том, что мы встречались в ваших снах или что? Пикапте меня лучше — я верю, что у вас получится! Вы же преподаватель и…

— Замолчи, — попросил ее Олег. Таня молчать не хотела и ему пришлось заставить ее сделать это — очередным поцелуем. Неспешным и крепким. Уверенным.

И ему показалось, что из его груди вышибли весь воздух — едва только ее теплая рука легла на его грудь — там, где под белоснежной рубашкой билось сердце.

Глава 28

Ему показалось, что из груди вышибли весь воздух, едва только ее теплая рука легла на его грудь — там, где под белоснежной рубашкой билось сердце. Железное сердце, как Олег порою любил шутить. Но только он не думал, что и железное сердце может оказаться таким бесконечно живым, что может так бешено стучать, что может рваться из груди.

Эта невероятная девушка в очередной раз лишила его воли и подчинила себе. Олег не мог думать ни о чем другом, кроме нее. Да, наверное, и не хотел — желание быть с ней овладело им, как проклятие злой ведьмы, въелось под кожу и растворилось в крови. Она была слишком ему нужна. Прямо здесь. Прямо сейчас.

«Ведьма», — пронеслось в голове у Олега.

Не отпуская Таню со своих колен, он сомкнул руки в замок на ее талии, явно давая понять, что не собирается отпускать. А она в ответ обняла его за шею, так и не убирая ладонь с груди и чувствуя, как колотится его сердце.

Это было пьяняще и нежно. Умиротворительно и крепко. Будоражило нервы, обжигало изнутри и заставляло вспоминать небо.

Полет, ветер и солнце. Головокружение и адреналин. Восторг.

Их губы то едва соприкасались, то сминали друг друга в крепком поцелуе. Ее ладонь, лежавшая на его груди, сжимала плотную ткань рубашки, а Олег все крепче и крепче прижимал девушку к себе, словно боясь отпустить — вдруг упадет, вдруг высота заберет ее себе, и в небе он останется один? Олег не собирался так рисковать. Не собирался отпускать ее.

Она была почти совершенной девушкой. Мягкие, но требовательные губы, ласковые скользящие прикосновения, аромат августовской ночи — почти неуловимый, но такой знакомый и притягательный. Идеальный баланс между нежностью и страстью. Между ведьмой и феей.

Таня запустила пальцы в темные волосы Олега, и его губы скользнули по ее щеке, чтобы прошептать что-то невнятное, а после снова завладеть ее губами, горячими и манящими.

Они целовались, остро понимая, что нуждаются друг в друге, и не могли остановиться, понимая, что находятся на грани. Однако со стороны их объятия не казались пошлыми — для замечавших их людей они казались влюбленной парочкой, для которых целый мир сузился лишь для них двоих. Его и ее.

Таня и Олег целовались так самозабвенно, с такой нежностью и отдачей, что не заметили, как какая-то рыжеволосая девушка с клетчатой длинной юбке сфотографировала их. Они бы не заметили, если бы рядом начал играть оркестр.

Они растворились в моменте. И в самих себе.

Олег так и не отпускал Таню, и она сидела на его коленях, гладя по щеке и отвечая на поцелуй. Она давала ему возможность быть главным, но Олег знал — каждую секунду все может перемениться, и это будоражило его еще больше. Настолько сильные ощущения он испытывал, пожалуй, только с ней — что в клубе, что сейчас.