Янтарные слезы Феникса (СИ) - Мозговая Екатерина - Страница 47

Нечто подобное я и ожидала, поэтому в ответ головой кивала утвердительно, не раздумывая, поскольку эту фазу внутренне давно миновала.

— Когда… — хотела уточнить дату, но была перебита.

— В любое удобное для тебя время, — обворожительно улыбнулся демонический гад, поглядывая куда-то повыше моей головы чуть ли не с восторгом.

Только сейчас осознала, что танец закончился, и мы просто стоим. Причем руки с моей талии Гархэ убрать не удосужился. Нет, не было в моей забывчивости контекста на то, что мне сие приятно. Просто мысли занимали голову совсем другие, и я вообще мало что ощущала. Однако положение поспешила исправить, как только такая дума отвоевала себе клочок места у пьедестала прочих тревог.

Острый, протыкающий середину спины взор, я ощутила тоже с неким запозданием, и мне не нужно оборачиваться для того, чтобы убедиться в том, кого я увижу. Да и провокационная улыбчивость Златовласки сама говорила за себя. Он еще и приумножил свой успех, заявив громко:

— Спасибо за подаренные минуты счастья, Лианель. Это оказалось незабываемо, — и подмигнул этак доверительно, будто бы нам было, что скрывать.

Нет, конечно, было. Вот только не то, что он пытался показать.

А дальше зловредный поганец откланялся, сославшись на скучную череду переговоров, которую ему еще предстояло вытерпеть. И покинул мою опустошенную персону, объясняться с подступившим впритык к спине женихом.

Демирину не нравился разговор от и до. И полученная информация, и то, что предлагали Фирсены и то, что и без того нагнетенная обстановка усугублялась сильнее. А еще не покидало ощущение, будто вот сейчас, в эту самую минуту происходит нечто в высшей степени непоправимое. Оттого молодой оборотень еле дождался момента, когда будущие родственники изольют, наконец, все свои тревоги и отпустят его к непокорной девчонке, пригрозившей, что не станет ждать и скучать.

Не то, чтобы он так уж проникся обещанием, но…

Увиденная картина заставила сердце сбоить, напрячь все до единой мышцы и приложить колоссальные усилия, дабы не отпустить свой огненный тотем на свободу. Ярость Феникса могла просто не рассчитать сил и спалить к рыхту тронный зал правителя Рандии.

Лиани в уверенных, и явно наслаждающихся происходящим руках демонического урода, выплясывала танец, который и Мира бы лишил обладания, а уж рарха… Эта скотина заметила его сразу и всем своим видом буквально напрашивалась на "мордобойное" представление, удерживая синичку даже после того, как музыка смолкла. А Лия, словно и не замечая сих изменений, продолжала свободно, без всякого стеснения находиться в объятьях другого.

Кулаки не просто сжались, они задались целью раздробить собственные пальцы, охваченные уже совершенно бесконтрольным бешенством. И Демир, больше не желая противиться этаким понуканиям, двинулся к невестушке, так неосмотрительно исполнившей угрозу. Что ж, родная, если ты хотела довести до точки кипения огненного мага, поздравляю, у тебя это вышло. Подумалось парню отстраненно, когда он замер возле напряженной, прямой, оголенной спины его колючки.

Сей факт отрезвил. Расщепляющая, что кислота душу ревность отступила под прессом беспокойства. В родных глазах, которые повернулись к нему с этакой обреченной неохотой, не было женского лукавства или довольства. И Феникс с прискорбием осознал, что лучше разглядел бы именно это. Поскольку такой вот нашкодивший, виноватый взгляд он уже видел, и ничем хорошим сие не закончилось.

Однако сразу расставить все точки над и, не позволяя беспокойной девчонке снова наворотить дел, огненный маг не успел…

Зал, да и, наверное, весь дворец в целом, сотряс мощный толчок, позволивший удержаться на ногах лишь тем, кого жизнь такими испытаниями баловала щедро и часто. Зазвенели зеркала, стекла и прочие хрупкие поверхности, крошась в мелкое, острое и беспощадное крошево. Стены, потолок, пол затряслись, будто бы были рукавами рубахи, которую тянули в разные стороны. Трещала облицовка, сыпалась побелка, корежилось дерево, кричали люди. В создавшейся шумихе, осознать что-то и уж тем более предпринять стало сродни подвигу, но молодому оборотню (с таким-то опытом по спасению своей везучей девочки) все же удалось схватить в охапку, вцепившуюся от страха в него Лиани и прожечь пространство в комнату к Инке. Для того чтобы через мгновение опять оказаться в гуще событий, и постараться вытащить из бетонной ловушки, как можно больше людей и нелюдей.

ГЛАВА 20

Заговор

Сидя на подоконнике, в комнатке, выделенной Аском, я смотрела на небо, явившееся к нам будто бы из кошмара. Того самого — где меня пыталась унюхать четверорукая тварь, и от которого так бережно охраняли элементали (последние, к слову, продолжали игнорировать свою хозяйку, и не торопились идти на контакт. Нет, по зову они, конечно, являлись. Вид при этом имея настолько великомученический, что в итоге я, не выдержав, вспылила, и сама решительно разогнала сию братию. В сердцах заявив, что если им со мной так тяжко, то и я их видеть не желаю). Кровавые облака взошли над столицей Рандии, вслед за мощным землетрясением, произошедшим два дня назад, и забравшим с собой множество жизней. Видимо толчок, поспособствовал наращиванию сил андрогинов, поскольку первые "ласточки" уже повылазили из нор дроу и вели активные действия по продвижению вглубь Союза Пятигранной Короны. А том, будет ли война, больше не заговаривали. Очевидность нашего положения не являлась секретом не для кого.

Вздохнула. Неприязненно покосилась на буро-кровавое небо и спрыгнула со своего пристанища, потерянно оглядывая комнату. От Аска и папы не слышно вестей уже сутки. Демир заскакивает лишь на минуточку, дабы убедиться, что я сижу на месте, не предпринимая глупостей, и опять скрывается в огненном проходе. Друзья приходят и того реже, потому как всем нам есть за кого переживать…

В академии отменили занятия. Выпускные курсы и преподавательский состав мобилизовали в помощь военным действиям. Вся территория РАМИиЗ напоминает заброшенный дом, лишенный надежды на возращение хозяев. Исключение составляет лекарское крыло — вотчина Вулфина. Там жизнь кипит, словно зелье правды в застенках дознавательских лабораторий… Целители, и все, кто мог внести посильную лепту в помощи раненным, задействованы, как говорится, на износ.

И по справедливости, мне бы тоже полагалась там быть, но… Демирин из рода Алых Фениксов и прочие мои защитники, считали иначе. И спрашивать моего мнения не торопились.

Я не спорила. Не потому, что не нашла веских аргументов, или правильных слов, сумевших убедить тревожащегося жениха, что в четырех стенах от меня проку мало, а потому, что решилась на тактическое отступление. Необходимо пустить пыль покорности в глаза Фениксу, дабы в нужный момент сделать все от меня зависящее, дабы исправить творящийся ужас.

А в том, что исправлять мне, сомнений не возникло. Ни единого. В кои-то веки злополучная интуиция и внутренний остряк самоучка оказались на диво единодушны в своих прогнозах и, хвала Творцу, предпочитали помалкивать. Ибо тошно и без них.

Неожиданно за спиной раздался мерный стук в окно, с которого я так непредусмотрительно соскочила. Обернулась и тот час заметила маленький, отсвечивающий золотым сиянием шарик света, застывший по другую сторону стекла. Не усомнившись ни на мгновение о том, от кого сей вестник, потянула оконную раму и впустила волшебное послание. Оно будто бы подхваченный ветром пушистый одуванчик, плавно спланировало в мои подставленные ладони, и раскрыв лепестки-лучики, явило листок, на котором значилось время и, как понимаю, цифра гостиничного номера, где расположился песчаник. Благо, саму гостиницу я помнила распрекрасно, как и примерное ее расположение.

Однако несмотря на эти знания, я продолжала вглядываться в ровные, четко прописанные буквы, пребывая в каком-то притупленным состоянии. Сомнения ведь никуда не делись. И пусть я ждала весточки от Салисена с замиранием сердца, которое сбоило единственно от волнения и тревоги, но червячок продолжал грызть душу. Правильно ли я поступаю?