Сказ о Грозной воительнице и о несносном Рыжике (СИ) - Мозговая Екатерина - Страница 44

— Девочка моя, очнулась. Что случилось, малыш? Разве можно меня так… — тут он видно понял, что говорит, и осекся, а затем договорил фразу уже иначе, — ну, и напугала ты своих приятелей, ходячее бедствие. Не зря я к тебе Богданну приставил, чувствую, если бы не ее помощь, голодные обмороки начались гораздо раньше.

На весь этот речевой поток, хоть и шуток, но произнесенных до того заботливым тоном, я смогла лишь потрясенно возразить:

— Не твоя…

Он посмотрел мне в глаза, не сразу осознав, что я имею в виду, затем печально улыбнулся и кивнул головой, подтверждая мою правоту. А затем очень тихо, так чтобы услышала только я, добавил:

— Не моя…

И столько в этой фразе было грусти и сожаления, что я… я почувствовала себя последней мерзавкой за свою злопамятность и мстительность. Мне стало до того невыносимо стыдно находиться с ним рядом, что невольно уткнулась ладонью ему в грудь, пытаясь увеличить между нами дистанцию. Демир понял, это явно как-то иначе, потому как улыбнулся еще более вымученно и отстранился первым. А затем, немного наклонив голову вниз, чтобы не встречаться со мной взглядом, проговорил себе под нос:

— Извини за вчерашнее, Воительница. Я действительно перегнул палку и вел себя по-свински. За шутки по поводу твоей фигуры прошу прощения отдельно, я… — тут голос его немного подвел, но он все же закончил фразу. — Ты очень красивая девушка, Лия. Вчера я просто тоже растерялся и смутился, поэтому и наговорил лишнего, прости.

С каждым произносимым словом, он смотрел все более уверенно и твердо, демонстрируя, что слова его правдивы и лишены скрытой насмешки. Взгляд медовых глаз завораживал, щеки после упомянутых комплиментов вспыхнули, но возликовать от его слов не вышло, потому что… А потому, что от создавшейся ситуации, мне все больше хотелось убежать, исчезнуть. Такой непривычно настоящий Мир вверг меня в ступор. Это же получается, он сейчас со мной искренний, а я ему такую гадость подкинула. И только уже собралась покаяться во всех грехах, как Демира, кто-то окликнул. Феникс повернулся в сторону зовущего, склонил голову в знак приветствия и узнавания. Затем стремительно развернулся ко мне, провел большим пальцем по скуле и наставительно изрек:

— Еще раз грохнешься в обморок, приставлю Богданну к тебе круглосуточно. — Затем резко наклонился ко мне и прошептал на ушко, — пока не моя, Лия, только пока.

От этих слов я замерла и даже мурашки, начавшие маршировать по моим рукам и спине, обалдело застыли, удивленно озираясь и рассуждая, а не послышалось ли им. Но видно, чтобы уверились даже они, напоследок, этот невозможный человек еще и поцеловал мое многострадальное ухо! Чем вверг его хозяйку в полный стазис.

Затем, не прощаясь, развернулся и направился в сторону зовущего его парня. А я только и смогла, что приглушенно пискнуть:

— Мир… — да так и застыть с панической мыслью: "Мамочки, что же я натворила?"

Ведь по времени иллюзия, как раз должна была начать проявляться. К сожалению, я не ошиблась, потому как спустя пару мгновений на Феникса стали кидать сначала удивленные, а затем и откровенно веселые взгляды. Парень если на это внимание и обратил, то виду, как и обычно не подал, продолжая двигаться по заданному вектору. И вскоре добрался до приятеля — высокого худощавого парня, волосы у которого немного отливали синевой. Судя по ошарашенному и насмешливому взгляду, которым он смотрел на Демира, бюст у того проступил уже во всей своей пышной красе. Да-да, задумка моя заключалась в том, что этот ценитель женских вершин, на короткое время приобретет свои собственные. Во всех смыслах выдающиеся и манящие — в общем, все как он любит. Может после этого, наконец, от моих отвяжется! Пакость так же заключалась в том, что Рыжик свое приобретение не видит и не ощущает, а вот остальные… Остальные видели все прекрасно, а синеволосый парень, даже руки протянуть не постеснялся, с понятной целью ощупывания моего творения. При этом он, что-то восхищенно воскликнул, а я поняла, что разработка проверку прошла… и мужчинам нравится!

Феникс, естественно, юмор не оценил, спина его сделалась еще прямее, словно высечена из камня, расслабленность и легкость улетучились за секунду. А я только и смогла, что вжать голову в плечи и прикрыть ладошками лицо, оставив немного свободы только глазам. Мне было так стыдно, неловко и даже горько. Ведь сейчас я по собственной глупости разрушила внезапно возникшее между нами перемирие. А особенно больно было от того, что больше такого настоящего, нежного и заботливого Демирина я не увижу. Он просто больше не доверится мне. От этой мысли захотелось банально разрыдаться, подойти к нему, обнять и долго-долго просить прощения, лишь бы не закрывался, не прогонял.

Пока я придавалась самобичеванию, Мир естественно догадался проверить одежду на наличие подвоха. Неторопливо похлопывая ладонями, начиняя с верхних карманов пиджака, вскоре нашел содержимое правого нижнего. Вытащил на свет мой артефакт двумя пальцами и на манер проверки на драгоценность, поднес его повыше к лицу, рассматривая детали плетения. А я ведь даже не попыталась замаскировать свою силу! Зачем? На момент создания, мне хотелось, чтобы у Рыжика не было никаких сомнений, в том кто ему это подсунул. Теперь же… я заплатила бы много риллов за попытку вернуть время вспять и не делать вообще ничего!!!

Долго рассматривать пуговицу Демир не стал, довольно быстро определив его создателя. Артефакт в кулаке парня осыпался мелким крошевом, но это единственное, чем он выказал свои истинные эмоции.

Я так боялась, что он повернется ко мне, посмотрит в глаза. Однако, мне досталась участь лишь наблюдать, как неспешно Мир удаляется за поворот, к дальним аудиториям третьего этажа. Выражение его лица, я так и не увидела. Но странное дело, все, кто до этого еще пытались улыбаться или подмигивать ему, сейчас делали вид, что их вообще здесь нет!

Оборачиваться к друзьям было очень стыдно, особенно посмотреть в глаза Инкинии. Наверное, Рин прочел мои мысли, потому как на и без того опущенные плечи взгромоздилась его довольно не хрупкая ручонка, пытаясь меня, либо так поддержать, либо вогнать в доски пола, на манер гвоздя. Затем еще и по макушке потрепал, вздохнул и печально подметил:

— Не переживай. Если бы ты этого не сделала, была бы такой как все. А теперь он трижды подумает, прежде чем тебя обидеть или обмануть.

Я конечно с ним согласилась и даже позволила себя увести на занятия, но ком в горле уходить никуда не спешил. Мне было плохо, хотелась плакать, пожалеть себя, в конце концов! Не радовали даже бурные обсуждения в группе по поводу произошедшего возле ректората. Естественно, остальных ребят в нашу затею мы не посвящали, да и сейчас сознаваться не планировали. Но восторженные дебаты случившегося казуса, прошли как будто мимо меня. Не затронув тщеславных струн моей гордости.

Вечер я провела сидя на подоконнике в своей комнате, пытаясь догнать пальцем пробегающие по стеклу капельки дождя. Они дразнились, не спеша ловиться, и юркими рыбками, в последний момент соединяясь с какой-то новой каплей, убегали от меня с еще большим энтузиазмом. А может виной моей нерасторопности, были собственные капельки слез, стекающие по щекам к груди, теплым и солоноватым ручейком.

Мне было грустно и казалось, даже само небо опечалилось моим поступком. Нахмурило свои тучи-брови и осуждающе грохотало за окном. Его вовсю поддерживала природа, замерев в немом укоре, взирая на меня из темноты вечерних сумерек. Я и сама понимала, что поступила скверно! На какой-то момент, так себя извела, что не выдержала и, узнав координаты комнаты Мира у Ини, послала ему вестника с одним единственным словом "Прости".

И вот уже второй час сидела у приоткрытого окна в надежде, что получу хоть какой-то ответ. Пусть он даже снова будет издевательским или ироничным. Рыхт, в этот момент я была даже согласна на грубость! Но Рыжик поступил жестче. Своим молчанием он делал мое ожидание поистине невыносимым!