Сказ о Грозной воительнице и о несносном Рыжике (СИ) - Мозговая Екатерина - Страница 46

А вот противостояние с ректором за это время лишь набирало обороты. И, по-моему, приносило нам обоим мазохистское удовольствие. Начнем с того, что на нашу выходку со стеной, Волин Сейхери, на следующее утро порадовал нас смехом мары. Вы когда-нибудь просыпались под истеричный и зловещий хохот свихнувшейся нежити? Вот, и для меня это стало тем еще сюрпризом!

Но я не растерялась, и ответ с Одиночкой мы придумали не менее достойный. Так как она тоже владеет магией Смерти, а для друзей уже давно не секрет, что я универсал с четырьмя элементалями. В общем, нам не составило труда в предзакатный час устроить нашему свободному, а значит и завидному жениху Рандии — кастинг невест за окном. Прелестницы пели серенады, зачитывали любовные поэмы, извивались в эротичных танцах. А наша дружная компания хихикала в соседних кустах. Просто, невесты хоть и были в высшей степени дамы достойные, но уж слишком экзотичны: разной степени разложения, следовательно, и умерщвления, но это уже детали. И вообще, я считаю, что сирин ректор оказался на редкость переборчивым и капризным мужчиной! Девочки ведь так старались, а он?! Чурбан бесчувственный, только в окно и глянул. А затем раздражено задернул штору и вызвал выпускную группу некромантов на развоплощение наших милых зомби.

Мальчики с факультета магии Смерти, оказались ребятами нормальными, им было очень жаль расстроенных кандидаток. Но приказ — есть приказ, и сиринам пришлось убраться восвояси, а именно на тринадцатый полигон, оказавшийся кладбищем, где мы их и отрыли. Нас кстати не поймали, потому как операцией управлял Триур, очень качественно затирая наши с Марисой магические отпечатки.

Затем Волин Сейхери, будил нас комариным жужжанием, которое действовало на нервы не хуже, чем ухохатывающаяся мара. Мы ему ответили разведением болота по всему третьему этажу главного корпуса. Хотели даже у Стефания Лицирна, пару илизерн гнильней стащить, но не успели. Противный старикашка покидал свой бункер очень редко, а если и доводилось ему это делать, то всегда оставлял там сторожку сторожка — мелкий пакостник, с виду напоминающий чучело лохматой прямоходящей дворняги. Практически невосприимчив к магии, плюс не лишен клыков и когтей, служит для охраны. Хозяину верен беспрекословно.

А с ним мы решили без нужды не связываться. Подумав, заменили гнильней естественными обитателями болотистой местности, приманив их из леса специальным зельем. Поэтому вскоре третий этаж был залит не только слегка попахивающей жижей, но и комарья с жабами там было предостаточно!

В создании этой пасторальной картины, мне вовсю помогали мои водный и воздушный элементали. Почему вместе? Просто эта парочка, практически, постоянно неразлучна! Да и если болото мне наколдовал, мой водненький енотик Ватр, то создать воздушный купол, чтоб комарье не разлетелось, поспособствовала панда Айра.

Ватр появился в моей жизни раньше вредной пандочки, но это не помешало им при знакомстве прийти в неописуемый восторг друг от друга. Конечно, енот-клептоман и ужасно ленивая воздушная девочка в итоге приносили больше проблем, чем пользы. Но, люблю я этих пушистых прохвостов, что ж тут сделаешь! А вот с Файри у этих балагуров отношения не сложились. И маленькие негодники не упускают возможности как-нибудь ей напакостить! Однако огненная кошечка в долгу оставаться не любит и в обиду себя не дает. Да и Триур на ее стороне, а уж его заговорщики побаиваются, и лезть к ворону опасаются.

Но, как не странно, препирательства с ректором мне надоели первой. И вскоре мы с ребятами предприняли вылазку в стан врага, а именно, в преподавательский корпус с целью получения данных, о том, как с ректорской борзотой справляются они. Выводы были ожидаемы — там действительно стояла "глушилка", создающая возможность спать преподавательскому персоналу без лишних проблем.

Представителей справедливости, то есть нас такое положение дел, естественно, не устроило. Эринир в сердцах даже воскликнул:

— Рыхтовы счастливчики! Давайте взорвем эту схему, вот завтра им будет весело! — негодовал троллик.

— Угу, а потом будет весело нам, когда они все, не выспавшиеся и обозленные, заявятся на пары, — не спешила с ним согласиться Ини.

— Погодите возмущаться, друзья мои! У меня созрела идея поинтереснее, — загадочно попыталась успокоить их я.

С тех пор, мы совершили еще несколько вылазок в преподавательскую обитель, потому как установленная там защита от лишних музыкальных причуд нашего главного меломана — была качественной и сложной. Судя по всему, устанавливал ее сам сирин ректор, и понять, а уж тем более повторить нечто подобное… В общем, голову мы себе поломали знатно, но в итоге справились.

Экспериментировали на своей территории, так что сегодняшнее утро встречало нас тишиной и умиротворением. Вследствие чего, мы с Инкой проспали и на пары мчались сломя голову. Марису я встретила по пути к четвертому корпусу, запаздывающую по той же причине. А Эринир и вовсе на первую пару не явился! Когда мы все же с ним встретились, он лишь развел руками и недовольно высказался:

— В этом нет моей вины, мелкая. Я же тебе говорил, что естественный шум нужно оставить! Это тебе хотелось идеальной тишины. Вот, я в этой тишине вместе с соседом и задрых беспробудным сном, — а затем тихо добавил, — тем более, мы вчера на радостях все с тем же соседом решили отметить нашу задумку, ну, и увлеклись слегка.

— Ты еще скажи, что в твоем похмелье тоже я виновата! — насупилась и грозно сложила руки на груди.

— Ой-ой, ну прям боевой воробушек, ой, не могу! Ли, как тебе не стыдно, хватит разыгрывать ревнивую женушку, заставшую муженька в подпитии. Не смеши, голова ведь раскалывается, — смеясь и постанывая, пробасил Рин.

— Значит, воробей? — специально громче, чем следовало бы, ответила я. И удовлетворенно пронаблюдала за тем, как недовольно морщится этот пропойца. — Тогда антипохмельное зелье пусть тебе кто другой сварит, а то воробью не по статусу как-то, — злорадство и шантаж — это мое, да!

Тролль обиженно засопел и буркнул:

— Ну и не надо! Мне Ини сварит, она в отличие от некоторых — девушка добрая и сострадательная.

— А я ее попрошу, и не сварит. Инкиния, между прочим, моя подруга! — начала заводиться. Это, что же получается, я, значит, не добрая и не сострадательная?!

Рин судя по всему, тоже становился все более злым, потому как даже про больную голову забыл, повысив голос:

— Вот именно, что подруга, а не собственность! Чего ты вообще ко мне прицепилась, захотел — проспал, захотел — вообще не пришел. Тебе-то какое дело? — троллик бушевал не на шутку, его пухлые губы, плотно сжались, массивный подбородок заострился. Но и мне с каждым его словом становилось все обиднее и неприятней.

— Действительно, какое мне дело, Рин? Какая разница, ну, прогулял мой друг пару у старого профессора-маразматика, у которого и так сдать нелегко, подумаешь! Какая мне будет печаль, если тебя отчислят, мне же все равно, да? — все эти вопросы, задавала уже спокойным, прохладным тоном. Ответа от Эринира ждать не стала, развернулась и направилась на следующее занятие в гордом одиночестве.

Со стороны, может показаться, что я излишне драматизирую ситуацию. Действительно, подумаешь, одну пару прогулял? Что тут такого? Вот только вся беда заключалась в том, что занятие это по Основам медитационного транса ведет декан Прорицательского факультета. Некто, Земил Камнерез — уже очень-очень старый гном. А представители этого народа и тролли, мягко говоря, не ладят. Антипатия между этими расами сложилась задолго до моего рождения, но с тех пор, кажется, передается на генетическом уровне. Аскрин, помнится, как-то рассказывал мне то ли байку, то ли правду о первоисточнике этого разлада…

Как часто водится, все случилось по пьяни. Так уж сложилось, что в один из давно минувших вечеров засиделись в одной таверне, которой наверно уже и в помине нет, банда троллей и компания гномов. Естественно, там были и другие посетители, но троллье-гномья братия преобладала. И вот сидели они себе по отдельности, отдыхали, практически, никого не трогали, не считая проходящих мимо подавальщиц. Затем рюмка за рюмкой, тост за тостом, и две компании слились в одну, словно речушки в море. Мда, в море скабрезных шуточек, пьяной удали, крепкой выпивки и убойного перегара.