Янтарные слезы Феникса (СИ) - Мозговая Екатерина - Страница 35

В итоге мужчина все же снизошел на продолжение:

— Ваш родич действительно живуч, и столь же изобретателен, — это мне. А после ситуации в целом: — Вот, Аскрин… Чернушник с большой буквы.

— Вы полагаете это его рук дело? — такое объяснение стало бы наилучшим. Потому как если нет, участь наша становится еще более незавидной.

— В ином случае, они бы уже прорвались, — невозмутимо заметил ректор. — Мое заклинание, держится на честном слове. А эти его еще и подпитывают, чтоб не лопнуло.

— Не слышала о подобном, — выдала изумленно, боясь увериться, что спасение близко.

— Да ладно? — усмехнулся Сейхери. — А как же ваши с одногруппником наработки по преобразованиюодной энергии в другую.

— В таком ключе я не раздумывала, — признала пристыжено, наблюдая за молчаливым шевелением мертвых, посланных по нашу душу любящим родственником.

А еще говорят, что я с фантазией. Куда уж мне до родича?

— Полагаю, у вас все же найдется время, исправить сей недочет, — хмыкнул Сейхери и непроизвольно дернулся, когда полуразложившаяся рука, прошлась непозволительно близко от его виска. — Откуда он их только раскопал в таком количестве? — выдал нервно, а после сам же себе и ответил: — Некромантскийполигон, чтоб его.

— Видите, не всегда запасливость вашего декана по некромантии столь нерациональна, — вступилась я за Аскрина.

И вышло до того горделиво, что главе РАМИиЗ крыть стало нечем. Или же эльф попросту устал от тем отвлеченных.

— Интересно, что они предпримут дальше? — уже гораздо более успокоенная и повеселевшая, спустя пару минут уточнила я.

— Страшно предположить, на что еще хватит фантазии моих подчиненных и ваших друзей, — отчего-то нерадостно буркнул мужчина.

Оспорить выпад не успела потому, как через секунду была полностью, вот просто абсолютно согласна со сказанным выше.

Сначала замерли мертвяки. Причем, расположились так замысловато и обдуманно, что сие просто не могло не насторожить мой и так пребывающий в ошалении мозг.

— Как-то они излишне организованы, вы не находите? — нелепый смешок при этом предположении вырвался сам собой.

Ну, просто мертвецы, подвластные воле мага Смерти, образовали вокруг нашего купола, который и впрямь уплотнился, своеобразную клетку из своих тел. Кости их, цепляясь друг за друга, стали этакой решеткой. И что-то мне подсказывало — вскоре их прочность нам придется испытать лично.

— Не сочтите за наглость, студентка Фирсен, и уж тем более не подумайте, будто я все ж таки решил воспользоваться ситуацией… — как-то подозрительноиздалека начал мой "сокамерник", — однако я вам настоятельно рекомендую, прижаться ко мне поплотнее, а лучше и вовсе обнять.

Тон Волина Сейхери был до того взволнованно-убежденный, что я не решилась оспорить совет. Да и воплотила его в точности. Но умолчать, и не заметить ехидно, не смогла:

— Вот, остальные студентки обзавидуются, когда узнают, в чьих объятьях мне посчастливилось побывать.

Сейхери хмыкнул и улыбнулся, а после, скосив на меня карие очи, весело возвестил:

— Не переживайте, я им не скажу.

— Так и не надо, — ответила наигранно грустно. — Поверьте, слух рождается быстрее, нежели быль. Я проверя… ла. А-А-А.

Фраза завершилась самым постыдным визгом, который смею предположить эльфийским ушам нисколечко не понравился, но в данный момент сие заботило мало. Потому что мы… Вернее, потому что нас, рывком потянуло вверх, да дотого быстро, что желудок мой вознамерился перебраться в пятки, но поскольку они уже были обжиты сердцем, он недовольно ворча, обосновался в солнечном сплетении, и стал… В общем, известно, что предпринимает сей орган, когда ему плохо.

Сейхери вызволительные кульбиты пережил стойче, и даже попытался неморщиться, когда я взяла особо высокую ноту. Только посильнее руками меня обхватил, чему я оказалась даже рада. Страшно же жуть. Пульсар погас, вместо него неяркий свет давали многочисленные глазницы нежити, в момент толчка, засиявшие зеленоватым свечением. Поэтому было прекрасно видно, как мы прорываемся сквозь земляное полотно, и попути теряем часть спасительной поддержки. Ведь кости, даже подпитываемые магией, столь мощную деформацию не выдерживали и крошились, добавляя устилающей нас земле материала. Казалось еще мгновение, и они рассыплются, погребая нас своим прахом. Время, несмотря на скорость подъема, напротив, тянулось мучительно медленно, и стало создаваться ощущение, будто мы не успеем преодолеть земную твердь. Купол вибрировал, прогибался и, сталкиваясь с очередной порцией землицы, дрожал и вовсе угрожающе. Жаль только, грозился он не преграде, а нам.

Момент, когда мы этакой костяной пробкой пробили поверхность, я упустила. Потому как, не вытерпев творящегося ужаса, вжала лицо в плечо ректора, еще и глаза с силой зажмурила, словно предыдущие действие было недостаточно результативным.

Поняла, что нечто изменилось лишь по оглушительному взрыву. А после… после тряхнуло так, что показалось еще секунду и внутренности вылезут из ушей под предводительством мозгов. А зубы раскрошатся, лязгнув друг о друга с силой им неподвластной.

Когда же вернулась способность мыслить, распихав прочие стонущие и трясущиеся от страха думы, я едва уговорила себя распахнуть глаза, дабы разведать обстановку.

— Мы…?

— Выбрались? — опередил вопрос ректор. — Очень даже может быть, — договорил, и попытался разжать руки, продолжающие меня не то обнимать, не то пытаться раздавить.

Хихикнула, наблюдая за непослушными и задеревеневшими от нагрузки руками мужчины, совершенно не желавшими его слушаться и не выдержав, захохотала, опять от избытка чувств, стиснув главу РАМИиЗ в объятьях.

Ничего не поделаешь, я и так держалась молодцом слишком долго, а теперь и поистерить можно.

Когда Феникс предложил определить местоположение Лианель с помощью нежити, Аскрин едва не расцеловал будущего родственничка за гениальную мысль. Действительно, что может быть проще. Однако через мгновение гениальность идеи поблекла, словно почерневшее от времени серебро.

— Остаточные инсинуации мертвых, и моя сила тоже могут пробить пространственный карман раньше, чем мертвяки до них докопаются, — опротестовал задумку Демирина Аск.

— Это ты до меня докапываешься, — психанул все же огненный защитник, стихия которого и не думала покоряться выбитому из равновесия хозяину. Оттого глаза Мира продолжали пылать, что гляделось жутко, но привычно, а с пальцев, то и дело, слетали искры. — Ты главное нежить призови, а там видно будет, — сказал, как отрезал, а после резко обернулся к массе встревожено-любопытного народа и, вычленив птичьим взором из толпы добычу, обратился к ней: — Эрик, твоя доработанная формула "Пепла" опять пригодится. Подсобишь?

Как Форме оказался здесь? Сие вопрос риторический, поскольку плат прямо-таки не мог пропустить событий, развернувшихся на злополучном полигоне. И всей своей натурой устремился сюда одним из первых. Правда, в стремлении своем поглазеть был не одинок. Здесь вообще все изобретатели собрались, и не было в них больше праздного любопытства. Не вооруженным глазам видно, как студенты переживали за Лию. Особенно в этом преуспели, естественно — Рин и Мариса. Первый стоял рядом с Чаром мрачнее тучи и что-то убежденно ему доказывал, а вторая, не став дожидаться пока декан Фирсен примет идею Мира не веру, собралась чертить на земле круг призыва, тем самым подтолкнув Аскрина к риску необдуманному, но благородному.

Тот присоединился к подруге Лиани практически мгновенно, попутно исправляя и дополняя ее начинания. Скоро к ним стали подтягиваться и прочие маги с развитым даром Смерти. В основном преподаватели, поспешившие на столь оглушительный магический взрыв, но встречались и выпускники, не робеющие испытать свои навыки.

— Спрашиваешь, — отозвался плат уверенно, мигом оказавшись возле собранного Феникса.

Достал из рюкзака кипу каких-то бумажек, стрельнул у толпы карандаш и, усевшись прямо на землю, бубня нечто под нос, стал быстро марать бумаги своими расчетами.