Сказ о Грозной воительнице и о несносном Рыжике (СИ) - Мозговая Екатерина - Страница 77

— Да, определенно, есть на что посмотреть. Вот пройдусь сейчас ремнем по зад… в общем по месту, нашедшему таки приключения, и налюбуюсь заодно! — слова были закреплены очень решительным тоном и звуком снимаемого ремня. Последнее ужаснуло больше всего! Даже не предполагала раньше, насколько отчетливо я знаю этот звук!

Не решаясь взглянуть на разгневанного парня, отчаянно прокричала:

— Ты не посмеешь! Не опустишься до того, чтобы бить женщину!

— Женщину? Нет, ее, конечно же, нет! А вот маленькую, вздорную девчонку, исключительно в воспитательных целях, выпорю запросто! — бушевал Мир. Я бы даже загордилась собой от осознания, что это именно я его так довела, но наручники и ремень отрезвляли лучше всяких заклинаний! — Ты хотя бы понимаешь, своей бесспорно симпатичной, но бестолковой головкой, что натворила?! Какой парализатор, Лия?! А ничего, что людей с первой по третью группу крови — Бледная Сена вводит в летаргию! Слава богине Созидания, что у меня четвертая! Иначе отправился бы к праотцам из-за какого-то библиотечного ключа! Такое состояние от смерти не так-то легко отличить!

Слова Демирина били похлеще того же ремня или заклинания заморозки. От осознания, что я собственноручно чуть ему не навредила — тело прошиб озноб, руки затряслись, а на глаза навернулись слезы. Но ведь в книге ничего про группы крови не было! Ни пометок, ни приписок! Ничего! Как можно было не описать такую важную деталь?! Вина и раскаянье потоптались и по без того пошатнувшимся нервам, которые словно хлипкий древний мостик, вдруг взяли и рухнули. Губы задрожали, и раздался первый всхлип. Он совпал с первым ударом ремня, который прошелся по… ни в чем невиновной постели. Я сжалась, мысленно приготовившись к расправе и подумывая, не забиться ли мне под постель. А что, я маленькая, глядишь и пережду бурю там.

Но запал огненного мальчика иссяк так же быстро, как и воспламенился. Издав мученический стон, Мир отбросил воспитательный элемент к моим ногам.

Пару мгновений ничего не происходило… он бездействовал, я не решалась оторвать взгляд от пола. Затем уловив движение, почувствовала как мне на шею, что-то одели и быстро застегнули застежку. Проследив взглядом вниз по украшению, узнала в нем мою пропажу. Дальше Феникс присел рядом со мной на корточки и стал копаться в удерживающем меня браслете. Молча, осуждающе и мрачно. Второй шмыг получился гораздо надрывней первого, но парень и бровью не повел, не говоря, уже чтобы мне в глаза посмотреть. Однако заметил:

— Забавно все получилось. Особенно если учесть, что я и так собирался его отдать за ужином. Да и тебе достаточно было проверить карманы, а не устраивать взлом моего тайника.

Угу, задним числом все мы умные!

Но вслух получилось выдать, лишь еще один шмыг. И ведь не хочу при нем плакать, но стыдно так, что ком в горле, и слезы удержать ну никак не выходит!

Освободив меня, Демирин поднялся первым, протянув руку, помог встать мне, и со словами:

— Ты знаешь, где выход… — молча и удрученно отвернулся от меня к окну, еще и руки в карманы засунул.

И вот кто бы мне объяснил, почему я не ушла?! Ведь ключ, так или иначе, получила. Да и не рады мне, что объяснимо, но от того не менее обидно! Но гадостное чувство вины на душе, придавило меня к полу похлеще, чем обвалившийся неожиданно потолок!

Опустив руки и запрокинув голову к недавно упомянутой поверхности, одними губами помянула рыхтову совесть. Еще и ногой строго притопнула, но совесть не прониклась и продолжила пыточное нудение над ухом. И тогда я решила избрать лучшую тактику в данной ситуации. И если кто подумает, что я собралась извиниться, сильно просчитается!

— Между прочим, ты первый начал! — подошла к Миру и ткнула его обличительно пальцем, где-то на уровне лопаток.

Тот медленно, словно давая возможность мне отступить и сбежать, повернулся лицом, и в потемневших глазах я заметила еще одну надвигающуюся грозу. Ничего, одну перенесла и с другой справлюсь!

— Ну, знаешь ли… — начал, было, он, однако был банально перебит.

— Знаю! Сам напросился! Нечего было воровать этот клятый ключ, — тропа словесной войны найдена, и так просто меня с нее не сманить. И в грудь рыжему негодяю понесся мой воинственный кулачок. Правда, на подлете к врагу он немного сдрейфил, и удар получился пустяшный. Но, тем не менее, он был!

— А как еще тебя можно было на свидание заманить?! — сорвался Мир! Благо, только этот конкретный, а не Бъютол в целом!

Я опешила… Нет, правда, теперь настала моя очередь возмущенно выдохнуть: "Ну, знаешь ли…". Но вслух произнесла совершенно другое:

— А просто пригласить меня ты не мог? К чему такие сложности?

— Чтобы еще с полгода ждать, пока ты подумаешь и навертишься хвостом? Я уже наслушался про свою поношенность и прочие комплементы. Нет, Фирсен, с тобой в открытую нельзя, иначе уровень твоей самооценки взлетит недосягаемо высоко! — под конец тирады он мне снисходительно улыбнулся.

Захотелось эту улыбку стереть! Аж, ладони зачесались. Но…

— Кто бы говорил! А сам-то прям мастер комплементов! С чего бы мне действительно соглашаться на встречу с таким бабником? — кричу и отправляю уже более осмелевший кулачок в повторный путь. Просто первый раз ему это спустили, может и во второй прокатит?

— По моему, я уже обозначил свои позиции, — угрюмо протянул Рыжик.

— Это когда же, позволь поинтересоваться? — наигранно изумилась я. — А помню, что-то о том, мол, от меня взгляд отвести нельзя. Как же, как же… На обезьянку в цирке, тоже глазеют весьма пристально! — обвинения были экспромтом, но я тут же сама уверовала в их правдивость и обиженно надула губы.

— Да, ты мастер перекручивать слова и ситуацию в свою пользу! — изумился Демир и головой покачал осуждающе.

Фыркнула разгневано, сдула прядь волос, отбившуюся от коллектива и мешавшую моему правому глазу. Та угрозы не убоялась, уже потянулась к ней рукой, но… Феникс опередил, протянул руку, и заправив нарушительницу моего комфорта мне же за ухо, мягко поинтересовался:

— Поужинаешь со мной?

От такого резкого поворота событий я растерялась. Недоуменно посмотрела на парня, затем перевела взгляд на красиво накрытый стол и с сожалением протянула:

— Так, остыло уже все…

— Бытовая магия, Лия — наше все. Я нисколечко не сомневался, что ты не придешь вовремя, поэтому накрыл стол стазисом. Считай, что все только с пылу, с жару, — похвастался продумавший все Рыжик.

Продолжаю взирать на стол с сомнением, кушать действительно очень хотелось, но зная Демирина…

— Если ты туда что-нибудь подсыпал или плюнул…

Договорить мне не дали. Мир захохотал, опустил одну ладонь на мое плечо, второй скользнул по щеке и:

— И это мне говорит злостная отравительница! Ты неподражаема, Лиани, — а отсмеявшись, нежно промурлыкал, — ну же, Ли, давай хотя бы на вечер забудем о наших разногласиях и просто пообщаемся?

Не знаю, что конкретно заставило меня согласиться: то ли этот соблазнительный тон, то ли загадочные искорки в медовых глазах, а может быть, банально голод поспособствовал. Но предложение я действительно приняла и, хвала Кайриссе, впоследствии не пожалела об этом. Демирин вел себя превосходно, и я сама не заметила, как быстро пропала моя настороженность и подозрительность. А когда парень, проводив меня домой, лишь поцеловал мою ладонь и откланялся, пожелав приятных снов, так и вовсе была раздосадована излишними приличиями. Однако артефактный ключ проверила тут же! На всякий, как говорится, случай. Но на этот раз он не пропал, что вызвало невольную улыбку и удивленную мысль: "Ну, надо же? Оказывается и Рыжик может вести себя вполне сносно… Жаль только не часто!".

ГЛАВА 18

Здравствуйте! Я ваша… да, дядя я ваш!

Прошел еще один месяц, а вместе с ним потихоньку, словно котенок, крадущийся за бумажным фантиком на веревочке, к нам приближалась ее Величество Зима. Шла она гордо и неспешно, всем своим видом демонстрируя, что ей торопиться некуда. Еще успеет навластвоваться и навести свои порядки. А пока… пока она давала возможность нам всем подготовиться к ее приходу. Деревья спешно избавлялись от остатков лиственных украшений, торопясь поскорей примерить теплые снежные шапки. Птицы этим переменам были не особо рады, поэтому нехотя, но покидали облюбованные гнезда и спешили убраться в места потеплее. Всякого рода живность делала последние запасы, и места зимовок покидала все менее и менее охотно, предпочитая лишний раз носа не высовывать в такой дубарь. Ну, никакого почтения к приближающейся Хозяйке сезона!