Сказ о Грозной воительнице и о несносном Рыжике (СИ) - Мозговая Екатерина - Страница 88

— Что может быть ценнее матери, — недовольно буркнула себе под нос.

Но по закону подлости была услышана…

— О, вы еще слишком юны, чтобы омрачать свою светлую головку подобными темами, — наставительно порекомендовали мне.

Да что ты понимаешь, деревяшка песчаная! Хотелось гневно высказаться мне, но из видимого недовольства, только глаза прищурила. Иногда очень полезно подыграть всяким лопухам в плащах, пусть видит то, что хочет. А когда осознает, как был неправ — поздно будет! Еще не знаю, какую сделаю ему пакость, но за свои слова он поплатится!

На улице, нас уже поджидал наш знакомец-кучер, поэтому к дому Рина поехали в уже известном транспорте. Ехали молча… Тишина, конечно, угнетала, но начинать разговор с этим женоненавистником я не собиралась и парни видно считали так же. Потому как не спешили заводить непринужденную, вежливую беседу. Однако, при всем при этом, я не могла отделаться от ощущения, что меня пристально изучают… и, словно бы даже прощупывают. Вскоре ощущения оправдались:

— На тебе воздействие проклятой магии, ты знала? — спокойно, словно ничего неприятного он не озвучил, поинтересовался рарх. И заметив мой ошарашенный взгляд, спокойно констатировал. — Не знала. Проклятье простенькое и слабенькое — но питательное. Тобой, скажем так, время от времени закусывают… делают это грамотно, а главное дозировано, старательно после себя убирая. Оно не несет ощутимого вреда. Но если сложится какая-то опасная ситуация для проклявшего, то он может выпить тебя полностью. Так сказать, чтоб сил поднабраться…

Продолжаю обалдело пялиться в неестественно синие глаза визитера. Сказанное не желало укладываться в голове!

— Это невозможно! — вот и все, на что меня хватило. Но тут же вспомнилась плакальщица, которую обратили как раз посредствам проклятой магии. И получается, что есть таки умельцы, помимо андрогинов, примкнувшие к Безликому! Я уже задумывалась над этим, но дала клятвенное обещание Демирину не лезть в это самостоятельно. С тех пор дела минувшие немного позабылись… сначала он у меня ключ умыкнул… Стоп! Так вот зачем он это сделал! Теперь все сходится, этот рыхтов манипулятор просто отвлек мое внимание на себя, чтоб больше в лес не совалась. И главное, ведь — у него это полностью получилось! Я, действительно, все это время, только о нем и думаю: то, как ключ вернуть, то, как мысли свои защитить от его дружка, ну и от Рыжика за компанию, то, как его в поединке победить, то, просто, сходя с ума от этого несносного типа!

Неожиданно песчаный демон резко подался ко мне и коснулся висков. Я только ойкнула испуганно и в сиденье вжалась, не ожидая такого поступка. От прикосновения вполне, кстати, человеческих пальцев (ну, по крайней мере, их было пять, и цвет с формой они имели такие же, как и у остальных, находившихся в этой карете), меня словно льдинками обсыпали. Стало очень холодно, дико просто! До неконтролируемой дрожи и практически болезненного онемения тела. Но удар сердца… еще один… и холод, словно голодный волк, отступает, сообразив, что добыча ему не по зубам. Вдруг мои руки почернели… А в следующее мгновение эта чернота вспыхнула облаком праха, и в кабине, ощутимо повеяло тленом.

Когда смогла связно мыслить, застала прелюбопытную картину: спокойно сидящий рарх, и два приставленных клинка к его горлу. Один принадлежал принцу, второй несложно догадаться — троллику. Он же с нескрываемой яростью прорычал:

— Что ты с ней сделал?! — и куда только весь страх перед чужестранцем девался?

— Я бы на вашем месте не забывал, что вы в гостях… и домой можете просто не добраться, — наигранно спокойно протянул Чар. — Что с сириной, уважаемый?

— Все нормально… — поспешно просипела я, опасаясь за своих друзей. То, что провернул этот таинственный индивид, не оставило сомнений, что и Чара с Рином он как котят разбросает при желании.

— У вас замечательные защитники, юная дева, — спокойно, нисколечко не убоявшись парней, заговорил рарх. Клинки от его предполагаемой шеи (опять же из-за плаща не видно!), кстати, уже убрали. — Я оказал вам услугу, и, заметьте — бескорыстно.

— Не типично как-то для вашей братии, — с сомнением отозвалась я. Хотя отметила, что рука больше не болит, да и бедро не ноет. А еще было ощущение, словно на душе посветлело, будто бы я все это время тягала заплечную сумку, и без ее тяжести теперь было очень легко! Осознание того, что демон с такой легкостью развеял проклятую магию, пришло не сразу. Но уж когда до меня дошло происходящее, я забыла про все: правила приличия, страх перед этим загадочным существом, желание не выказывать наличие у себя интеллекта.

Больше нисколечко не смущаясь и позабыв, что, в общем-то, необходимо поблагодарить его за помощь, уже сама вцепилась в руки мужчины, жадно вглядываясь в прорезь маски.

— Как вы это сделали? Что это за магия? — тон получился требовательным, но меня не смутил. Ведь его возможности шокировали! У нас для борьбы против одного андрогина выставляли боевую пятерку магов: трех защитников, некроманта и одну "свечу" свечками — были маги, в критических условиях подпитывающие команду своей силой

Целую пятерку! Из которой, зачастую, погибали все! А рарх один, совершенно не напрягаясь, избавил меня от этого воздействия!

— Лия, правильно ли я сейчас понял произошедшую ситуацию, — требовательно заговорил Чарчер Сейхери, — почтенный гость нашего Союза одним прикосновением избавил тебя от воздействия проклятой магии?

Я лишь кивнула, продолжая удерживать рарха и ждать пояснений.

— Да уж… теперь я понимаю, отчего отец так жаждет заключить с вашим Владычеством военный союз, — потеряно и, кажется, не до конца осознавая, что говорит это вслух, протянул пушисто-эльфийский полукровка.

— Везет тебе! А я, вот, совсем не понял, где ты, мелкая, умудрилась наткнуться на проклятых? Они же заперты за горами. Или мы чего-то не знаем, Чар? — проницательно поинтересовался троллик.

Теперь все мы с интересом изучали третьего рандийского наследничка, даже песчаный демон, заинтересованно на него поглядывал.

— Какой ты… неуместно догадливый… — проворчал белобрысый принц. Откинулся на сиденье, поправил рукава рубашки и медленно процедил, — есть подозрения, что рыхтовым тварям, кто-то помогает. Вполне вероятно, что проиграв прошлое сражение, они могли оставить здесь своих марионеток.

— Но ведь была зачистка! Видящие, они же… — начал было Эринир, но был перебит недовольным:

— Их слишком мало, Рин! Это редкий дар, их просто единицы! Они не могут денно и нощно обшаривать все наши территории в поисках изменников!

Чем бы закончилась эта запальчивая беседа, неизвестно. Но резко остановившаяся карета заставила на какое-то время нас всех отвлечься. Рин быстро выглянув в окно, коротко бросил:

— Приехали, — и первым же поспешил выбраться из экипажа.

Второй сошла я, придерживаемая за руку тролликом. Да так и замерла. Увиденное очень меня огорчило: район был бедным и, судя по видневшимся из ближайшего проулка ногам — неблагоприятным. Кособокие, ветхие, одноэтажные домики походили на старые, доживающие последние денечки — грибы. Выросшие очень тесно… настолько тесно, что наверное слышно как соседи кашляют!

Увидев выражение моего лица, Эринир попытался вырвать свою ладонь, но я не позволила. Наоборот, крепко ее сжала, и первая сделала шаг к его жилищу. Глупый, гордый троллик, я не брезгую, я переживаю за тебя! Но чтобы больше его не расстраивать, постаралась натянуть на лицо маску невозмутимости и спокойствия. Дождавшись, когда с нами поравняются остальные, троллик заметно напрягшись, постучал в дверь.

Та тут же была открыта, словно нас ждали возле нее… За порогом стояла девчонка лет четырнадцати. Судя по такому же каштановому оттенку волос, ореховым заплаканным глазкам и слегка приплюснутому носу, как у Рина — это была его сестренка. Та, завидев на пороге брата, тут же бросилась ему на шею и заревела в голос. Эриниру пришлось отпустить мою ладонь, чтобы поддержать девочку, и он практически внес ее на себе. У меня на глазах застыли слезы, было безумно жаль семью моего друга. Им и без заклятий приходилось нелегко: скромное убранство прихожей, говорило об этом само за себя — ничего лишнего, все только необходимое и функциональное. Семья Эринира переживала непростые времена, а тут еще и эта напасть! Ух, добраться б мне до его папаши, вот же, действительно, гулий выродок! Рин же и вовсе окаменел от такого приема, но спросить, что случилось, никто из нас не успел, потому как из следующей комнаты, послышался еще один плач — детский!